После измены. Одна прописка на троих

Глава 4

Звук воды утихает, и я напрягаюсь, прислушиваясь к каждому шороху и звуку в коридоре. Жду, когда Лев выйдет из ванной, и опираюсь спиной о дверь. Вот только бывшего мужа это не остановит, если он захочет войти в спальню. И даже то, что я из-за беременности поправилась, никак не поможет мне удержать дверь запертой.

Поглаживаю живот, чтобы успокоить и себя, и ребенка, сжимаю зубы и зажмуриваюсь, не веря еще до конца, что со мной в одной квартире сейчас находится Лев.

Я уже привыкла к мысли, что мы с ним никогда не увидимся. Что он окажется в тюрьме, а я, как только рожу, уеду из города.

А теперь, когда моя жизнь и планы переворачиваются вверх дном, я чувствую беспокойство.

Три месяца. Мне нужно жить с Львом под одной крышей целых три месяца.

Вздрагиваю, услышав скрип двери в ванную. Петли не смазаны, и сейчас я радуюсь тому, что так и не занялась этим вопросом.

Тишина.

Мне казалось, что Лев благоразумно отправился в гостиную, как единственно свободную комнату, но когда сзади чувствую толчок, в ужасе отскакиваю, чтобы он ненароком меня не пришить своей силищей.

– Ты что делаешь? – выдыхаю громко, оборачиваясь и глядя на появившегося в открытом проеме Льва.

– И давно у тебя привычка стоять под дверью? – лениво протягивает он и не спешит проходит внутрь. Останавливается прямо у порога и бесстыдно меня изучает.

Мне становится неуютно, я скрещиваю пальцы на животе, а одну ногу скрещиваю на лодыжке второй ноги.

Мне и раньше было тяжело привыкнуть к его бесцеремонности и наглости, как и к его привычке глазеть, если что-то его заинтересовало. Кто-кто, а Лев в моем окружении был единственным, кто не стеснялся своего интереса и всегда открыто его проявлял.

В свое время это в нем меня привлекло, ведь я была его полной противоположностью. Стыдилась всего и вся, боялась собственной тени.

– Это моя дверь, где хочу, там ее и подпираю, – шиплю я, так и не придумав что-то колкое. В отличие от меня, он более подкованный на язык. Ему всегда есть что сказать. Он мастер вгонять меня в краску, и сейчас меня это злит.

– Ути-пути, какие мы злые, – усмехается Лев, и я прищуриваюсь. Что-то в его поведении меняется, он уже не выглядит таким агрессивным, как до душа.

Сама же я сглатываю, стараясь не опускать взгляда ниже его подбородка.

Он, как назло, не оделся после душа, а щеголяет передо мной в одном полотенце, обмотанном вокруг бедер. Своего тела он никогда не стеснялся, а сейчас словно специально выставляет его мне на обозрение.

– Это что? – цежу я сквозь зубы, все-таки опустив взгляд вниз и заметив знакомую розовую ткань. – Мое полотенце для лица?!

С возмущением смотрю на его бедра и пользуюсь возможностью рассмотреть его лучше.

В СИЗО он должен был осунуться и похудеть, но всё вышло наоборот. Плечи его стали как будто шире, грудная клетка мощнее, а мышцы на руках массивнее и крупнее.

Сглатываю слюну и быстро смотрю обратно на лицо. Оно не изменилось, всё такое же бородатое, черты грубо высеченные, а излом бровей намекает на его ехидный характер.

– Не знал, что моим полотенцем для бедер, – говорит он и демонстративно дергает пахом, – ты вытираешь свое лицо, Элла.

Прикрываю глаза, едва не шлепая по ним ладонью. Даже в такой ситуации он умудряется вести себя, как хозяин квартиры и положения.

– Ты просто отвратителен, – выплевываю я и тяжко вздыхаю. Не представляю, как смогу жить в таком напряжении несколько месяцев.

После моих слов Лев напрягается и поджимает губы, становится чуточку серьезнее.

– Я же сказал тебе принести мне полотенце, Элла. Ты этого не сделала, и я посчитал, что могу воспользоваться любым.

– Я тебе не горничная, чтобы что-то тебе носить, – шиплю я, впиваясь ногтями в кожу ладоней. Господи, дай мне терпения пережить хотя бы сегодняшний день.

– Го-о-орничная? – протягивает он и скабрезно ухмыляется, вспомнив кое-что из нашей общей биографии.

Мои щеки горят, и я вся подбираюсь, чувствуя возмущение. Пусть только попробует на что-то намекнуть…

– Ты, может быть, здесь и прописан, Лев, но мы с тобой в разводе, так что вещи мои трогать не смей!

Лев будто веселится, наблюдает за сменой эмоций на моем лице, а затем вдруг перестает со мной препираться и просто убирает руку, перестает придерживать то самое полотенце раздора.

– Не жадничай, Элла, – усмехается он и гордо продолжает стоять напротив. – Но если оно тебе так нужно, забирай.

– Ты издеваешься?

С сипением втягиваю в себя воздух и не могу оторвать взгляда от его бедер. Наблюдаю, как полотенце медленно соскальзывает по его телу вниз, приоткрывая то, что должно быть скрыто от чужих глаз, а затем и вовсе падает ему под ноги. На пол между нами.

Я прикрываю глаза, чтобы бессовестно не пялиться на его пах, а сама едва сдерживаю стон. Я совсем забыла, какой Лев похабный.

– Издеваюсь? Я? – повторяет он за мной провокационно, с усмешкой наблюдая за моей реакцией. – Разве это я требую полотенце с голого мужика, м?

Я наконец беру себя в руки и отворачиваюсь, пытаясь вспомнить, остались ли на балконе еще его вещи. У меня всё никак руки не доходили выбросить их или пожертвовать на благотворительность, а теперь я этому только рада.

– Ты за вещами? Бери их и проваливай в гостиную. И не смей щеголять в моей квартире полностью голым! – шиплю я, но к нему лицом не оборачиваюсь.

Боюсь, что он своей очередной дерзкой колкостью собьет меня с толку и деморализует.

И не зря…

– В гостиную? – ухмыляется он, не спешит забрать сумку с балкона. – Я планировал разместиться в спальне.
____
Приглашаю в следующую книгу литмоба от Регины Янтарной:
Развод. Буду сильной
https://litnet.com/shrt/zdYJ

- Ты с ней спишь? – смотрю на блондинку в форме медицинской сестры.
- Я не виноват, что ты стала другой! - С тобой невозможно дышать. А я - творец! Мне нужно вдохновение.
Резко отхожу на шаг.
- Измена - теперь называется вдохновением? – голос срывается. - Ты чужую помаду на воротнике - называешь полётом мысли?
- Я устал, Злата! – слова его ранят в самое сердце. – И не собираюсь перед тобой оправдываться.
После пятнадцати лет брака я узнаю, что у мужа есть любовница. Он уверен, что я буду терпеть его измены…
https://litnet.com/shrt/-Die