Посланница звезды для двух кланов.

Глава 5.

Глава 5

Алиса проснулась от того, что кто-то тихо кашлял у неё над ухом.

Первой мыслью было: «Пациент, ночь, приёмный…»
Второй: «Какой ещё приёмный, дурочка, у тебя потолок из брёвен, паутины и X век за окном».

Она открыла глаза. Над ней висела балка, набитая мхом. Мох где-то уже подсох, а где-то сочился зелёной сыростью. Снизу тянуло дымом, кисловатым духом вчерашнего пира и чем-то тёплым, хлебным.

У подстилки на корточках сидел Леофрик, обнимая колени. Кашлял — стесняясь, как будто боялся разбудить её и не разбудил достаточно.

— Опять ты, — простонала Алиса, садясь. — Ты знаешь, что в моём мире за такое дети получают строгое «а ну марш спать»?

Мальчишка просиял:

— Héo cwæþ! — радостно сообщил он в пространство. — Héo ne dēað!

«Он очень рад, что ты жива», — сухо прокомментировал Корт.

— Ага, — хмыкнула Алиса. — Я тоже иногда удивляюсь.

Тело ныло. Плечи — будто по ним всю ночь ходили кони. Спина — как после ночного дежурства, когда ты три раза таскал тучного пациента по лестнице. Но, в целом, жива.

Что хуже — в голове завёлся список. Не из дел. Из проблем.

Вода.
Грязь.
Холод.
Кривая архитектура.
Спорная земля между кланами.
И пункт «выбрать себе мужа. Или двух».

Она застонала и упала обратно на подстилку.

— Ælīsæ, þū hit ne mōst, — вежливо напомнил в голове Корт. — Mōrgens biþ gemōt.

«Ты не можешь валяться. Утром — совет.»

— Знаю, — буркнула она. — Просто дай мне тридцать секунд поподумать, как я докатилась до того, что мои навыки по утеплению домов обмениваются на мужей оптом.

Леофрик тем временем подполз ближе и протянул ей миску.

— Eten?

Каша. Плотная, как строительный раствор, дымящаяся. Алиса взяла, понюхала. Зерно, немного молока. Ничего смертельного.

— Ладно, — сказала она. — В конце концов, у меня впереди тяжёлый день.

Она запихнула в себя пару ложек, поставила миску и, не вставая, тихо спросила:

— Корт, как там наше яйцо?

«Капсула в порядке», — ответил ИИ. — «Маскировка держится. Солнечные панели уже частично развернуты, но я выставляю их только на стороне, обращённой к лесу. Солнца мало, но хватает на базовую работу.»

— А если они всё-таки полезут туда?

«Я заблокировал люк и включил режим статической маскировки. Снаружи она выглядит как чуть более крупный камень, обросший мхом. Если никто не начнёт её долбить топором…»

— …то у нас ещё есть шанс не устроить здесь маленький техно-апокалипсис, — закончила Алиса. — Ладно. Пора проведать наше «камнемоховое чудо».

---

До капсулы она шла одна. Киаран, к её удивлению, никого с ней не отправил. Только бросил мимолётный взгляд: «вернёшься — хорошо, не вернёшься — тоже интересный исход».

Лес был сырой. Последний снег уже сошёл, но земля ещё держала в себе холод — хлюпала под ногами так, что каждый шаг отзывался в щиколотках неприятным ледяным чавканьем. Где-то ворона хрипло каркнула.

Под ветвями елей капала вода — не дождь, а остатки ночного инея.

Капсула сидела в ложбине, вросшая в грязь, как огромный серый валун.
Если бы Алиса не знала, куда смотреть, сама бы не нашла. Маскировочное покрытие подстроилось под оттенки камня и влажной земли: неровная, грубая поверхность, местами блеск тонкой плёнки льда, местами — зелёные разводы мха.

Ни тебе белого металла, ни миганий, ни щелей.
Только если подойти вплотную и приложить ладонь — почувствуешь под её рукой слабое, ровное тепло.

— Ну привет, дом на колёсах, которые оторвали, — тихо сказала Алиса.

В ответ у неё в голове щёлкнуло:

«Режим доступа. Приложи руку дольше.»

Она прижала ладонь.
Почувствовала, как кожа под пальцами слегка проваливается — иллюзия, не реальное движение, но всё же.
В покрытии прорисовался овальный контур люка, будто мох внезапно решил очертить невидимую дверь. Полоса на мгновение сверкнула светлее — и снова потемнела.

Люк приоткрылся бесшумно.

Внутри капсулы пахло… как домом. Странно, но правда.
Пластик, металл, лёгкий запах её шампуня из прошлого мира, застрявший в тканях, — и что-то сладкое, едва уловимое, знакомое с детства.

Она влезла внутрь, подтянула ноги и аккуратно закрыла люк за собой, оставив только узкую щель света. Капсула загудела тихо, как спящий кот.

— Система жива, — сообщил Корт. — «Солнечные панели получили достаточно энергии, чтобы держать базовые функции. Заряд на долгое путешествие по звёздам, конечно, не наберём, но на тебя одной хватит.»

— Обнадёживающе, — сказала Алиса. — Дай свет.

По потолку пробежали полосы мягкого света.
Внутри всё было аккуратно. В отличие от деревни.

Полка с контейнерами — каждый подписан, аккуратно закреплён.
Ряды пакетиков с семенами, в которых бабушка зачем-то разгулялась: календулу, лен, морковь, лук, бобы — всё помнила, всё собрала.

— Спасибо, бабушка, — прошептала Алиса, глядя на аккуратные круглые почеркушки: «фенхель — от живота», «ромашка — успокоить», «настурция — красиво, но не есть много».

Ниже — отсек с одеждой.
Алиса открыла его, и губы сами собой выдали тихий смешок.

— Ну да, конечно.

На неё смотрели аккуратно сложенные платья.
Плотный тёмный бархат, корсажи, вышивка. XVII век, как и планировали.

«Тебя же хотели бросить в эпоху мушкетов, а не в век, когда кирпич — роскошь», — напомнил Корт.

— Угу.
Она вытянула одно платье, разложила.

Красивое. Тяжёлое. Очень не по сезону для сырого X века, но… ткань прекрасная.

— Распустим, — решила Алиса. — Никаких корсажей, спасибо. Мне тут не прийти умереть на пиру от того, что не могу вздохнуть.

Она проверила ещё один контейнер. Там — обувь. Пара кожаных ботфортов, которые здесь можно будет выдать за «чудо далёких земель».

Рядом — небольшой ящичек. Тот самый. Бабушкин.

Алиса достала его, провела пальцем по крышке.
Древесина, потемневшая от времени, запах воска, немного лаванды.