Портфолио не предлагать

Глава 56. С кем встретишь Новый год…

Я уже с минуту смотрела на экран телефона, где высветился незнакомый номер. Кто-то настойчиво продолжал звонить, и я взяла трубку, хотя редко отвечаю «незнакомцам».

— Анисья? — услышала я голос Савелия. На секунду опять засомневалась и подумала, что это Гордей, но сомнения растаяли, как сливочное масло в каше, которое я только что положила в тарелку. Он никогда называл меня полным именем.

— Как писательские успехи? — как ни в чем ни бывало, будто мы виделись вчера, спросил Савелий.

Вопрос оказался настолько неожиданным, что я задохнулась и отошла от стола к окну.

– Откуда ты узнал…? – и уже шепотом пробормотала «что я начала писать роман...».

— Если честно, то случайно, — невозмутимо ответил он, — я сначала хотел спросить про журналистские успехи, но как-то само по себе вклинилось слово «писательские». А ты что, на самом деле романом занялась?

— Это громко сказано, конечно... — замялась я, оглянувшись на свой талисман – пишущую машинку, которую привезла из Прутово, она стояла на книжной полке, окруженная моим почетом, - пыль вокруг нее я вытирала гораздо чаще, чем в других местах. — Ну, пару глав уже написала...

— Ты будто стесняешься, а?

— А ты будто считаешь, что у меня получится? — я слегка порозовела вернулась к столу и принялась помешивать кашу с растаявшим маслом. Несмотря на 31 декабря, утро я решила начать с традиционного завтрака. О праздничном меню еще и не думала, как и том, где встречу Новый год.

— Почему-то я уверен в этом, — убедительно произнес он.

— Ты даже ни разу не видел мое портфолио...

— Ну да, я уже слышал об этом, кажется, мы пили тогда кофе в торговом центре? Кстати, может, повторим?

— Возможно, когда-нибудь...

— А как насчет того, чтобы сегодня?

— Опять на вертолете прилетишь? — пошутила я.

— Я уже прилетел! – серьезным тоном ответил Савелий.

***

Я наблюдала, как каждые пять-семь минут шли на посадку или взлетали самолеты. Они, как гигантские птицы немыслимых расцветок, раскинув крылья, парили над уютной гостиницей на окраине Санкт-Петербурга. Я стояла на балконе и пила утренний крепкий чай и почти ни о чем не думала. Я планировала погулять по Питеру без плана. Стояла нетипичная для августа и Северной столицы жаркая погода. И единственное, что приходило в голову, так это варианты летнего гардероба.

— Я сегодня еду к девчонкам в загородный лагерь,— заявила Ева.

Я оглянулась. Она вышла из ванной комнаты, завернутая в полотенце. Сквозь тонкую полупрозрачную занавеску я видела, как капельки воды стекали по ее нежной бронзовой коже, мокрые волосы тяжелыми прядями облепили спину и плечи. Ева не любила наматывать полотенце на голову и лишь слегка дотрагивалась им до волос.

— Значит, оставляешь меня в одиночестве? — спросила я, поднимая глаза в небо, услышав звук очередного самолета.

— Мам, ну ты же любишь гулять одна? — Ева вышла на балкон и обняла меня, обдав прохладными капельками. — А кстати, почему Савелий не поехал?

— Хотела поехать с тобой, ну, или в крайнем случае с Соней, но ей некогда, у нее — роман, - я постаралась придать голосу больше убедительности, но, видимо, не получилось.

— Савелию тоже некогда, так ведь? — Ева выжидательно посмотрела на меня.

— Ну, в общем, да... — призналась я.

…Мы встретили Новый год вместе. Сначала пили кофе в том самом торговом центре, а потом гуляли по городу. Падал пушистый снег и было совсем не холодно. Возможно, мне так только казалось. В полночь мы очутились в самом многолюдном месте - у сияющей центральной елки и в общем веселье кричали: “С Новым годом! Ура!!” Я тогда подумала, что в моей жизни действительно начинается что-то новое. Во всяком случае так спонтанно я еще никогда не отмечала этот устоявшийся в своих традициях праздник. Впервые в нем не было селедки под шубой и оливье. И шампанского тоже не было. Вместо всего этого - снежки, каток и горячий кофе с нежными воздушными круассанами.

А потом Савелий уехал. Он, конечно, звал с собой. Но я не поехала. За три недели до Нового года я прошла собеседование в интернет-издание “АрхиТерра” и погрузилась в мир городской архитектуры и водоворот культурных событий. Кажется, я чуть приблизилась к тому, о чем мечтала - у меня наконец-то была интересная работа в городе, в котором хотелось жить. Помню, я тогда позвонила Соне и сказала:

- Надо было с тобой на что-нибудь поспорить!

- Ты молодец, беру свои слова обратно, - и она громко вздохнула в трубку, а потом добавила: - Но, возможно, ты стала просто исключением…

- Нет, я просто искала работу.

- Я восхищена, - проворковала Соня, - с твоим упорством даже портфолио можно не предлагать, по тебе и так все видно!

- Что я одержимая?

- Ну типа того, - неопределенно ответила подруга.

Савелий прилетал через каждые две недели. Мы гуляли по необычным маршрутам, заворачивая в уютные кафе, а потом возвращались в небольшую квартирку на десятом этаже с окнами до пола, в которых светился огнями вечерний город, и долго валялись на надувном двуспальном матрасе. Мне казалось временами, особенно, когда закрывала глаза, что мы опять находимся в доме моей прабабушки, и я прислушиваюсь к звукам, чтобы понять, одни ли мы в доме. А потом я открою глаза, а Савелия опять нет рядом.

Впрочем, так оно и случалось. Савелий стал для меня человеком-праздником, а праздник рано или поздно заканчивается, иногда похмельным синдромом. Он все реже звал меня в Москву, и все реже появлялся сам. А я продолжала изучать необычные городские маршруты - все чаще в одиночестве. И однажды, бродя по улицам, я вдруг вспомнила, что давно мечтала посмотреть Питер.