После конца времён

Глава 9. Вторжение

Лесные племена разделились и начали переправу одновременно в трёх местах, но так, чтобы слышать сигналы друг друга. Штурмовые отряды плыли, толкая перед собой плоты с оружием. С берега их прикрывали лучники.

Бам! Бам! Бам!

Среди деревьев глухо ударили в барабаны, и новые воины погрузились в реку. Коренастые болотники, низкорослые гнездуны, сгорбленные землерои, волосатые как звери логовичи — большие и малые лесные племена тремя потоками вливались в воды Шуршавы.

Небольшой отряд разведчиков во главе с Ормаром наблюдал за противниками. Молодой месяц светил слабо, но беорам этого хватало. Они могли сражаться в темноте так же уверенно, как в полдень.

Под командованием Ормара собрались старые опытные воины. Они не пытались показать себя героями, не кидались безрассудно на врага, а чётко следовали приказам. А приказ был простым: задержать захватчиков сколько удастся, чтобы дать время остальным подготовиться к решающей битве.

Беоры сделали первый залп из луков. Несколько лесных вскрикнули, остальные нырнули под плоты. Два трупа понесло течением на юг. В ответ с противоположного берега полетели десятки стрел. Но костяные наконечники ударились о деревянные щиты, не причинив никому вреда. Однако отряд беоров выдал своё расположение, пришлось сместиться. Бродячий Волк велел всем укрыться в молодом березняке. Отсюда они в любой момент могли атаковать или отступить.

Часть захватчиков уже переправилась. На чужом берегу лесные тут же соорудили из плотов подобие панциря и укрылись под ним. С тыла их продолжали прикрывать лучники.

— Беречь стрелы! — приказал Ормар.

Дождавшись подкрепления, враги решились перейти в наступление. Бросив плоты, они завыли, закричали, захрюкали, засвистели, подражая животным и птицам, чтобы напугать беоров. Тем и впрямь показалось, что весь лес ринулся на них.

— Луки! — Бродячий Волк взмахнул рукой.

Из темноты полетели стрелы. Стальные наконечники легко пробивали оленьи накидки землероев и бобровые шкуры болотников. Логовичи и вовсе шли в одних набедренных повязках. Дюжина упала замертво, ещё с десяток тяжело ранило. Теперь захватчики завыли от боли уже человеческими голосами.

Однако, несмотря на потери, лесное войско росло. Они больше не таились в реке, а гребли в полную силу, стараясь переправиться как можно быстрее. Самых храбрых ждала богатая добыча. Каждый верил, что боги хранят его. Каждый мечтал вернуться в свой очаг героем.

Авангард лесных, не обращая внимания на павших, продолжил атаку. Часть воинов отдалилась от берега и осталась без прикрытия лучников. Барабан гнал захватчиков вперёд, а выпитая брага из забродивших ягод, хмеля и мёда придавала смелости.

Многие из лесных были наслышаны о могучем «медвежьем народе», что жил у горных Клыков в зелёном доле, но редко видели беоров вживую. Лес был большой, добычи хватало всем. В мирное время мало кто осмеливался пойти на запад и пересечь Шуршаву, ещё меньше возвращалось назад. Болотники, гнездуны, землерои, озеряне давно не вели больших войн. Между ними случались стычки, но редко доходило до кровопролитных сражений. Пока не появился Бату-вождь.

Беоры зарычали и бросились в контратаку. Их тела защищали толстые боевые шкуры, обшитые железными пластинами, на лицах чернели полоски сажи, шеи украшали ожерелья из когтей и зубов хищников.

Бродячий Волк метнул дротик и пронзил горло землероя с топором. Затем копьё Ормара воткнулось в грудь тощего, как ящерица, болотника. Справа логович взмахнул сучковатой палицей, Бродячий Волк увернулся, пнул врага в живот, но добить не успел. Двое болотников заслонили собой товарища.

Битва раскалялась как угли на ветру. Трава стала скользкой от крови. Старый Трёхзубый Эгиль Крапива махал топором с такой свирепостью, точно в него вселился сам Ярлог-кузнец. Хрут Кривой Кабан яростно таращился на врагов единственным глазом, разбивая черепа огромной дубиной. Фастар Барсук получил костяным ножом в плечо, выронил копьё, но свернул гнездуну шею руками.

Беоры смяли первые ряды захватчиков. Оставшиеся в живых развернулись и побежали обратно к реке. Молодые зёленые воины могли на это клюнуть, но Ормар прошёл сквозь много битв — он понимал, что его маленькому отряду долго не продержаться против основных сил противника. Бродячий Волк велел оставаться на занятых позициях.

За Шуршавой вновь застучали барабаны. Два десятка трупов стали малой ценой за переправу через реку. Зато теперь ничто не сдерживало лесные племена. Протяжно завыл большой рог, послышались крики командиров.

Лесные сбились в кучу и двинулись единым кулаком. По центру шли самые крепкие логовичи и болотники, левый фланг заняли землерои, правый — озеряне. С тыла луками прикрывали гнездуны и поляне.

— Кажись, пора... Самое время отступиться, пока в заду не дымится, — пробормотал Трёхзубый Эгиль.

— Луки! — рявкнул Ормар.

Стрелы невидимыми шершнями вылетели из темноты и ужалили до смерти одиннадцать человек.

— Ещё!

Лесные стали внимательнее — второй залп отправил на землю лишь шестерых врагов.

— Эх, не добегу, — проскрежетал Крапива.

— Уходите. Я отвлеку.

— Волк?! Сказано: вместе держаться.