Портфолио не предлагать

Глава 51. Ошибка проектирования

Мы вышли из кафе, перешли дорогу и направились вдоль парка и озера. Начало ноября выдалось холодным. Приближающееся дыхание зимы забиралось под куртки, заставляло переходить на быстрый шаг.

- А фамилия вам досталась от мужа? - поинтересовался Иван.

- Нет, это прабабушкина, так повелось, что она передается именно по женской линии.

- Ваша прабабушка была знатной особой? - профессор опять поправил челку.

Я поправила шапку и поежилась, как это Туникин без головного убора в такую погоду ходит?

- Она была полузнатная, ей повезло, или не повезло, не знаю даже как и сказать, выйти замуж за обладателя этой прекрасной фамилии, и она завещала ее своим дочерям, сыновья, к сожалению, все умерли.

Туникин слушал и будто что-то вычислял в уме.

- Кажется, в прабабушкиной фамилии можно разглядеть польские корни? - вдруг сказал он.

- Можно, но никто не разглядывал, это слишком сложно, документов нет, да и некому этим заниматься. Я еще могу предположить, что фамилия произошла от названия “Тернавка”, таких деревень было много раньше в средней и южной полосе нашей страны, где росло колючее деревце - терн. Это вполне хорошее объяснение, - рассмеялась я.

Мы шли медленно и рассматривали дома. В этой части города было на что взглянуть. Возле обшарпанного четырехэтажного здания без особых изысков профессор приостановился. Среди свежих и отреставрированных собратьев дом смотрелся странно. Туникин объяснил, что это здание построено в стиле конструктивизма 30-х годов прошлого века, и сейчас находится в аварийном состоянии, и что-то там не срастается с реставрацией. А еще ему здесь нужно поворачивать на другую улицу. На прощание он протянул визитку.

- Вдруг вам понадобится научный взгляд еще на какую-нибудь мистическую проблему, я постараюсь помочь.

Он улыбнулся и энергично зашагал по блестящему от осенней сырости асфальту. А я так и осталась возле многострадального дома. Облезлые, бледно-зеленые стены, проржавевшие балконы. Дом нагнетал уныние и в тоже время притягивал тайной. Внутри двора - полуразрушенная терраса с лестницей. Какая-то парочка тоже не смогла пройти мимо, парень с девушкой остановились у перил и начали фотосессию. Сначала девушка стеснялась, а потом ничего – заулыбалась и встала в позу.

Я бродила вокруг дома и думала. Можно ли отреставрировать то, что отслужило свой срок? Можно ли снова улыбаться тому, кто разрушил твои мечты? Я рассматривала каждую трещину, фанеру вместо стекла на некоторых балконах, мемориальные таблички, которые не спасли дом, и понимала, что мои чувства к Гордею разрушились так же, постепенно, год за годом. Позже я нашла информацию, что дом уже был спроектирован с огрехами, поэтому не прослужил и века.

Вот и я чего-то не учла в проектировании личной жизни. Фундамент оказался некрепким и фасад моего брака разрушился с годами, и вряд ли подлежал реставрации. Но вдруг на горизонте появляется Савелий, как урок, который я все-таки не выучила. Мне еще предстояло распутать эту цепочку, но я точно не знала, хочу ли этого. Я пока согласилась поработать в рекламном агентстве. Надо было хоть с чего-то начинать новую жизнь.

В ноябре мимо Земли благополучно пролетела комета, похожая на череп. Как ни пугал Савелий концом света, все осталось на своих местах. Ну кроме того, что он и Гордей исчезли из моей жизни. Сначала я каждый день ждала сообщения или звонка. Порывалась позвонить сама. И даже один раз сочинила речь, которую хотела сказать в трубку. Но каждый раз в последний момент давала себе еще пару секунд подумать и откладывала разговор.

Однажды декабрьским морозным утром вдруг поняла, что больше не жду ни сообщений, ни звонков - ни от того, ни от другого. Кажется, наступила долгожданная свобода. Я ходила гулять каждый вечер по многолюдным городским улицам. И больше не боялась заходить в уютные кофейни одна.