Посёлок

Глава 8. Отражения.

Они прочесывали лес по обе стороны от дороги, по которой еще вчера шли к злополучному холму. Шли медленно, внимательно осматривая кусты и овражки, время от времени останавливаясь и окликая Марию. Ее имя терялось в густой листве, не находя отклика. Утреннее солнце поднималось выше, но под пологом деревьев царил прохладный полумрак. Воздух пах прелой листвой и грибами.

– Дима... – Игорь остановился, чтобы перевести дух. Он нервно огляделся. – Мы с Анной... мы видели кое-что сегодня под утро. Перед рассветом.

Дмитрий обернулся. Его лицо было напряженным, но он не выглядел удивленным.

– Морену? – спросил он буднично, словно речь шла о погоде.

Игорь опешил.

– Ты... ты тоже видел?

– Не совсем, – Дмитрий покачал головой, его взгляд был устремлен куда-то в чащу. – Позже расскажу. Сейчас главное – Машу найти. Ма-а-ша! – снова крикнул он.

Тишина. Только шелест листьев да постукивание дятла.

Они прошли еще немного, и тропа вывела их к небольшому просвету. В стороне, почти скрытый папоротником, стоял огромный валун из темного, почти черного камня, высотой в человеческий рост. Его поверхность была испещрена глубоко врезанными символами – спиралями, переплетающимися линиями, знаками, похожими на руны. Камень словно излучал древнюю, тяжелую энергию.

Игорь замер перед камнем, его лицо изменилось. Узнавание, смешанное с ужасом, отразилось в его глазах.

– Подожди... – прошептал он, делая шаг ближе к валуну. – Я... я знаю это место.

Дмитрий обернулся, и в его глазах вспыхнула надежда.

– Правда? Ты был здесь? Помнишь дорогу? – Он помедлил, потом спросил осторожно: – Может... ты сможешь вывести нас отсюда? К Посёлку?

Игорь медленно провел рукой по холодной, шершавой поверхности камня. Он задумчиво покачал головой.

– Вывести отсюда не смогу. Но... кажется, я знаю, где Маша.

Он повернулся и указал на едва заметную тропинку, уходящую в сторону от камня, в гущу леса. Дмитрий помедлил лишь секунду, потом кивнул.

– Веди.

Они пошли по тропинке, которая становилась все уже. Лес здесь был старым, с замшелыми стволами и переплетенными ветвями, почти не пропускавшими свет. И вдруг из глубины леса донеслось пение. Тихое, но чистое, высокое женское пение без слов. Мелодия была странной, плавной, завораживающей.

– Это она, – Игорь кивнул, его лицо напряглось. – Поет.

Дмитрий молча кивнул, не сводя глаз с направления, откуда доносился звук. Они двинулись вперед осторожнее. Лес расступился, и они вышли на небольшую поляну, залитую мягким, золотистым светом. В центре поляны, спиной к ним, стояла Мария. Она стояла неподвижно, слегка запрокинув голову, ее глаза были закрыты, а губы едва заметно двигались в такт мелодии, которая, казалось, звучала прямо в головах.

– Маша! – сдавленно выдохнул Дмитрий, и облегчение волной прокатилось по нему. Забыв об осторожности, он бросился к ней через поляну. Игорь, прихрамывая, последовал за ним.

Дмитрий подбежал к Марии, коснулся ее плеча. Она медленно повернулась. Пение оборвалось, но мелодия продолжала звучать в воздухе вокруг них. Глаза Марии смотрели как будто сквозь Дмитрия. Они казались ярче обычного, глубже, и в них плескался странный, нездешний блеск. На губах играла блаженная улыбка.

– Они ждут нас, Дима, – сказала она мягко, и ее голос звучал непривычно плавно. – Мы идем домой. Наконец-то домой.

Облегчение Дмитрия сменилось удивлением, а затем – странным, глубоким очарованием. Он чувствовал, как напряжение отпускает его, сменяясь непонятным покоем.

– Кто ждет? – спросил он, сам не узнавая своего голоса. – О ком ты говоришь, Маш?

Мария подняла руку, и ее пальцы нежно коснулись его щеки. Прикосновение было прохладным, но приятным. Звук невидимого хора стал ближе, наполняя пространство. Ее рука мягко повернула его голову в сторону темной чащи у края поляны.

– Смотри, – прошептала она, и ее шепот был похож на шелест листьев. – Они знают путь. Они нас проводят.

Дмитрий посмотрел туда. Воздух между деревьями мерцал, дрожал. Сквозь листву пробивались золотистые лучи, и в них танцевали мириады пылинок. Ему почудилось движение – неясные, светлые силуэты, скользящие между стволами. Тихий, манящий шепот смешивался с неземной музыкой, обещая покой, возвращение. Взгляд Дмитрия стал отрешенным, на лице появилось выражение умиротворения.

– Надо же... – пробормотал он. – Какие...

Мария взяла его за руку. Их пальцы сплелись. Она мягко потянула его в сторону манящей чащи. Дмитрий пошел послушно, не сопротивляясь, с легкой полуулыбкой глядя на мерцающие огни.

Игорь, отставший от Дмитрия, увидел, как Мария ведет его к лесу. Он заметил странное выражение на лице друга. И тут же почувствовал резкий, неестественный холод, повеявший со стороны чащи. Тени на поляне стали длиннее, темнее, они словно ожили. Воздух стал плотным, тяжелым. Он понял всё.

– Стойте! – крикнул он что было сил, бросаясь вперед.

Он схватил Дмитрия за другую руку, пытаясь остановить его. Но тот даже не обернулся, он продолжал идти, увлекая за собой Игоря.

– Пойдем с нами, Игорь, – сказал он спокойно. – Там... там наш дом. Нас ждут.

Игорь почувствовал, как ледяной холод проникает сквозь одежду. Он видел, как меняется лицо Марии, становясь неживым. Он понимал, что теряет их. Собрав последние силы, он закричал так громко, как никогда в жизни:

– МАША! ДИМА! ЭТО ЛОВУШКА! ЭТО ОБМАН!

Эхо его крика заметалось по поляне и затихло. Мария и Дмитрий замерли. Мария медленно повернула голову. Странный блеск в ее глазах погас, выражение лица стало прежним – растерянным, испуганным. Дмитрий резко моргнул несколько раз, словно просыпаясь от сна, и непонимающе посмотрел на свою руку, сжимавшую руку Марии.

– Игорь? – тихо спросила Мария.

– Что... Что это было? – пробормотал Дмитрий. – Как холодно стало...

Игорь оттащил их от края поляны, подальше от зловещей чащи. Лес вокруг приходил в норму. Холод отступил, тени укоротились, солнечный свет снова стал обычным, теплым.