После развода. Десять лет спустя

Глава 23

Он единственный что-то знал.

Он единственный что-то подозревал.

Он единственный был уверен в том, что он не увидит своего внука, поэтому нагло зашёл в мою спальню, когда я разговаривала с Русланом.

Поэтому, злясь, накричал на меня в ресторане.

И поэтому попросил остаться…

Он один единственный знал, что гости будут собираться не на день рождения.

Слезы потекли по щекам.

Я боясь любого движения застыла, как вкопанная возле кровати деда.

— Валентин Эдуардович. — Позвала я и потом, не выдержав, приблизилась.

Дрожащие пальцы попробовали нащупать сонную артерию, там же тоже есть пульс, правильно?

Там же должен был быть пульс, но его не было.

Я шарахнулась от кровати.

Споткнулась о трость, которая покатилась в сторону двери.

И также спиной вперёд я вышла в коридор, прижимая ладонь к дрожащим губам и уперлась в дверь напротив.

Один короткий хлопок по двери.

Такой, что эхом отразился от стен.

Меня затрясло, я качала головой, не могла поверить вто, что это произошло, в то, что это я стала свидетелем, в то, что это я застала деда на самом краю.

Дверь резко распахнулась, и я по инерции сделала ещё один шаг назад, упираясь лопатками в грудь Алекса.

— Ты чего? — Спросил он недовольно, хрипло, со сна.

А я ничего не могла сказать, стояла, качала головой, прижимала пальцы к губам.

— Янина. — Позвал бывший муж, но я по-прежнему не реагировала, и только открытая дверь дедовой спальни, из которой тянуло тусклым жёлтым светом могла быть лучшим ответом в этой ситуации. Но, Алекс, видимо, растерявшись, не понял, что произошло. Поэтому, когда я ледяными пальцами схватила его за запястье, он словно пришёл в себя.

Я успела поднять на него глаза.

Заикаясь, произнесла:

— Дед, дедуля…

В глазах Алекса отразилось столько страха, что если бы я не знала своего бывшего мужа, я бы подумала, что он действительно чего-то боится, а потом с лица исчезла вся краска. Настолько, что Алекс сам, растерявшись, не сразу сообразил. Но когда я повторила безжизненным голосом:

— Дед…

У Алекса сорвало тормоза.

Он, отодвинув меня, резко выскочил из спальни, я успела услышать короткое и злое:

— Твою мать…

Он в один шаг пересёк коридор и оказался в спальне деда, и я только тогда услышала сдавленные фразы:

— Нет, нет, нет, нет, ты что удумал? Нет. — Зарычал Алекс. А я, запрокинув голову стояла и сглатывала слезы. — Нет, нет, ты. Ты чего?

Я шагнула следом за бывшим мужем и увидела, что Алекс стоит на коленях перед постелью деда. Держит его за руку, пытается привести в себя.

Только это уже было бессмысленно.

— Эй, ты же обещал. Нет, ты чего? — Зло спросил Алекс.

Я ударилась плечом в косяк.

Заскулила как-то особенно больно. Тошно.

Алекс бросил на меня короткий взгляд.

— Ты…

— Я собиралась уехать. Хотела поздравить его с днём рождения. — Тихо сказала, захлёбываясь слезами. — А он как будто бы спал.

Я посмотрела на бывшего мужа, увидела у него на глазах слезы. Алекс резко отвернулся, не желая, чтобы я была невольной свидетельницей, встал с пола, вылетел мимо меня из спальни.

Несколько ударов по дверям, одна за одной.

В спальню влетел свекор.

Растерянный, не понимающий, что случилось…

— Отец, ты чего? — Спросил он дрогнувшим голосом, я не смогла больше стоять. Меня словно подкосило, и я упала на маленький пуфик, который стоял за дверью, обняла себя за плечи.

— Папа, — проскулила свекровь, заходясь

рыданиями.

— А где Алевтина? — Спросил Алекс, и свекровь попыталась сбивчиво ответить:

— Она в город уехала вечером. Подарок его забрать, обещала утром вернуться.

Тётя Алевтина была на пять лет младше деда. Его третья супруга, которая передвигалась по дому тихой мышкой. Носила при себе успокоительное на травках и тонометр, потому что деду по-другому нельзя.

Когда в спальню влетел Гриша снова прозвучал тот самый вопрос:

— Дед, как ты так?

Я вжималась в стену, сидя за дверью. И захлёбывалась слезами.

Я не знала, что надо было сказать, я не знала, что надо было сделать. И когда в спальне появилась Лариса, я поняла — молоко однозначно пропадёт. Потому что дочка любила своего прадеда.

Лариса, залетев в спальню, тут же ринулась к кровати, перехватила за холодную руку деда. И с криком стала причитать:

— Нет, нет, нет, нет, Дедуль, ты же обещал, ты же мне на последний мой день рождения подарил самый важный подарок, ты же сказал, что ещё лет пять точно будешь с нами. Ты зачем этот подарок сейчас отбираешь, дедуль? Нет!

Алекс старался оттянуть Ларису. Но ничего не выходило, дочь взмахивала руками, отворачивалась, выкручивалась.

— Нет, нет, нет, пожалуйста.

Я не могла слышать, как плачет ребёнок.

Медленно встала, преодолевая боль во всех мышцах. Шагнула вперёд, поднырнула Ларисе под руку и перехватила её, обнимая.

— Мам, ну он обещал мне мам, мам, он ещё пять лет обещал мне, мааааам…