После развода. Бывшая любимая жена

Глава 25

– Прекрати. – Хрипло и резко выдохнул Адам. – Прекрати. Не надо здесь рисовать какие-то непонятные картины. Ты к чёртовой матери не абстракционист. Прекрати. Ты просто выверяешь какую-то непонятную линию поведения для меня, которая отдаёт безумно жёстко женской логикой. Хватит. Если ты считаешь, будто бы у меня хватило бы жестокости поступить так с тобой, то ты ни черта меня не знаешь. За столько лет ты меня даже не попыталась узнать.

Мне показалось , что на меня вывернули ушат ледяной воды. Он так говорил, как будто бы снова пытался укорить меня в том, что я недостаточно хорошая жена, недостаточно хорошая его половинка.

– А что мне остаётся делать? Ты непонятно что выплясываешь здесь. Непонятно как себя ведёшь. Что мне остаётся делать? У меня какие должны быть мысли и доводы на этот счёт? Но знай Адам, если только ты заикнёшься о том, что там тоже ребёнок растёт и надо что-то делать, то я не просто тебя из своей жизни вычеркну, я из семьи тебя вычеркну. Хотя в принципе я это и так уже сделала. Но поспешила, ты безумно хорошо справился с ролью того человека, который настроил против себя абсолютно всех.

Адам тяжело задышал, захрипел.

–Так вот, в этой ситуации я буду поступать как взрослый, умный и уравновешенный. Выдыхай, успокаивайся. Завтра пришлю каталоги со свадебными платьями. Выбери такое, чтобы живота не было видно. – Он резко качнулся от меня в сторону, двинулся к коридору.

Я развернулась, шокировано глядя вслед. Набрала в грудь побольше воздуха, собираясь крикнуть что-то обидное. Как назло, на ум ничего не приходило.

–Каталоги свадебные, ювелиры, частные кареты, лошади белые – старому бизнесмену самое то, устроить этот фарс, чтобы ещё партнёры приехали, поаплодировали! – Я не смогла сдержаться.

Когда он закрыл за собой дверь, я дёрнулась, ударила в неё кулаком. Сползла потом по ней же. Притянула колени к груди и тяжело задышала. Буквально через десять минут с той стороны постучали. Паникуя от того, что это мог снова быть Адам, резко дёрнулась, распахнула дверь и увидела застывшего в каком-то ужасе незнакомого мужчину.

– А вы кто? – Спросила я нервно.

– Так вызывали же слесаря.

Я выдохнула.

Рабочий закончил примерно через два часа. Выдал мне новый комплект ключей. Я ещё подумала о том, что надо бы один экземпляр отправить матери, другой свекрови, может быть Назару либо Родиону – кому-то понадобится.

Но главное, не Адаму.

А утро моё началось безумно рано и немного суматошно. Свекровь приехала, не смогла попасть в квартиру. Расстроилась, распереживалась и пока я открыла дверь, она успела передумать три десятка вариантов.

– Усечка, что случилось?

– Да так. Сейчас я ключи дам.

Свекровь мимо меня прошмыгнула быстрее на кухню. Загремела посудой.

– А я думаю, дай приеду. Дай тебе пончиков творожных привезу. Сама пекла утром.

Я посмотрела на часы. Время было начало девятого. Какое ж утро тогда у моей свекрови было?

– Мам, спасибо. Я сейчас приведу себя в порядок.

– Давай, давай.

Она была какой-то нервной, безумно дёрганной и мне это не понравилось.

Выйдя из ванны, а потом из спальни, уже полностью готовая к работе, я прошла на кухню и застала свекровь за тем, что она запускала посудомойку.

– Мам. Что случилось? – Спросила я, ощущая неладное.

Свекровь отмахнулась, придвинула ко мне кружку с чаем и на тарелке два творожный, здоровенных пончика, с какой-то ягодной внутренностью.

– Ты кушай, кушай. Сама худенькая, как не знаю кто. А тебе ребёнка вынашивать.

– Мам, что происходит?

Свекровь поймала мой взгляд и не смогла уже отвести глаза.

– Ты знаешь, Адам вчера приехал.

Я напряглась. Вся сжалась, как пружинка.

– Сказал , что если я не помогу, не уговорю тебя, чтоб ты простила его, то можно считать, у нас нет сына, представляешь?

– А ты что, мам? – Замирая от ужаса, спросила я.

Свекровь пожала плечами.

– Усь, а как там на самом деле все было? Ты совсем простить его не можешь, да?

Я поняла , что сын у свекрови останется.

А у меня мама — нет.