Пошла, нашла, с ума сошла

Глава 16_3

— Это было позавчера, — нахмурился Пув. — Наверное, в каземате время быстро летит, вот ты и запуталась.

— В казематах оно наоборот тянется, — с видом профессионала возразила Кунтура.

— Стоп-стоп-стоп! — подняла я руки. — Ни в чем я не путалась. И в каземате мы пробыли недолго, только покушать и успели. Так что давайте-ка разберемся.

— А может, давайте сначала выберемся? — сказал Гоша. — Разбираться в чем-либо удобней с головой на плечах.

Какой все-таки умный мой любимый! И не теряет голову в трудных ситуациях. В переносном, я имею в виду, смысле. В прямом-то завтра еще как потеряет, если мы и правда срочно отсюда не выберемся.

Возражать никто не стал, и мы побежали к выходу. К огромному счастью, успели еще до того, как разморозился тюремщик у входа. Кстати, тут нам тоже повезло: мое обездвиживающее колдовство сработало именно в тот момент, когда охранник только-только вышел из дверного проема. Посмотришь издали — стоит кто-то, охраняет вход, все в порядке. А замер бы он посреди тюремного двора? Тут бы нам с Гошенькой и крышка.

Впрочем, крышка могла наступить в любой момент, пока мы не удалились от тюрьмы как можно дальше. Но как удаляться, если нас точно увидят? Два великана и два чудика в шутовских одеждах — отличная маскировка, нечего сказать! И тут я вспомнила, как сделала невидимыми нас с Галей и ежиком. Что мне мешало повторить этот опыт? Да, действует колдовство не очень долго, но достаточно для того, чтобы удрать подальше.

— Внимание! — сказала я. — Сейчас я превращу всех нас в невидимок. Не пугайтесь, когда исчезнут все остальные, а также пропадут и ваши руки-ноги. Это не навсегда, уверяю вас. И на самом деле ничего никуда не исчезнет. Я уже так делала — и как видите, со мной все в порядке.

— Мы поняли, — увидев, как закивали великаны, сказал Гоша. — Колдуй скорей, пока нас не схватили!

И тут разморозился охранник. Он выпучил при виде нас глаза и разинул рот.

— Его тоже заколдуй, — увидел это принц.

Долго меня просить не надо — я заколдовала. Невидимыми сделались и мы, и тюремщик. И он-то как раз завопил:

— А-а!!! Заключенные сбежали! Заключенные пропали! А-а!!! Я тоже пропал! Но я не сбежал! Сюда! Все сюда! Ловите беглецов!

Ну, пусть ловят — флаг им, как говорится, в руки. Вот только нам и в самом деле пора было убегать. Жаль, мы не договорились, куда побежим, заранее. Теперь это услышит и охранник… Нужно было немедленно вспомнить такое место, о котором знал каждый из нас, и упомянуть его иносказательно. К огромной радости, я его вспомнила! И сказала:

— Бежим туда, где Пув влюбился!

— В тебя? — уточнил лодочник.

— Что?! — воскликнула Кунтура.

— В нее, — быстро ответила я. — Побежали!

Я очень надеялась, что все меня поняли, и побегут к главным городским воротам — причем, выйдут из них на другую сторону. А уж там добежим до ближайших кустов, и можно опять становиться видимыми. Но я все-таки нащупала для верности Гошину руку и не отпускала ее до тех пор, пока городская стена не осталась за нашими спинами. Топот шагов Пувилона с невестой говорили о том, что и они все поняли верно.

И лишь оказавшись в кустах, я расколдовала всех нас. Кунтура выглядела очень сердитой.

— Объяснись, — пронзила она грозным взглядом жениха. — В кого это ты еще влюбился?

— В Лаву, — ответил честный лодочник. — Но еще до тебя. Давно-давно! И совсем чуть-чуть.

— Подтверждаю, — кивнула я. — Он меня любил всего лишь как козявочку в носу. А вот насчет давно-давно… Давайте-ка вернемся к разговору об этом.

— Пусть сначала скажет, что только меня любит, — продолжала пыхтеть великанша.

И Пувилон, прижав руки к сердцу, вдохновенно продекламировал:

— Я люблю тебя одну!
Почему не веришь, ну?
Если я бы не любил,
В гости б к маме не водил.
Мама нам сказала «да»,
Значит, все не ерунда.
Я тебя одну люблю
И простить меня молю!

— Ну хорошо, — оттаяла Кунтура, — прощаю.

А я, наоборот, нахмурилась:

— Вы все же побывали у мамы Пувилона? Но когда успели? И объясните нормально, где сейчас принцесса и еж? О каком позавчера шла речь, если вы только сегодня переместились в деревню?

— Да почему сегодня-то? — уставилась на меня влюбленная парочка. — Мы тогда и переместились.

— Когда тогда?

— Когда лгун Лапутун сбежал, — стал объяснять Пув. — А мы все стояли возле пещеры. И я хотел к маме. И принцесса тоже захотела. И укрунтил.

— И я, — подсказала Кунтура.

— Это и было сегодня! — замахала я руками и добавила, взглянув на предзакатное небо: — Но скоро будет вчера.

— Подожди-ка, Лавушка, — ласково произнес Гоша, и я расцвела от такого обращения, раньше он меня так не называл.

— Жду-жду, мой хороший. Что случилось?

— Когда я переместился к тебе, ты ведь тоже сказала, что прошло много времени, а для меня всего миг пролетел. Может, и сейчас так? Скажите, — повернулся он к великанам, — как долго вы гостили у мамы?

— Гостили недолго, — вздохнул Пувилон, — больше лодку строили. Вся деревня помогала, а все равно без малого три дня ушло. Потом день почти плыли.

— Три дня?! — воскликнула я. — А Галя с Болтуном?

— Тоже помогали строить. Ну, как помогали? Стояли и не мешали.

— Так сейчас-то они где?!

— Я уже говорила, — вновь вступила в разговор привратница, — сюда вернулись. Они первый день по деревне ходили, ее высочество с сельским бытом знакомилась и непосредственно с самими сельчанами. Между прочим, людям принцесса понравилась, сказали, что такую королеву хотят. Потом они заночевали у нашей мамы, укрунтил, правда, всем спать не давал, за печкой тараканов ловил. На другой день они нам с лодкой помогали, а к вечеру отправились домой. Позавчера это было.

— Для них позавчера, — пробормотала я, жалобно глянув на принца, — для нас завтра, а на самом деле когда? Что тут происходит с временем, Гошенька? Я очень боюсь за Галю и ежичка!