Порядочный призрак снимет жилье

Глава 2. Новый план

Кому нужны призраки,

когда я и сам могу медленно ходить по своему дому,

рыдая и вопя?

Анекдот

Приемная генерального директора компании-застройщика на двадцать четвертом этаже одного из трех зданий нового делового центра. Скоростной лифт, по моим ощущениям, едет очень медленно. Но я успеваю за пять минут до назначенного времени.

Знакомая по предыдущим приемам, возрастная первая помощница господина Ростова Петра Петровича, приятная женщина лет шестидесяти с фиолетовой сединой в коротких седых волосах, смотрит на меня, запыхавшуюся, с опаской.

- Здравствуйте! – выдыхаю я, без приглашения садясь на один из стульев в большой приемной.

- Здравствуйте, - женщина смотрит в папку на своем столе, - Станислава Александровна…

- Я не опоздала! – воинственно заявляю я.

- Да…да… - растерянно соглашается она. – Вы пришли вовремя, но…

- Но? – с возмущением смотрю на нее. – Но? Только не говорите мне, что господина Ростова нет.

Помощница кашляет как-то искусственно, не по-настоящему, словно прячется за этот кашель.

- Петр Петрович вынужден был уехать по срочному личному делу, - наконец говорит она и почти со страхом смотрит на меня.

Мне причины этого страха совершенно не понятны. Неужели мое предупреждение о том, что отказ в помощи навлечет проклятие на род Петра Петровича до седьмого колена, высказанное в последний мой приход, так ее огорчил? Это была просто элегантная шутка для поддержания разговора при прощании. Этакий способ мотивации, который все равно не сработал.

- Но он скоро вернется? Так? – с угрозой в голосе спрашиваю я. – Я же его здесь дождусь?

Женщина встает со своего места и с опаской подходит ко мне, на всякий случай останавливается чуть поодаль.

- Давайте запишем вас на прием через две недели, - предлагает она с огромной надеждой в голосе.

- Понятно… - мне действительно всё понятно. – Что ж… Решено! Буду ждать его здесь! Я могу прилечь вот на тот диванчик.

- Какой диванчик? - теряется она.

Я показываю на небольшой офисный диван в дальнем углу ее же кабинета.

- У вас плед есть?

- Плед? – женщина поражена. – Какой плед?

- Желательно теплый, я мерзлявая, - доходчиво объясняю я и направляюсь к дивану, удивляясь тому, как бестолкова явно опытная помощница.

Она молча смотрит, как я сажусь, снимаю туфли, потом ложусь и с наслаждением вытягиваю ноги, уставшие от высоких каблуков. Длины дивана на мой рост не хватает, поэтому кладу ноги на подлокотник.

Помощница переступает с ноги на ногу, потом бормочет:

- Ужас какой! Что делать-то?

Она возвращается за свой стол, трясущимися руками перебирает бумаги, потом поднимает трубку стационарного телефона и шепотом кому-то что-то говорит. Наверняка звонит в укрытие гендиректору. А если в полицию?

Честно говоря, у самой от страха трясутся поджилки, но я решаю совершить этот малый подвиг ради нашего общего блага – спасения дома.

Демонстративно отворачиваюсь лицом к стене и делаю вид, что сплю. За спиной время от времени раздается тяжелый вздох.

Над диваном висит огромная фотография в серебряной рамке. На ней ночной город. Наш город. И мой дом. Фото сделано в черно-белом формате и кажется волшебно красивым. Да… Это знак мне. Я всё делаю правильно.

- Удобно? – очень приятный мужской голос отвлекает меня от раздумий.

Таким голосом читают аудиокниги лучшие из лучших актеров озвучки.

- Да, вполне, Петр Петрович, - дружелюбно отвечаю я, оборачиваясь.

Это не Петр Петрович. Это высокий мужчина в графитово-сером костюме, белой рубашке и черном галстуке. Приятность голоса не добавляет ему ответного дружелюбия. Его темные, почти черные глаза смотрят на меня неприязненно, контрастно тембру голоса.

Мужчина оборачивается к помощнице генерального директора и вопросительно на нее смотрит.

- Станислава Александровна… - с готовностью подсказывает та.

Элегантные мужские брови приподнимаются в легком удивлении.

- Станислава? – переспрашивает он таким тоном, словно уверен, что имя ненастоящее и именно меня так звать точно не могут.

Я гордо сажусь, с достоинством вставляю ноги в туфли и резко, но грациозно встаю с дивана. Не удержавшись на высоких каблуках, шатаюсь. Он совершает движение ко мне, даже протягивает руки, чтобы подхватить, удержать за талию и не дать плюхнуться на диван. Но… в последний момент передумывает и, небрежно улыбнувшись, не подхватывает.

Закон всемирного тяготения не на моей стороне. А жаль… Я плюхаюсь на кожаный диван, размахивая руками, напрасно цепляющимися за воздух. Плюхаюсь некрасиво и достаточно громко, по-клоунски, совершенно унизительно для моего самолюбия. Прямая юбка задирается до самой ватерлинии, открывая ноги на всю их немаленькую длину.