После измены. Я тебя не отпускал

Глава 4

– В ту ночь, когда меня машина сбила и случился выкидыш… Ты до самого утра, как узнал об этом, трубку не поднимал. Сам не звонил… Это случилось в ту ночь?

Я задыхаюсь, невольно вспоминая то, что произошло много лет назад. Та ночь до сих пор вызывает у меня вопросы. Я еле дышу, но никак не могу отвести взгляда от мужа, надеюсь, что он ответит отрицательно, успокоит меня, но этого не происходит.

По его лицу вижу, что в точку попала. И в голове у меня тут же генерируется эта пакостная сцена, где в главной роли предатель – муж. Я не хочу этого делать, но голова сама наполняется кадрами, как из кино… страстным шепотом… поцелуями…

Хватаюсь за горло, чувствуя, что меня сейчас стошнит. Дышу через силу, со всхлипами и стонами. Опираюсь на стол, когда пол вдруг растворяется под ногами. Шилов протягивает руки ко мне, с тревогой заглядывает в лицо.

– Это никак не связано, Арина, не думай об этом, хорошо? – выдыхает он, лицо судорожно напрягается, а меня вдруг начинает тошнить от него.

– Не смей ко мне прикасаться, – шиплю, отталкивая его руки. – Уйди. Просто уйди. Даже твои руки предали меня! Ты ими касался… – я не могу произнести ни слова о той, которая будто и сейчас застыла тенью между нами.

Он подается ко мне, а я, наоборот, делаю шаг назад, чтобы увеличить расстояние между нами. Выставляю руки вперёд, чтобы он не смел ко мне подходить, и он останавливается, но по лицу вижу, как тяжело ему это даётся.

– Хватит уже молчать! Я задала тебе вопрос, неужели так сложно ответить «да» или «нет»? – выплевываю я, сама смотрю на него, агрессивно вглядываясь в глаза.

– Да, в ту ночь, – наконец говорит он, каждое слово звучит так, словно забивает ими сваи.

Я зажмуриваюсь, пытаюсь совладать с реальностью, но легче мне не становится. Ощущаю себя растоптанной и оплеванной, ведь именно в ту ночь мне так сильно нужна была его поддержка, а он не то, что не был рядом – он в этот момент был с другой женщиной.

– Тебе самому от себя не противно? – усмехаюсь я и открываю глаза, глядя на него болезненным взглядом.

Гордей молчит, только смотрит на меня потерянно, застыв на месте, и в его глазах плещется раскаяние. А я даже не знаю, действительно ли он испытывает это чувство или это плод моего воображения. Может, я выдаю желаемое за действительное?

– Я не хотел так с тобой поступать, Арина. В ту ночь, когда я узнал о твоем выкидыше, о потерянном ребенке, я был сам не свой. Пошел в бар и…

– Хватит! Я не хочу знать таких грязных подробностей, – выплевываю я и качаю головой. – Неужели ты настолько жалок, что хочешь списать всё на свое невменяемое состояние? Даже ответственность не можешь взять на себя.

– Я как раз-таки взял на себя ответственность, Арина, – мрачно заявляет муж, и я тяжело выдыхаю, ведь точно осознаю, о какой ответственности он говорит.

Ребенок. У него есть ребенок, которого он записал на свое имя, а я этого даже не знала.

– Как давно ты в курсе? – спрашиваю я, а затем жду его ответа, затаив дыхание.

Почему-то возникает мысль, что все эти годы он мог не знать о ребенке. Конечно, с одной стороны, мне хочется верить, что он не спал с той женщиной регулярно, а близость между ними была всего раз, но с другой стороны, разве это имеет значение, когда у них совместный сын, о котором мне приходится лишь мечтать?

Возникает гадкое чувство, словно эта женщина украла мою мечту. Походя, даже не думая об этом. И от этого мне куда неприятнее, чем от любых ее оскорблений.

– С самого начала. Марьяна ведь в медицинской сфере работает, так что нашла меня довольно быстро, а я не смог заставить ее сделать аборт.

Прикрываю глаза. Даже не сомневаюсь, почему она его не сделала.

– Почему же ты не сказал мне об этом еще четыре года назад?

– А как ты себе это представляешь? – рычит он и ощеривается, явно я наступила ему на больную мозоль. – Что я пришел бы к тебе и сказал: «Прости, родная, пока ты страдала от потери нашего ребенка, я переспал в это время с другой женщиной, а она теперь беременна»? Ты считаешь меня настолько жестоким зверем?

Он смотрит на меня больным взглядом, а я опускаю глаза, не в силах смотреть ему в лицо. Меня пробивает током, я вся дрожу, так что обхватываю себя руками, надеясь, что эта тоска скоро пройдет. Но этого не случается, ведь проблема не рассасывается сама собой, а это не кошмарный сон, а реальность, с которой мне приходится иметь дело.

– Я же знаю, как ты мечтала о ребенке, Арина. Будь моя воля, ты бы вообще о мальчике никогда не узнала.

– Раз не хотел, чтобы я узнала, зачем же Марьяну на работу принял? Не кажется ли тебе это прямым доказательством, что ты совсем попутал берега и позоришь меня теперь на всю больницу?

– Я этого не хотел! Но если бы я знал, что во время моего отпуска Марьяна устроится медсестрой в мое отделение, этого бы не случилось! Прошу тебя, потерпи немного, я решу вопрос в течение недели. Работать она здесь больше не будет.

– И что ты планируешь делать? – не могу не задать вопрос, который меня интересует.

– Всё будет между нами как прежде, Арина. Обещаю, мой сын никак не повлияет на нашу жизнь. Я буду платить ему алименты, видеться на нейтральной территории, ни его, ни тем более Марьяну ты больше не увидишь. Дай мне неделю, и я всё решу.

Я неверяще смотрю на мужа, не понимаю, что он несет. Он выглядит таким серьезным, что, выходит, он и правда верит, что я способна закрыть глаза на его измену. Что мы будем жить с ним, как и раньше, а он сможет жить вот так на две семьи.

– Ты серьезно? Неужели ты думаешь, что я еще хочу быть твоей женой? Я подаю на развод, Гордей! – едва ли не кричу я, всё равно, услышит ли нас кто-то и пойдут ли сплетни.

– Прошу тебя, Арина. Не принимай решение сгоряча, никакого развода я тебе всё равно не дам. Обещаю тебе, я…

Я выставляю ладонь вперед, не собираюсь слушать его оправдания или какие-то обещания. Я больше не верю ни одному его слову, ни одному жесту. Всё, что я вижу, – это ложь и предательство, замаскированные под маской любящего мужа. Образ, который он так тщательно выстраивал годами, рушится на моих глазах, оставляя после себя лишь пепел разочарования.