После измены счастье есть

Глава 2

АЛЕКСАНДРА

– Сашуль, держи, – Варя протягивает мне вилку и одновременно пододвигает тарелку с большим куском «Медовика» и чашку с чаем.

– Спасибо, – дергаю уголки губ вверх, старательно рисуя улыбку.

А вот как есть любимый тортик – ни в чём крестная не ошиблась, я действительно именно такой обожаю. И не потому, что дёшево, а потому что мне вкусно! – не представляю. Кусок в горло не лезет.

Николай такой мерзавец оказался, в голове не укладывается.

Ну как можно при умнице и красавице жене, как моя Варюша, лезть целоваться к другой женщине?!

Как?

Дядя Коля, ты совсем долбо..б?!

Я не понимаю!

Мало того, что она старая и высокомерная снобка с холодным презрительным взглядом. Смотрела на меня, как на блоху безродную, когда физрук нас с идиотом-Крыловым отчитывал. Так еще и замужем!

Замужем за спонсором нашей гимназии!

Таким же снобом, как она сама. За мужчиной, чью фамилию на первосентябрьской линейке повторяют чаще, чем фамилию директора школы. И так благоговейно, будто в этот момент за его здравие в церкви свечки ставят.

Кошмарная семейка ледышек.

Неудивительно, что у них и сынок – не подарок. Не просто идиот, а идиот в квадрате! Мажор чертов! Да таких высокомерных засранцев от нормальных людей отдельно держать надо и выпускать только со справкой из психдиспансера не чаще, чем на пару часов в сутки.

Он же отмороженный!

На всю голову!

Боженька миленький, вот никак не понимаю! Неужели дядя Коля в своей качалке последние мозги вместо жира сжег, что с этой семейкой связался?

Ладно работа… деньги – понятно…

Но всё остальное?!

Как можно было золотую жену, добрейшей души молодую и натурально красивую женщину, на силиконовую долину променять?

Варя же его так любит. Ради него на все готова.

Коля то, Коля сё.

Он говорит, что ему по работе уехать надо – она отпускает без проблем. Он просит помочь – она вечерами сидит и переводы эти дурацкие для его знакомых строчит, строчит, строчит! Он в университет поступил, а она за него все задания делает!

И при этом всегда улыбается, всегда шутит и подкалывает, сглаживая острые углы его колючего характера.

Я ж раньше думала, что у него просто нрав тяжелый, из-за работы. А Варю он любит… но после того, что видела сегодня своими глазами, уже совершенно не уверена.

Когда любят, в глотку чужой женщине свой язык на школьной парковке не суют. И руки под одежду не пихают. И много еще чего не делают!

Вот мои мама с папой друг друга очень любили. Всегда вместе, за ручку. Всегда с улыбками.

Папа маме цветы часто дарил. Просто так, без повода. В выходные сам готовил, чтобы она отдыхала. Даже уборку мы втроем наводили. Папа пылесосил, мы с мамой пыль вытирали.

Родители и работали вместе. В одном кабинете сидели. Он – начальник отдела. Она – главный специалист. И никогда друг от друга не уставали, как бы другие за спинами не шипели из зависти.

И за Варю они от души радовались, когда четыре года назад она за Пригожина замуж выходила. У нее же первый жених погиб. Контрактник, уехал на год служить и уже не вернулся.

Она долго одна была, уж думали, так и все. Никто ее не расколдует. А тут Николай в отпуск к родителям в поселок нагрянул. Увидел ее и, как сам говорил, дар речи потерял. Влюбился без памяти.

Четыре месяца круги вокруг нашей умницы наворачивал, пока она «да» не сказала. И понятно почему. Молодая, красивая, хозяйственная, образованная. Картиночка просто!

И я радовалась. На свадьбе их два дня гуляла, смотрела, какая невеста красивая и счастливая и жених сильный, на руках ее постоянно носит и в глаза заглядывает, «люблю» говорит.

И тогда, когда в город большой он ее увез, тоже радовалась. Потому что в нашем поселке делать нечего. Работы почти нет. Всего две школы и три сада. Молодежь никакая, в основном одни старики.

И когда Варя после гибели мамы и папы меня позвала к себе жить, тоже радовалась. Мы с ней всегда близки были. У нас и разница-то в возрасте всего-ничего. Двенадцать лет. А бабушка Люба пусть и неплохая, но настолько несовременная, что даже сотовый кнопочный телефон для нее – уже шайтан-машина. А я, пусть и не особо избалованная, но к интернету и гаджетам привыкшая.

– Рыжик, ты чего грустишь? Улыбнись, солнышко! – накрывает мои пальцы своими Варя и в глаза заглядывает. – Если по поводу того, что тебе Коля наговорил, то даже в голову не бери! Никому я тебя не отдам! Ты – моя! Поняла? Ни в какую деревню не вернешься! Даже голову себе ерундой не забивай!

– Угу. Я тебя тоже, Варюш, люблю.

– Ты ж моё сокровище, – тянется и обнимает за плечи, а потом в макушку целует и заговорщически шепчет. – А еще знаешь что?

– Что? – повторяю послушно.

– Если тебя этот выхухоль мажористый, который Крылов, совсем достал, так давай ему тёмную устроим!