Портфолио не предлагать

Глава 49. Мечты сбываются и не сбываются

- Заполните, пожалуйста, анкету, - попросила высокая девушка, она была такой худой, что я почувствовала себя бегемотом, у которого на груди не сходится пиджак. Я расстегнула пуговицы и принялась писать. Двадцать вопросов на четырех листах - от фамилии, дипломов и предыдущих мест работы с должностными обязанностями до наличия кредитов. Хуже писанины не придумаешь. Я оглянулась.Так вот он какой - open space, офис открытого типа - огромное пространство разделено на прямоугольники белыми перегородками с декоративной зеленью. В каждом по пять-семь человек. Я, похоже, находилась в отделе кадров. Напротив за стеклянной дверью - переговорная, там сидела блондинка с длинным хвостом в обтягивающей блузе и с кем-то беседовала.

- Девушка, а со мной руководитель разговаривать будет? - тихо спросила я.

- Конечно, обязательно, но сначала - анкета!

- Странно, а если меня не возьмут, то зачем? - я искала лазейку, чтобы избежать ненужной писанины. Девушка изумленно взглянула на меня, похоже, я первая задалась таким вопросом. “Засунь свою принципиальность сама знаешь куда! - зашипел внутренний голос - Нет, вы посмотрите на нее, тебе, кажется, нужна работа?!”

- А можно анкету заполнить позже?

Девушка вдохнула. И неожиданно согласилась. Стеклянные двери открылись. Оттуда быстрым шагом вышел бородатый мужчина и направился к выходу.

- Идите теперь вы, только паспорт прихватите тогда, что ли, - сказала худышка, вручив мне распечатанное резюме.

Длинный стол в переговорной пугал своей белизной и невидимыми серьезными людьми, которые здесь собирались. Однако блондинка мне улыбнулась. Я протянула резюме.

- Вы - Анисья Тернавская?

Я кивнула и тоже улыбнулась. Но не так широко и уверенно, как она.

- Вижу, что у вас большой опыт…

Я снова кивнула.

- А почему до руководящих должностей не поднялись? Возраст-то уже…

Блондинка замолчала и взглянула как-то сочувственно. Везет же мне в последнее время на блондинок. И чем я их притягиваю? Надеюсь, ее зовут не Алла.

- Арина Владимировна, простите, забыла представиться, - блондинка продемонстрировала неброский маникюр, перебирая странички моего резюме, - можно без отчества.

Я опять кивнула и пробормотала:

- Очень приятно… Знаете, Арина, мне по душе горизонтальная карьера…

- Это тоже хорошо, - одобрила она мое стремление написать лучше тысяча и одну статью, нежели раздавать тысяча и одно указание, - думаю, мы попробуем с вами сотрудничать…

Кажется, глянцевую мечту можно доставать из сундука и даже протереть тряпочкой, чтобы ярче сияла.

- А еще у нас дресс-код - никаких джинсов, джемперов и кроссовок!

Я облегченно вздохнула - в последний момент перед выходом из гостиницы я все это поменяла на строгий брючный костюм.

Только я успела снять небольшую уютную квартиру почти в центре и сходить на пару-тройку заданий, как белый open space уплыл из моей жизни, подобно большому белому теплоходу-призраку. Теперь я поняла, почему можно было не заполнять анкету, и почему Арина взяла провинциальную журналистку, не мечтающую стать “генералом”. Журнал шел ко дну. И все приличные журналисты из него уже сбежали. Я удивлялась почему вокруг меня свободные столы, хотя мне это несомненно нравилось. Сидеть с кем-то локоть о локоть, как в школе за партой, мне казалось невыносимым. Арина сочувственно мне улыбалась, вручая зарплату в конвертике за неполный месяц. Она уходила в отпуск, а потом уезжала на новое рабочее место. Что делать мне, она не знала.

“Как что? - удивился внутренний голос. - Развивать горизонтальную карьеру!” Я взяла телефон и на сайте поиска работы раз десять нажала кнопку “откликнуться”. Мое резюме летело в сторону любой вакансии, хоть как-то связанной с текстами - контент-менеджер, корректор, редактор сайта и даже офис-менеджер. На собеседование я попала удивительно быстро - буквально через три дня. В рекламное агентство “Pro-движ”. Директор - молодая девушка, лет двадцати пяти, встретила меня так, словно я осталась единственным копирайтером на свете. Ее большие карие глаза излучали тепло, а улыбка усиливала эффект. И чему они здесь все улыбаются? Она пять минут внимательно читала резюме, одобрительно кивала. И вдруг спросила:

- Все хорошо, конечно, у вас такой стаж большой, но… - девушка замолчала и посмотрела на меня испытующим взглядом, - думаю, вам придется выполнить тестовое задание, согласны?

- Да, конечно, - отвечаю ей в такт, а внутренний голос почему-то вопит : “Я против!”

Я тихонько оглянулась. Стены выкрашены в мышиный цвет. Окна выходят во внутренний дворик, хотя само здание стоит на одной из центральных улиц с парком напротив. Рабочие столы - пустые. Спрашиваю:

- А компьютер для работы будет?

- Первое время вам придется, наверное, приносить свой. Ноутбук есть?

В этот момент, пожалуй, следовало бы встать, развернуться и уйти. Но я уже пообещала выполнить тестовое задание. До вечера следующего дня написала четыре текста, которые привели в восторг предполагаемую начальницу, а меня - в уныние. Здесь не было горизонта, к которому надо было бы приближаться, осваивать новые жанры, приемы, а потом, подползая к заветной линии, видеть, что она отодвинулась еще дальше, и опять идти, и опять осваивать что-то новое. Здесь можно было стоять в определенной точке, чуть поворачиваясь в разные стороны. Вот тут - про ресторан (бойко и вкусно), тут - про клинику (бойко, но чуть серьезнее), а тут - медийное лицо что-то сказало (своими устами, но моими словами). Где тут буду я? Я привыкла видеть свою фамилию под текстом.

Внутренний голос негодовал, стыдил, пытался уличить в мании величия, но ничего от меня не добился. И я снова принялась за поиски, хотя директор рекламного агентства просила подумать над ее предложением. “Но недолго, желающих, сами понимаете…” - и многозначительно замолчала в трубке. Я понимала. Выбирать мне пока было не из чего - на интервью снова никуда не приглашали. Тогда я сама решила взять интервью. Это задание я получила еще в редакции журнала, но он канул в лету, а листочек с телефоном ученого-биолога сохранился. Уже не помню, о чем с ним просила беседовать Арина, но у меня к нему был вопрос, который вот уже несколько месяцев маячил передо мной своей физиономией.