После одиннадцати

Глава 1.

Я строю мысленно мосты,
Их измерения просты,
Я строю их из пустоты,
Чтобы идти туда, где ты.
Мостами землю перекрыв,
Я так тебя и не нашел,
Открыл глаза, а там… обрыв,
Мой путь закончен, я – пришёл.
Валентин Гафт

Робкий солнечный луч скользнул по клавиатуре её компьютера, прежде чем скрыться за плотной завесой тёмных туч, медленно стягивавшихся над городом.

Мир за окном преобразился. Суета, характерная для конца рабочего дня, усилилась, обретя нервозность. Через мгновение мощный, настойчивый барабанный бой дождя обрушился на город, превращая улицы в текучие, сверкающие реки. Хоровод разноцветных зонтов, замелькал внизу.

Ксения провела ладонью по прохладному окну, возле которого находилось её рабочее место. В отражении витрин магазинов и фар проезжающих машин город засиял тысячами огней, создавая призрачное, но завораживающее зрелище.

«Надо же… — девушка посмотрела на монитор компьютера, где надпись в правом углу гласила «22 ноября», — как быстро пролетела осень...» — прошептала она.
Щелчок чайника вырвал её из мыслей. Он внезапно и резко сообщил о завершении своей миссии. Девушка подошла к причудливой, цветастой посуде, и густой, обволакивающий аромат свежесваренного кофе мгновенно заполнил опустевшее помещение.

— Ксения, вы ещё не ушли домой? — из-за приоткрытой со скрипом двери выглянул мужчина лет шестидесяти. Человек, в отделе которого она провела не один год. Это была работа, безусловно, не являвшаяся её мечтой, но, как она сама себе говорила «надежно закрывавшая базовые финансовые потребности». Ксения часто задерживалась. Квартира, в которой она жила, была просто местом для сна, где её никто не ждал. Мысль завести кота, чтобы хотя бы ради него спешить домой, временами приходила ей в голову. Но старушка, сдающая ей квартиру, наверняка будет против.

И сегодня, как и в многие другие дни, она задержалась. Часы на стене показывали, что рабочий день закончился два часа назад. Но ей казалось важным закончить несколько дел, чтобы не мучить себя ими на выходных. Ведь уже завтра её ждала встреча с подругами, которую она так долго ожидала. И именно завтра она наконец-то накрасится, сделает укладку и наденет самое красивое платье в своём гардеробе!

«Платье!» — внезапно оборвалась мысленная цепочка. В панике она поняла, что совершенно забыла об этой, казалось бы, мелочи. За то время, что она не видела своих близких подруг, она заметно похудела, и прежние наряды висели на ней, как на вешалке. До завтрашней встречи, ей срочно нужно было что-то купить...

— Ксения…? — Фёдор Степанович, привыкший к многозадачности своей сотрудницы, поднял удивленную бровь. Он выглядел забавно в своем сегодняшнем, немного старомодном костюме.

— Я уже ухожу... — Ксения крепче сжала в руках кружку, задумчиво вглядываясь в колеблющийся напиток.

Мужчина внимательно посмотрел на неё. Казалось, что его лучший специалист тает на глазах. Свитер свисал с плеч девушки, а его кориченый цвет добавлял уверенности, что она носит картофельный мешок. Синие круги под глазами выдавали усталось.

Когда пять лет назад она, ещё юная и полная надежд, пришла устраиваться на должность помощника руководителя проектов, он и представить не мог, что эта девушка станет ему кем-то вроде дочери. Несмотря на свою внешнюю стойкость и внутреннее, порой кажущееся отчуждение, она была невероятно добродушной. И если сейчас он позволит ей "сгореть" на работе, то просто себе этого не простит.

— Хорошо… хороших выходных, — сказал он, накидывая на плечи своё неизменное, давно вышедшее из моды, но безупречно чистое пальто. — Я пойду. А в понедельник, пожалуйста, зайдите ко мне.

Он взял свою старую, но добротную кожаную сумку-портфель, которая, со своими потёртостями, контрастировала с минималистичным, холодноватым дизайном их современного офиса. Это был его маленький бунт против безликой корпоративности. Мужчина кивнул Ксении в знак прощания, и скрылся за массивной дверью кабинета, оставляя её одну.

Допивая свой кофе, девушка ощутила, как терпкая горечь напитка оставляет на языке привкус, а тепло кружки постепенно исчезает. Погасив свет в офисе, и опустив взгляд на свои ботинки, она вышла из здания и мгновенно растворилась в густом потоке людей, спешивших по своим делам на улице.

Холодный, влажный воздух ударил в лицо, заставляядевушку плотнее запахнуть тонкое пальто. Дождь стих, оставив после себя мокрый асфальт, отражающий неоновые вывески и ранние новогодние гирлянды. Город уже начинал готовиться к декабрьскому марафону, и этот фальшивый, преждевременный праздник только усиливал её внутреннюю пустоту.

Мысли о платье и предстоящем шопинге утомляли. Ей нужно было что-то, что придаст сил, прежде чем нырять в душные примерочные. Она свернула с главного проспекта на тихую, мощеную улицу, где, горел тёплый свет в окнах маленькой кофейни «Мост». Сюда ходят на обед её коллеги. Обычно девушка избегала этого места — слишком многолюдно, слишком шумно, слишком счастливо для неё. Но сегодня ей требовался именно этот запах сладких булочек и свежего кофе, чтобы хоть немного согреться.

Подойдя ближе и ёжась от холода, она потёрла ладони, согревая их дыханием. И, распахнула дверь.

Внутри царила атмосфера хаоса. Студенты с ноутбуками, парочки, обменивающиеся шутками, и густой, обволакивающий аромат. Ксения стряхнула капли с волос, прошла к стойке и заказала «самый крепкий латте, который вы только можете приготовить, и круассан со сгущёнкой, пожалуйста».

— С собой или здесь?

— Здесь, — выдохнула Ксения, чувствуя, как напряжение медленно отпускает.

Она осмотрела кофейню, пытаясь найти, куда ей присесть, чтобы перевести дух.

«Слишком много людей. Такое ощущение, что весь город тут собрался!» — пронеслось в голове, пока она сканировала зал, ища хоть один свободный уголок.

— Готово, — молодой человек с широкой улыбкой протянул ей готовый напиток.

Она взяла горячую кружку, чувствуя, как тепло проникает сквозь тонкий фарфор. Поблагодарив бариста в красной, вероятно корпоративной, рубашке, она повернулась, чтобы найти свободный столик в углу, и замерла.

У большого окна, сидел мужчина. Он читал, положив рядом с собой дорогое дизайнерское пальто. Его голова была слегка наклонена, и свет от висящей над ним лампы падал на скулы. Линии его профиля стали более резкими, более зрелыми, чем в её воспоминаниях, но она узнала бы его даже в полной темноте. Даже с закрытыми глазами. «Даже...»

Его глаза оторвались от книги. Он поднял голову, словно почувствовал на себе её взгляд, и их глаза встретились. Мир вокруг мгновенно сжался до одной точки. Шум кофемашины, смех посетителей, музыка — всё исчезло. Остались только они двое, разделенные одиннадцатью годами, одиннадцатью зимами и десятками, сотнями, тысячами несказанных слов.

В его глазах, глубоких, цвета тёмного янтаря, она увидела тоже самое, что хранила в себе все эти годы. Боль. Душераздирающую боль. Которую запирала в самых тайных уголках своего сердца. О которой никому не говорила, ни с кем не делилась. И хотела просто забыть. Стереть. Уничтожить эти воспоминания. Но, к сожалению, это невозможно.