Посадка невозможна

Глава 1. Никогда не говори «последний»

19 апреля 2024 года. Жилой дом в 5-м микрорайоне. Химки, Россия. 13:30 местного времени. 2 часа 27 минут до вылета.

Лыков Константин Андреевич, 37 лет. Командир воздушного судна Boeing 777 авиакомпании «Аэрофлот».

Резерв - сущее наказание для любого пилота. Это когда двенадцать часов тупо сидишь где-нибудь в часе езды от аэропорта, а вообще желательно в отеле при аэропорте, будучи готовым в любую минуту сорваться и заменить выбывшего из строя коллегу. И мне сегодня «повезло». В хорошем смысле - из резерва срочно назначили на рейс до Владика, и хорошо что не в последний момент.[2] Жаль, а я только-только собирался наконец посмотреть «Командира».[3]

Ну да ладно, потом посмотрю. Всё равно во Владике только и делать что сидеть в отеле.

Но чуть раньше этого кряхтения раздался звонок телефона.

- Лыков, слушаю. - сказал я в трубку.

- Костя, у нас рейс во Владик на грани срыва - Токарева увезли по скорой, тромб походу оторвался, встанешь на его место. - на одном дыхании вывалил мне всё это наш комэск Леонид Завьялов.

- Завьялов, я тебя убью. - максимально доброжелательным голосом заявил я.

- Ну а что делать, ты единственный на сегодня в резерве.

- Ладно, ладно, слетаю.

- Погоду и план получишь по почте. Вылет в пятнадцать пятьдесят, терминал Б. Экипаж… как на подбор.

- Слушай ты, Оля Рыжкова, я тебе не Новосельцев. Сватать меня не надо, особенно на работе. - я чуть не вскипел.

Опять сватать меня к нашим стюардессам пытается, хотя прекрасно знает…

- Старый ты, Костя. Всё, бегу. Документы на тебя готовы, заберёшь в штурманской. И женись уже.

И отключился. А я остался сидеть на кровати.

Что есть мои тридцать семь лет? Рождение в далёком городе Душанбе в столь же далёком 1986 году, бегство в Россию в 90-м, когда случилась резня, скитания по различным городам, наконец школа вкупе с тотальной нищетой, ведь беженцы в те времена никому не были нужны, не говоря о собственных гражданах… Ульяновское лётное училище, выпуск 2008-го, работа в «Трансаэро» на массовом 737-м «Боинге», неприкаянность после скандального увольнения, ещё задолго до кризиса, сгубившего авиакомпанию, устройство в «Аэрофлот» по протекции самого Лёни, выбившегося в большие начальники, переподготовка, и теперь я тот, кто я есть - вполне зрелый мужик, за душой съёмная однушка в Химках, в которой я и сижу, серый Фольксваген Поло, купленный 13 лет назад в кредит, пару чемоданов с личными вещами, и по сути, всё. Родителей давно нет. Семья… какая семья может быть у пилота? Не срослось...

Ну да ладно, пора вставать. Дело не ждёт, а ещё нужно провести предполётный брифинг, осмотр, если его не провели до меня, и всё, что полагается перед полётом.

Десять минут - и я готов. Форменный костюм, чёрный дорожный чемоданчик, внутри вещи, которые могут пригодиться вдали от дома и ноутбук с зарядкой - чем ещё заняться в отеле, ожидая вылет?

В пути придёт емейл с планом полёта до Владивостока, и можно будет обсудить это со вторым пилотом. Интересно, кто на сегодня выступит в этой роли? А, да ни всё ли равно?

Так, бейджик, пропуск, вроде всё. В последний момент кинул в чемоданчик накопитель с фильмами.

Вот едва стоило захлопнуть дверь квартиры, как внутри раздался звонок телефона. Моего телефона. Как говорит молодёжь, капец. Пришлось возвращаться. Как бы плохая примета - нельзя возвращаться за забытыми вещами. Так что, теперь надо держать ухо востро, и осмотр проводить с особым тщанием.

Серый «поло» стоял на открытой парковке, ничем не привлекая внимания. Обычная машина, коих в потоке пруд пруди. Сумку закинул в багажник и едва сел на водительское место, заметил бумажку, кем-то вложенную под дворник.

«Куплю ваш автомобиль. Дорого. тел. 85550324259»

Просто «Опять 25». Уже года полтора с упорством суют бумажку. Скомкал бумажку и выбросил на асфальт. Потому что настроение мне испортили сразу на пару часов вперёд. Самому машина нужна, особенно такая хорошая. Хотя… думаю, что за полчаса успокоюсь, пока в аэропорт еду, и ведь успокоился, забегая вперёд. Надо будет кстати по возвращении загнать машину в сервис - пусть проведут техобслуживание, пора.

В дороге слушаю радио. Не новости, они из разряда «на фронте всё стабильно», потому что там всё действительно стабильно, а музыку, пока проезжаю мимо границы Шереметьево. Вот эстакада, ведущая на третью полосу, ныне закрытую за полной ненадобностью, вдалеке комплекс терминалов В и С, единственный работающий в Шереметьево. Тягостное зрелище, хотя не сказать, что всё мертво. Служебная парковка, для сотрудников техцентра нашей авиакомпании, зато бесплатная. В Москву я точно вернусь… нет, нельзя говорить. Скажу лишь что обратный рейс по расписанию только 22-го числа - завтрашний рейс «Москва-Владивосток» выполняет «летающая порнография».[4] А там легко догадаться. Нельзя нам говорить, когда вернёмся. Опять же, плохая примета.

До терминала приходится топать минут десять, зато не нужно тратиться на парковку, а она стоит больше тысячи рублей в сутки. И не факт, что будут места - бывало, попадал уже на такое.

Пока шёл, читал с телефона информацию METAR.[5] А она довольно скверная - ветер 4 м/с восточный, дождь, видимость около 7 километров. Атмосферное давление сильно низкое, всего 732 мм, температура воздуха +14°С. Ну, про дождь я и так знаю - уже несколько дней льёт не переставая. Хорошо хоть утренний туман не накрыл Шереметьево. А вот шторм накроет, однозначно.

А вот если верить американцам, то на Москву идёт мощный грозовой фронт, должен обрушиться на нас с юга аккурат к моменту взлёта и трепать нервы как минимум до Нижнего Новгорода. Словом, самолёты прилетают и улетают, по крайней мере, пока что.

И план полёта мне так и не прислали.

Вот и аэропорт. Вхожу и как обычно встаю в очередь для досмотра. Правила безопасности ужесточили, не хватало ещё второго Синая. А ведь вероятность такого просто огромная.