Портреты моих подруг

Ника

Итак, Ника. У Ники была своя драма. Служебный роман. Но обо всем по порядку.

С Никой мы познакомились в школе. Это была девочка с хитринкой в характере и смешинкой в глазах. Красавицей ее не назовешь, но подать себя умела. Жила с мамой и бабушкой, отец ее рано умер. Мама была то ли заведующей детским садом то ли кем-то еще, в общем жили они неплохо. К тому же ее дядя тренер по борьбе, всегда привозил импортные шмотки из своих поездок, так что одевалась Ника всегда прилично, и со вкусом у нее было все в порядке.

Она была меркантильной во всем. Дружила или скорее из кожи вон лезла чтоб дружить с отличницами, они ее терпели, потому что она заглядывала им в рот. На уроках каким-то образом получала четверки и пятерки, хотя уровень знаний был явно средненький, но даже если не была готова к уроку как-то умудрялась не схватить двойку. Списывала контрольные за яблоко, в общем что называется «хочешь жить, умей вертеться» – это про нее. С класса восьмого она примкнула к нашей компании, видимо так и не стала своей среди отличниц.

К одиннадцатому классу другие девочки из нашей компании разъехались кто-куда и мы остались втроем. Лера, другая моя подруга, жила «на племхозе» и поэтому с Никой мы виделись чаще.

Это была странная дружба, из серии «на безрыбье и рак рыба», и кажется, это было взаимно. Потребительство Ники никуда не делось. Все, что мы делали в нашей дружбе, было выгодно Нике и невыгодно мне.

С ней было весело, но шутить она любила исключительно над другими, надо мной в том числе, но над собой смеяться не умела и не любила. Сейчас я понимаю, что это был своего рода газлайтинг, но в то время и слова такого не было и понятия. А я наивная не понимала, что с этим делать и просто глотала эти шутки, и смеялась вместе с ней, но в душе оставался неприятный осадок.

Во время учебы в колледже мы редко виделись. Возможно, так и сошло бы на нет наше общение, если бы не случай. После колледжа Ника устроилась бухгалтером в торговое подразделение крупной инвестиционной компании. Как-то мы с Лерой, зашли посмотреть, где она работает.

Ника была скромным молодым сотрудником. Она вышла встретить нас в торговый зал. Мы оживленно разговаривали и смеялись, в это время в зал вошел хорошо одетый молодой мужчина, он поздоровался с персоналом и окинул взглядом зал.

Мы стояли в другом конце шушукались и смеялись, на пару секунд его взгляд задержался на нас, и он продолжил заниматься своими делами. Это был их замдиректора Алексей Николаевич. Пока он стоял с персоналом, мы с Лерой полностью его отсканировали: ему было чуть больше тридцати, дорогой костюм, выправка… в целом он показался нам интересным мужчиной. Мы вынесли вердикт что он очень даже ничего, и решили, что Нике нужно непременно завести с ним интрижку, почему бы и нет? Шутки ради.

У Ники никогда не было парня, ни в школе, ни в колледже. Я знала это точно, иначе она обязательно похвасталась бы нам. На тот момент нам было лет по двадцать. В общем на нет доводов не нашлось, на том мы и расстались. Об этом случае мы благополучно забыли. Ни прошло и полгода, как мы узнаем, что Ника и правда закрутила с ним роман.

Оказалось, что Алексей Николаевич почти разведенный и у него есть маленький сын. Он жил один, но официально свободен не был. Нику это не смущало. Ведь развод был вопросом времени. К тому же это была очень выгодная партия. Ни разу не было парня и бац! Сразу директор. Ника вцепилась в него крепко. А он видимо был польщен вниманием молодой девушки, плюс был у нее первым мужчиной и все такое. То, что Ника настроена серьезно, возможно, он не представлял, а может вовсе не задавался вопросом как далеко это может зайти.

Летом я уволилась со своей дурацкой работы: платили мало, ездить было далеко. Как раз я болталась не зная, чем себя занять, когда мы встретились с Никой. В тот же день она пригласила меня к себе в гости. Оказалось, что это вечеринка по случаю назначения Алексея Николаевича на должность директора.

За разговорами выяснилось, что секретарша Люба увольняется вместе с бывшим боссом, а новоиспеченному директору срочно нужен новый секретарь. Я обещала поспрашивать знакомых, почему-то совершенно не подумав, что я и есть тот самый кандидат. Узнав, что я без работы он тут же предложил это место мне.

Ника приняла эту идею без особого энтузиазма. Мне же было глупо отказываться, это был идеальный вариант: работа в пяти минутах от дома, опять же с подругой вместе, зарплата неплохая. В общем я согласилась. На Никину реакцию не стала обращать внимание. Так я и попала в эту компанию.

Ника продолжала встречаться с Алексеем Николаевичем, буду называть его А.Н. На работе они особо не афишировали свои отношения, но и не скрывали. Он ходил к ним в гости на семейные праздники, бабушка и мама вовсю называли его зятем, а он тем временем не спешил разводиться. К осени Ника переехала к А.Н. на съемную квартиру. Оказалось, хозяйкой она была никудышной. Убираться не любила, деньги, которые он давал на продукты она полностью тратила на косметику и глянцевые журналы, для галочки покупала какую-нибудь пачку макарон.

Я была у них один раз, дома был бардак. Ужин состоял из слипшихся, подгорелых макарон. А.Н. смущенно улыбаясь что-то об этом шутил. В голове у меня никак не укладывалась эта картинка: весь такой холеный директор компании и подгорелые макароны.

В длительность их отношений особо не верилось. Шло время. Ника была в своем репертуаре, везде таскалась с А.Н., успела засветиться, пыталась фамильярничать с высшим руководством компании, говорила о них, как о своих старых знакомых. При этом как-то умудрилась изменить А.Н. с одним молодым замом из высшего руководства и не спалилась.

Со мной она продолжала дружить как выгодно ей, просила шпионить, кто заходил в кабинет к А.Н., как долго сидел и о чем они говорили. Жаловалась на него, когда они ссорились, и напрашивалась ко мне домой на обед, почти каждый день. Если моя мама готовила два дня подряд одно блюдо, она недовольно кривила лицо и закатывала глаза, типа «опять суп, надоело». Со временем даже моя гостеприимная мама от нее устала. Когда я намекала что сегодня не получится: у родителей гости на обед, она делала вид, что не понимает, о чем я, и все равно шла со мной.