Пошёл вон

12 часть

Даларцы молча провожали бывшего чужака, который теперь стал их односельчанином. Редван шел к дому деда Ахмеда. Никто ему не указывал, он сам знал, где будет жить. Точнее, ОНА ему подсказывала. Его глаза были устремлены куда-то вдаль, горели чувствами, неведомыми простому смертному.

- Поди проверь, - подтолкнул Магди Зюму, когда Редван поравнялся с воротами дома, откуда недавно сбежал. - Вдруг он придуривается.

Зюма с сомнением глянула на него и вышла к бывшему мужу, обратилась на родном языке:

- Редван? Ты куда?

Его взгляд с трудом сконцентрировался на ней.

- Домой.

- Мне… пойти с тобой?

- Нет, зачем? Я ведь дал тебе развод. Ты свободна. - Редван вдруг нежно улыбнулся ей, как не улыбался никогда. - Спасибо тебе. Спасибо, что привела меня в это место. - Его глаза снова мечтательно остекленели: - Если бы ты знала…

Он вдруг приложил руку к ее животу.

- Мальчик будет. Сынок. Прости меня за все, Казибат. Приводи его почаще. Пока не подрастет.

Потом он пошарил в карманах, достал ключи от машины, передал ей и пошел прочь.

Зюма вернулась к Магди. Сердце покусывал стыд, но ей было хорошо и спокойно, как не было уже давно с тех пор, как она вышла замуж. Амхаст стоял рядом, прижимая к разбитому носу платок.

- Зачем ты его отпустила? Это наше дело. У него даже не было выбора.

- Он меня поблагодарил, - пожала плечами Зюма. - Теперь ему хорошо.

- Так не делается, сестра. Ты его просто подсунула. Это нечестно.

- У тебя тоже не было выбора, жребий выбором не считается.

Не стесняясь Магди, она стиснула Амхаста в объятьях:

- Я вообще-то тебя спасла! Брат мне дороже неверного мужа. А ему с ней рядом самое место!

Амхаст, все еще недовольный, качал головой, но по ответному объятию Зюма ощутила, какое облегчение и благодарность он испытывает.

***

Редван стоял на склоне горы, упиваясь запахом трав и свежего воздуха, который теперь для него имел собственный аромат. Сумки, набитые только что сорванными целебными растениями, лежали у ног. Перед дорогой назад надо было передохнуть — путь предстоял неблизкий, несколько километров под гору, а потом снова наверх, и там уже он выберется на середину тропы, ведущей в Тера-Далар. Его отныне родное село. Обычный неподготовленный человек после такой прогулки свалился бы без ног, но для Редвана она не составляла труда. Магди говорил правду — связь с Горной Девой и впрямь сделала его сильнее и выносливее. От частых долгих прогулок в пустынные места ушел живот, руки и ноги стали жилистые, с небольшими, но рельефными мышцами, как у всех даларцев.

Закрыв глаза, Редван несколько минут наслаждался покоем, тишиной и бурлившей в теле силой, потом приоткрыл их и посмотрел туда, где на камне сидела она. Его Горная Дева. Его Мелисса. Она предложила называть ее, как ему больше нравится — ему нравилось это.

Мелисса сидела вполоборота, с ровной, как ствол молодого деревца, спиной и исподлобья смотрела на него миндалевидными зелеными глазами. Потом повела рукой, отбрасывая серебрившиеся горным ручьем волосы.

Как она прекрасна! Как прекрасна! У Редвана защипало глаза и заломило сердце. Так бывало всякий раз, как он смотрел на нее, и со временем это чувство нисколько не притуплялось. Вечная влюбленность. Вечная неугасающая страсть, заставлявшая его ликовать и мучиться одновременно - ликовать, когда она удостаивала его хотя бы взглядом, не говоря уже о ласке или поцелуе, и мучиться при мысли о том, что его любовь может достаться кому-то еще. Он помнил, что, в отличие от нее, жившей на свете уже многие сотни лет, смертен и рано или поздно покинет ее, передаст другому, но… лучше поздно. Лучше поздно!

- Редва-а-н, - игриво протянула Мелисса.

Она была немногословна. Редван с улыбкой подошел, встал перед ней на колени и начал покрывать поцелуями прохладную кожу на обнажившейся икре, спускаясь все ниже, к очаровательной маленькой стопе, всегда босой и всегда чистой и ароматной, как свежий мох.

- Моя королева, моя ненаглядная, - приговаривал он. - Люблю тебя. Люблю тебя одну.

Она запустила пальцы в его волосы, и Редван зажмурился от счастья — счастья быть с ней, стоять перед ней на коленях, целовать ее ноги, во всем ей угождать.

Возвращался он в сумерках. Он любил ночь. Зрение стало острее, и темнота уже так не пугала. На подходе к селу он заметил поодаль пацанчика лет тринадцати, стоявшего у тропы с телефоном в руках. Сам Редван телефоны не любил и никогда не брал с собой в горы, чтобы не оскорблять техникой девственную чистоту природы. Заприметив его, пацан быстро кому-то набрал:

- Дядя, он возвращается! Ага!

Сбросив вызов, связной бросился вверх по тропе. Редван с улыбкой кивнул следовавшей рядом Мелиссе:

- Какие замечательные люди, так обо мне заботятся. Сегодня приходила жена Магди… Ну да ты знаешь. Ты не сказала, можно ей помочь? Четвертая стадия.

- Мгм! - Она по-детски быстро закивала. - Если хочешь.

- Хочу.

- Нужно кое-что особенное.

- Достанем.