После измен. Рот закрой и будь мудрой женщиной

Глава 11. Жестокий

Ни денег, ни телефона.

Затылок начинает ныть. Касаюсь его пальцами сквозь бинт и шиплю от боли.

Никак не могу собраться с мыслями.

— Мам, ты мне одолжишь немного денег? — оглядываюсь на маму, которая вслед за мной выходит из комнаты.

Он не торопится отвечать.

— Мам, ты серьезно? — охаю я. — Вот так, значит?

— Ты должна все обсудить с Демьяном.

— Ты на чьей стороне?! — повышаю я голос. — Я тебе еще раз повторю. Он мне изменяет! У него любовница! Это конец, мама! У меня нет времени! Как ты не поймешь! — из глаз брызжут слезы. — Ты не понимаешь, что ли? Он же мне жизни не даст, если я… если я…

Я даже не могу сказать о своей возможной беременности вслух. Настолько мне страшно сейчас.

Мне так не было страшно ни при первой беременности, ни при второй. Я волновалась, тревожилась, а сейчас я буквально в ужасе.

Мне становится душно.

Я задыхаюсь, будто из воздуха выкачали весь кислород. Я кидаюсь к входной двери

Мне надо на свежий воздух.

— Да куда ты, Дина?!

Торопливо сую ноги в растоптанные мамины тапочки и дрожащей рукой проворачиваю ключи в замочной скважине несколько раз.

— Да что же ты так дуришь?! Дина!

Она пытается меня схватить за руку, но я ее отталкиваю:

— Мама, не лезь! Я тебя поняла! Ты за Демьяшу, а не за родную дочь!

Я не могу сделать даже одного вдоха.

— Дина!

Распахиваю дверь и выскакиваю на лестничную площадку в тот самый момент, когда из лифта выходит Демьян.

Я цепенею. За секунду будто становлюсь каменной статуей, которая не дышит и не моргает.

Демьян делает еще один шаг и останавливается.

Брюки, рубашечка, пиджачок. Все при нем. Только рожа мрачная и взгляд, как у палача, который отрубит мне голову и слезинки не проронит.

С ним и в браке было сложно, но меня спасала любовь, которая помогала мириться с его тяжелым характером, а теперь…

Да я в петлю полезу, а он станет еще злее, жестче и упрямее.

Медленно поднимает брови.

Пытаюсь понять по его взгляду, что ему сказали мои анализы, которые он обещал забрать?

Но паника и жар мне мешают сосредоточиться.

— Ты куда собралась в таком виде, Дина?

Мне кажется, что от моей макушки до копчика идет тонкая трещина отчаяния от его холодного тона.

Нет, я должна с ним развестись и жить спокойно без его права быть папой нашему третьему ребенку.

Я могу быть свободной. Да, обиженной, разъяренной и оскорбленной, но свободной от лжеца, предателя и мерзавца.

— Здравствуй, Демьян, — Мама выходит из квартиры.

А мама будет на его стороне.

Начнет жрать мне мозги, что у ребенка должна быть полная семья и что все люди ошибаются. И что каждый из нас заслуживает шанса.

Я должна вырваться из ловушки.

Холодно. Руки дрожат.

Он разлюбил меня, и у него другая постоянная женщина. Неслучайная потаскуха по пьяне, а женщина, с которой у него есть свои договоренности.

— А куда наша красавица собралась? — Демьян делает ко мне шаг. — Дина, вернись в квартиру.

Мама берет меня за руку и тянет за собой.

Ребенок позволит Демьяну портить мне жизнь под предлогом, что он отец-молодец и что мне придется с этим смириться.

Ребенок — отличный повод манипулировать мной и даже угрожать мне. Да, я уже сейчас могу сказать, что Демьян не будет милым и добрым бывшим, если я разведусь с ним.

Ребенок сделает меня уязвимой и слабой. Сначала беременность сожрет меня, а потом мне устроят сладкую жизнь. Я в этом уверена на все сто процентов. Заботы, любви и ласки от Демьяна не стоит ждать.

— Она и вам истерики закатывает?

Я хочу сесть на корточки и разрыдаться.

Он слишком сейчас жесток. Я такого не заслужила.

— Я просто хотела… подышать… воздухом, — у меня начинает кружиться голова, — мне стало душно…

— Посадим у открытого окна, — заявляет Демьян и прет на меня мрачной скалой, вынуждая отступить к маме. — Тебе же сказали. Постельный режим хотя бы несколько дней.