Портрет на завтра

Портрет на завтра

Иногда мёртвые возвращаются. Они не стучат в дверь с того света — они просто входят в твою жизнь через чёрный ход памяти. Игорь узнал об этом 7 мая, когда его дед нажал на дверной звонок.

Вечером за пару дней до 9 мая Игорю позвонила его невеста Вера.

— Ты уже приготовил портрет деда? — спросила она.

— Какой еще портрет? — не понял Игорь. — Нафига?

— Как это какой? — удивилась девушка. — Ты что, забыл, что мы 9 мая участвуем в «Бессмертном полку»?

— А-а, — отозвался Игорь. — Да ты знаешь… Я, наверное, не смогу. У меня на 9 мая дела есть.

— Какие еще дела? — не поняла Вера. — Мы же договаривались.

— Да ты понимаешь… Мне тут Пашка позвонил…

В трубке раздались гудки, а уже через пятнадцать минут в дверь позвонили. Тяжело вздохнув, Игорь пошел открывать. Он уже понимал, кого увидит за дверью и предчувствовал надвигающуюся грозу. Вера влетела в квартиру, на ходу сбрасывая ему в руки куртку.

— Это как понимать? — с порога начала она. — Тебе что, Пашка важнее Дня Победы? Ты его почти каждый день видишь!

—Ну Верунчик, ну успокойся, не кричи, ты же знаешь, что у нас традиция — 1 мая мы всегда открываем сезон шашлыков, а в этом году Пашка был в командировке, только вчера вернулся, сразу мне позвонил, вот мы и решили, что открытие сезона в этом году будет 9 мая. В принципе, какая разница, всего на неделю позже, ничего страшного.

— Так тебя только шашлыки волнуют? А то, что вы их жрёте каждый год только благодаря тому, что наши деды когда-то… — от возмущения Вера задохнулась, перевела дыхание, с презрением осмотрела Игоря с ног до головы и шагнула к двери. — Видеть тебя больше не хочу!

Она выхватила у него из рук свою куртку, которую он так и не успел повесить, и вылетела из квартиры, хлопнув дверью. «Ну вот, все настроение испортила. — Игорь огорченно покачал головой, но подумав, махнул рукой — Да ладно, не в первый раз поругались, я уже привык».

Он прошел на кухню, достал чашку, банку кофе, щелкнул кнопкой чайника. А потом решительно открыл холодильник и достал банку пива. Только он ее открыл, как из комнаты раздалось пиликанье видеозвонка. На ходу делая первый глоток, Игорь вышел из кухни, подошел к столу и уселся перед ноутбуком. Звони тот самый Пашка, друг еще с раннего детства. Они жил в соседних подъездах, ходили в один детский сад, а потом учились в одном классе в школе.

— Привет, Паштет, — бодро поздоровался Игорь.

— Привет, привет, — отозвался друг. — Ну ты как, готов к открытию сезона?

— Ну... да, конечно, как штык. Пиво уже стоит на балконе.

— Вот и славно, а мясо в этом году вызвался замариновать Олежек, говорит, какой-то новый суперский рецепт нарыл.

— Знаю я его суперские рецепты, — проворчал Игорь.

— Хочешь сказать, что лучше на всякий случай купить готовое замаринованное мясо в магазине? — хохотнул Павел. — А ты чего такой смурной, что-то случилось?

— Да… с Верой поругались. Она хотела, чтобы я с ней на «Бессмертных полк» пошел, ну и начала: как ты может, 9 мая, тебе шашлыки с дружками дороже, память, деды воевали… Ты же знаешь, какая она правильная, все как обычно, ничего нового.

— Да уж, правильная. Да ладно, успокоится и простит. Не вешай нос, Игорёк. Все, я убежал работу работать, мне завтра проект сдать нужно. До связи.

— Пока, — кивнул Игорь и отключился.

Допив пиво, он подумал и решил, что еще одна банка ему никак не повредит, крепче спать будет. Завтра он планировал встать пораньше, чтобы успеть все приготовить к поездке, собрать, упаковать, все-таки на три дня собрались ехать. Вовка, четвертый из их компании, грозился заехать за ними в 7 утра, времени на сборы не будет, только схватить уже уложенные сумки и выскочить во двор. А еще нужно смотаться в магазин и купить новые кроссовки. Так что — спать.

Но только он заснул, как раздался звонок в дверь.

* * *

«Явилась, — раздраженно подумал Игорь, с трудом открывая глаза. — Другого времени извиниться и помириться не нашла? Не могла до завтра потерпеть?»

Он добрел до двери, распахнул ее и онемел от удивления: за дверью стоял его дедушка Петр Никифорович.

— Дед… дед… ты… Как?.. — забормотал Игорь. — Ты же умер четыре года назад.

Дедушка молча отодвинул его в сторону и шагнул в квартиру. Стуча по полу костылем, прошел в комнату, сел за стол и молча уставился на ошалевшего внука. Потом негромко заговорил:

— Скажи-ка мне, внучок, сколько раз за свою жизнь ты слышал фразу: «Они живы, пока мы их помним»? Молчишь? Так вот знай, что именно из-за таких, как ты и твой Пашка, мы и умираем «там» окончательно. Когда для вас, наших потомков, шашлыки становятся важнее нас.

— Ну дед, да что ты такое говоришь, я не забываю, — начал было оправдываться Игорь, но дед его перебил.

— Что именно ты не забываешь? Может, ты помнишь, где именно я в 20 лет потерял ногу и кисть одной руки? Или помнишь, что два моих старших брата и отец не вернулись с фронта? А что наша младшая сестренка умерла от голода в блокадном Ленинграде, ты тоже помнишь? Да ты этого даже не знал, тебя это никогда не интересовало! У моей мамы, твоей прабабушки, из четверых детей в живых остался только я — двадцатилетний калека.