После развода. Дива для дракона

Глава 10

— Не понимаю я, чего ты хочешь, — утомлённо произносит Эвин Солле, мой деловой партнёр. — За последний год мы открыли театр оперы и балета здесь в столице, и четыре музыкальных театра в других городах. Как по мне — это успех!

Яркий солнечный свет проникает сквозь большие окна и отражается в приборах на столе, создавая россыпь солнечных зайчиков. Сегодня мы обедаем в новом ресторане, открывшемся рядом с городской площадью. Мимо снуют официанты в белоснежных рубашках и аккуратных чёрных жилетах. Дамы за соседними столиками беседуют о чём-то, обмахиваясь веерами. Вокруг царит атмосфера безмятежности. И всё же я никак не могу найти желаемого спокойствия.

— Я согласен с тем, что мы хорошо потрудились, и всё же в том, что мы делаем, нет никакого новшества, — отвечаю задумчиво. То, о чём мы говорили со Стефаном, никак не идёт у меня из головы.

— Новшества? Ганс, мы заведуем развлечениями, а не научными изысканиями. Какие тут могут быть новшества? Придерживайся жанра и давай зрителю то, чего он хочет — вот главное правило.

— А что, если бы мы совместили несколько жанров, пение, танцы и объединили всё это единым сюжетом? Создали бы нечто более приземлённое, чем опера, но в то же время нечто более возвышенное, чем варьете.

— И на какого зрителя ты ориентируешься? — с сомнением спрашивает Эвин.

— На какого? Хм, дай подумать. На самого простого, наверное, — отвечаю я, глядя на него с улыбкой. — На рабочих, купцов и других горожан.

— Не думаю, что среди них найдутся ценители искусства, — партнёр скептически приподнимает бровь.

— Ты удивишься, когда узнаешь, насколько твои представления об этих людях ошибочны, — парирую я. — Бьёрнхельм развивается. Люди начинают жить лучше год от года. А когда тебе не надо направлять все свои силы на выживание, появляется интерес к прекрасному.

— Никогда бы не подумал, что ты такой мечтатель, Ганс, — усмехается Эвин. — Не знай я тебя, то подумал бы, что ты влюбился.

— Так и есть, — я развожу руками. И на его удивлённый взгляд поясняю: — Я влюблён в свою идею.

Эвин вздыхает смиренно и принимается за своё жаркое. Я же устремляю свой взгляд сквозь окно на башню с часами, возвышающуюся над площадью. Мне понятны сомнения партнёра. Сейчас большинство заведений, которыми мы владеем, приносят стабильный доход. Наш вклад в развитие культуры Бьёрнхельма был отмечен самим императором Фреиром. Знати нравится посещать наши спектакли, ведь там они могут не только приятно провести время, но и обзавестись связями. В то же время для простых граждан существует сеть кабаре с музыкой, танцами и сатирическими миниатюрами. Всё чётко разделено. Если попытаться объединить эти два мира, то некоторым это может сильно не понравиться.

И всё же я чувствую, что должен сделать это. Это может звучать как бред, но мне всё больше кажется, что я был рождён для этого пути. И именно к этому вели меня все события моей жизни.

— Герр Виннер… — высокий женский голос выводит меня из раздумий.

Я оборачиваюсь и вижу перед нашим столом девушку в ярком платье, украшенном чёрным кружевом. Светло-рыжие волосы венчает шляпка с нарочито-дорогой брошью. Она улыбается нам с Эвином самой обворожительной улыбкой. Я вижу, как мой партнёр начинает нервничать от смущения. Кажется, ей удалось произвести на него впечатление. Я же просто пребываю в недоумении. Уверен, что вижу её впервые. Так чего она хочет?

— Мы с вами знакомы? — спрашиваю я, не меняя строгого делового тона.

— Ещё нет, но я давно мечтала с вами познакомиться, — отвечает девушка кокетливо. — Моё имя Сальма Безлер.

Взгляд с поволокой, томный голос, обволакивающий всё вокруг аромат духов, изящные жесты. Она явно пытается мне понравиться. Я же жду, что за её именем последует хоть что-то, что может меня заинтересовать. К примеру, «выпускница музыкальной школы при императорском дворе», или «балерина, выступавшая в театре N-го города», да на худой конец, — чья-то дочь. Но Сальма лишь продолжает смотреть на меня, хлопая глазами. С каждой минутой её уверенное выражение становится всё слабее.

— Вы не предложите мне присесть за ваш стол? — наконец спрашивает она меня.

— Да-да, конеч… — Эвин начинает суетиться. Поднимается с места и подаётся к ней, очевидно, чтобы придвинуть стул.

— Почему я должен? — бросаю холодно.

Эвин замирает, глядя на меня изумлённо. А девушка бледнеет. Очаровательная улыбка окончательно сползает с её лица.

— Простите… — сипло произносит она, явно намереваясь возмутиться.

— Прощаю, — киваю я.

Мне немного стыдно за свой издевательский тон. Но она бесцеремонно прервала наш с Эвином деловой разговор. Я не искал женского внимания, рыская глазами по залу. Я даже не видел её до того, как она к нам подошла. Так почему я должен быть с ней любезным, если не было ни единого намёка на то, что я желаю знакомства с ней?

— Как вы можете быть таким грубым?! — бросает она. Замечаю, что её всю трясёт от негодования.

— А почему мне нельзя? — пожимаю плечами я. — Вы какая-то моя дальняя родственница или внебрачная дочь?

— Нет… — лепечет она, теряясь от внезапного вопроса.

— Тогда, может быть, вы метите мне в любовницы? — предполагаю я как будто задумчиво.