После развода. Десять лет спустя

Глава 22

По лицу Алекса пролетела тень. Он вдруг весь помрачнел, стал, как раз на эти десять лет старее. Я прикусила губы до боли. Стиснула кулаки, потому что я не имела права этого говорить. Потому что данные врачей сходились на том, что все это произошло до аварии. Но он мне сделал больно. Он меня предал. Мне пришлось бежать, трястись. Закусывать губы до крови. Улыбаться Ларисе и говорить, что все хорошо.

Он мне сделал больно и пусть теперь он подавится этой болью.

– Спасибо, что ты мне это сказала. – Тихо произнёс Алекс .

А теперь в нём не было этих примесей развязного шута, какого-то безумного Фигаро.

– Действительно спасибо , что ты мне это сказала. – Дрогнувшим голосом повторил Алекс , отталкиваясь от перил. – Мне так хотя бы понятно вдруг стало , что я в этой истории злой герой. Я отнял у тебя сына. Поэтому ты не дала мне стать второй раз отцом? Спасибо. Спасибо за то, что это обвинение все-таки прозвучало, а ты не носила его и дальше в себе. Спасибо, что хоть десять лет спустя ты призналась в том, что винила меня все это время в той аварии. Спасибо Янина. Спасибо, любовь моя.

Произнеся это, Алекс шагнул в бок и меня ударило ветром. Я приоткрыла рот, чтобы не сойти с ума от давящего пульса, который бил по вискам и по ушам так, что их закладывало. Я сделала шаг в сторону. Упёрлась ладонями в перила. Опустила лицо и тяжело задышала.

Хватит. Достаточно встреч с призраками прошлого. Я все возможное делала для того, чтобы моя дочь никогда не подумала, будто бы её семья раскололась надвое. И все возможное делала для того, чтобы Лариса не чувствовала себя брошенным ребёнком , расставшихся родителей. С меня достаточно. Я больше не могу. Я не могу вариться в своём прошлом, когда у меня есть настоящее.

Я залетела в спальню. Вытряхнула ноут, раскрыла приложение с билетами. Ближайший рейс был на шесть утра. Мне это подходило. Мне было плевать на день рождения. Я не собиралась оставаться здесь ни минуты. Я просто хотела поздравить деда рано утром, до самолёта. И закончить на этом нелепую попытку вернуть себе дочь.

Я собирала вещи поспешно. Скидывала их в чемодан горой. А потом подпрыгивая, пыталась застегнуть его. Пока корячилась с этим чёртовым чемоданом, который словно предатель не желал ничего сделать в помощь, ощутила, что мутило так сильно, что аж челюсть сводило. Но обошлось. Я посмотрела на трость, которая лежала на комоде– стеклянный корпус, гравировка, тяжёлое серебро.

Деду понравится подарок.

Я собиралась безумно быстро и самое главное проверила паспорт, который закинула в сумку. В голове молоточками стучали мысли о том, что когда-то давно был сделан выбор не в пользу меня и это было не про Алекса. Я ничего не могла с этим поделать, кроме как смириться. Я не могла по прежнему биться головой, только чтобы у меня было понимание , что моя дочь по-прежнему со мной. Нет. Она Ростова, какую бы фамилию сейчас по мужу не носила.

Когда до самолёта оставалось чуть больше двух с половиной часов, я вышла из своей спальни. Дом находился в тягучей сонной полутьме.

Я знала , что подниму деда, но если я уеду молча, это будет почти плевком в душу.

Я не хотела плевать.

Я не хотела становиться похожей на Ростовых. Я хотела быть самой собой. Той, которой воспитание не позволит молча скрыться в ночи, а которая скажет в глаза о том, что уезжает.

Приблизившись к спальне деда, я постучала в дверь.

Не он, так Алевтина подорвётся и откроет.

Но видимо я недостаточно громко постучала, потому что мне никто не ответил.

Я повторила несколько ударов по полотну.

Ответом была все та же тишина.

Я шмыгнула носом и постаралась поудобнее перехватить дедову трость.

Занесла руку для удара вновь и поняла, что дверь слегка приоткрыта.

Толкнула её, зная , что некрасиво заваливаться в спальню к пожилому человеку.

– Валентин Эдуардович. — Тихо произнесла я из тьмы, шагнув в мягкий полумрак. На тумбочках стояли ночники и светились мягким, жёлтым светом.

Дед лежал на спине с раскрытой книгой на груди.

– Валентин Эдуардович. – Произнесла я погромче и несколько раз кашлянула.

Только тишину ничего не нарушало.