Посиделки в летней комнате.

Глава 11. Я же говорила!

— Магия любви? Разве она не только в сказках? — выдала на едином дыхании Ирина. Нет, в саму любовь женщина, конечно, верила. Но магия — это что-то запредельное.

— Магия любви присутствует у того человека, который умеет любить. И вообще, уметь любить — это обладать большим талантом, — разглагольствовала баба Зина.

— Баба Зина! Почему одним всё, а другим ничего? — спросила вдруг Иветта.

— Это потому, деточка, что одни люди умеют слушать своё сердце. Ну или душу, как люди говорят, её порывы. Живут эти люди по совести, опять же по веянию этой самой души. И всё у них как надо в жизни складывается, ну или почти всё. А другие люди свои поступки подчиняют капризам, и всё у них идёт наперекосяк, — прочитала короткую лекцию на тему «из жизни простого обывателя» баба Зина.

— Значит, я жить не умею, — сморщилась в досаде Иветта.

— Умеешь. Почему, не умеешь? — баба Зина поглядела на даму из-под очков. И когда у неё на носу появились очки?

— Я суженого не встретила. Замуж за не пойми кого выскочила. Наломала я дров, баба Зина. Теперь уже и не исправишь, — разохалась Вета.

— А и исправлять не надо. Знать, судьба твоя такая была. Влюбилась ты не в того парня. Но ведь любила. Жила его чаяниями. Сына ему родила. Ничто не проходит зря. Было и счастье. Ведь было?

— Было, — кивнула Вета. — Много чего было. Без сына, без мужа я бы с ума сошла от скуки за эти годы.

— А тут всё движуха! — заулыбалась Ирина видя, что Иветта вздохнула с облегчением. Не зря Веточка жизнь прожила.

— Так, девоньки, вы Наташке помочь хотели. Её суженый в воскресенье зайдёт в кафе «Чародейка» в районе обеда перекусить. Вы как? — баба Зина уже строила планы.

— Я только «за», — встрепенулась Ирина.

— А я не могу. Я в воскресенье со внуком Матвеем весь день сижу. Может, ты сама без меня? — Вета уставилась на Ирину.

— Я? Нет-нет! Я там растеряюсь. Я одна боюсь. Баба Зина!

— Не в воскресенье значится… Он ещё в среду туда же в «Чародейку» зайдёт. У него там встреча с другом намечается.

— Я могу, — выпалила Ирина.

— И я могу, — подтвердила Иветта.

— Ну и славненько! Раз все агенты соберутся, я тогда того друга подзадержу немного.

— Как, баба Зина, ты это сделаешь? — заинтересовалась любопытная многодетная мамаша.

— Как? Пусть мимо него автомобиль прокатит и его грязью забрызгает. Гарантировано, что на несколько минут дружок задержится.

— Ну ты даёшь, баба Зина! — восхитилась Ирина.

— Помогаю, как обещала. А теперь, девоньки, прошу на выход. Устала я.

— От чего устала, баба Зина? От нашей болтовни? — оживилась Ирина успокоенная за Наташкину судьбу.

— Да не от вас я, девоньки, устала. Устала человеческий облик поддерживать.

Отправились девицы по своим делам. Иветта всё думала о Николае, о его непростой судьбе. Ирина вспомнила о намеченной ещё с вечера глобальной стирке. Семья-то большая! Одни огорчения в последнее время. Янка припёрла «двойку» по математике. Таблица умножения девке никак не давалась. Да ладно, девочки редко становятся великими математиками. Эта им явно не будет. Ещё стихотворение задано наизусть. Учить придётся вместе. У-у-у! Никакого покоя. Зато Вадька молодец! По английскому языку «пятёрку» заработал. Душа радуется. А как иначе? Ирина жила жизнью детей и мужа. Она почти полностью растворилась в их делах. Не оставила себе ничего личного. Ну разве, что вязание. В основном она вязала носки и варежки. Красивые получались и добротные. Петелька за петелькой вплетала она в вязанье свои несостоявшиеся мечты. А они у неё раньше имелись. Ещё какие мечты! Ирина тоже когда-то бредила карьерой. Но не сложилось. Видимо это было не самое её заветное желание потому, как Ирина жила счастливо. Не богато, но счастливо. Не жалела Ирина ни о чём и не хотела бы вернуться назад на несколько лет и исправить всё. Нет, только не это!

— Я скажу Наташке, что посидим немного в «Чародейке», — торопливо бросила Ирина Иветте, когда они перешли в дом из летней комнаты.

— А повод?

— Что ещё и повод надо?

— А как же! Так просто Наташка не пойдёт, скажет, что денег у неё нет.

— Праздник! Какой сейчас праздник будет? — усиленно соображала мать семейства.

— Не помню. Скажи, что у меня именины, и я зову на пирожные.

— У тебя именины? Разве у Иветты бывают именины?

— Точно, не бывает. Мне просто захотелось посидеть в кафе. Так ей и скажи.

— Наташка скажет, что у неё подарка нет.

— О-о-о! — закатила к небу, то есть к потолку глаза Иветта. — Не надо подарков! А если она откажется, то пригрози, что обижусь.

— Попробую.

— Ира, помни, что от этого зависит её жизнь. Делай, что хочешь, но ей надо там быть в эту среду, — Иветта вдруг стала непреклонной.

— Так точно, мой командир! — шутливо отсалютовала Ирина, и они расстались.

Среда. Иветта прибежала к кафе в назначенное время. Почти сразу подошли и Ирина с Наташей.

— Привет! С праздником тебя, Иветта! — заулыбалась Наташа.

— Каким? — чуть всё не испортила Вета.

— У тебя же именины, — подмигнула Ирина.

— Ах, да! Спасибо. Ну, пойдём? — Иветта начала подталкивать подруг ко входу в заведение.

— Что это мы зависли? Пошли! — Ирина галантно пропустила вперёд Наташу. Последняя споткнулась о порожек и чуть не растянулась. Так они и зашли в зал весёлой гурьбой. Как и ожидалось, все столики были заняты. Заведение считалось небольшим, а время обеденное. Час пик, так сказать.

— Ну вот. Куда мы приземлимся? — растерялась Наташка.

— Пошли к тому мужику, — повела подруг Ирина. Она следовала чётким наставлениям бабы Зины. «И всё у вас получится», — звучал говорок бабки-чаровницы у Ирины в голове.

— Молодой человек, у вас свободно? — осведомилась Иветта. Мужчина поднял глаза от чашки кофе. Он доедал свой холостяцкий обед.

— Э-э… — выдавил из себя парень нечто невразумительное. Он во все глаза смотрел на Наташу. Ну слава Богу!