После развода. Любовь без срока давности

Глава 15

В первую секунду я даже не узнала её. Волнистые каштановые волосы безжалостно выпрямлены до состояния жёсткой вытянутой проволоки и выкрашены в цвет воронова крыла. Наращённые ресницы настолько неестественно густые и длинные, что под ними не видно глаз, а насколько я помнила, глаза у Дарьи были большими, оленьими. Пухлые, трепетные губы теперь напоминали разваренные пельмени и казалась, что тонкая кожа на них вот-вот лопнет от натяжения. Даже фигура изменилась – грудь стала больше, талия тоньше и сама Дарья будто выросла на несколько сантиметров. Или это из-за головокружительных шпилек, которыми она цокала по тротуарной плитке?

– Здравствуй, Лидия. – первой опомнилась Дарья. Улыбнулась приветливо, но только слепой не разглядел бы в этой улыбке фальшь. А я слепой не была. – Рада тебя видеть.

– Разве мы переходили на "ты"? – с трудом совладав с изумлением от таких кардинальных перемен в трепетной Ассоль, холодно спросила я.

– Ох, простите, простите. – с деланным испугом замахала ладонями Дарья. – Всё время забываю о нашей разнице в возрасте. Конечно, "вы", Лидия. Вы же намного старше, в матери мне годитесь.

– Боже упаси от таких детей. – тихо буркнула я, глядя за её спину, на подходящего к нам чем-то недовольного Игната.

– Даша, возьми Матвея и идите к столу. – жёстко приказал Игнат, передавая ей ручку идущего рядом с ним маленького сына.

– А ты, милый? – тут же защебетала птичкой Дарья, пытаясь скрыть, проскользнувшую тревогу и ревность в голосе. – Мы с Матюшкой хотим с тобой.

Я мысленно усмехнулась. Куда только подевался стервозный, язвительный тон, с которым она разговаривала со мной секунду назад?

– Я к вам сейчас подойду, Даша. – с трудом сдерживая раздражение, успокоил бывший муж. – Мне нужно сказать Лиде несколько слов наедине.

– Но, Игнат... – обиженно залепетала Дарья.

– Идите. – непреклонно скомандовал Игнат и обернулся ко мне. – Лида, отойдём на минуту.

Я знала этот тон. Бывший муж был сильно недоволен и обеспокоен.

Игнат крепко схватил меня за предплечье и потянул в сторону.

– Ты делаешь мне больно. – дёрнулась я, пытаясь вырвать руку из крепкой хватки бывшего мужа.

– Прости. – отпустил меня Игнат и потёр пальцами лоб. Знакомый жест. Бывший муж был чем-то явно озадачен и зол. – Давай отойдём, Лида.

Мы завернули за угол дома, туда, где росли кусты сирени и черёмухи и узкая дорожка вела к хозпостройкам. Здесь не было ни души, даже голоса собирающихся во дворе людей звучали тише и пахло нагретой на солнце хвоей сосен, растущих за забором.

Снова идти рядом с Игнатом по узкой дорожке, соприкасаться рукавами, слышать родное дыхание, было странно и тяжело. Я дышала через раз, чтобы только не чувствовать знакомый запах его туалетной воды.

– Что ты хотел? – остановилась я и скрестила руки на груди.

– Костя здесь. – Игнат недовольно поморщился. – Приехал вчера. Отец притащил его сюда, к Маше. Знакомится с новыми родственниками.

Новость тяжёлым булыжником рухнула куда-то в район желудка. Моментально пересохло во рту, и я облизала губы.

– Костя? – я опустила лицо и уставилась на носки своих туфель.

Иногда до нас доносились новости из Канады. Свёкор приносил и всегда заинтересованно изучал мою реакцию на его рассказы. Смотрел на меня, как паук на муху, попавшую в паутину. И пауком, естественно, был он сам.

Насколько я знала, Костя с самого отъезда ни разу не был в России. И я уже много лет не думала о нём, даже не вспоминала. История появления на свет моего старшего сына потихоньку стиралась из памяти.

Игнат никогда не делил наших детей на своих и чужих. Никита всегда был его сыном.

Именно Игнат радовался его первым шагам, носил на плечах, учил ездить на велосипеде и мазал ему зелёнкой разбитые коленки. Объяснял и разбирал с ним сложные задачи по математике и учил кататься на коньках. И когда сын подрос, именно Игнат шутливо подучивал Никиту, как знакомиться с девушками и ухаживать за ними. Совершенно серьёзно рассказывал ему о правилах безопасного секса и методах предохранения. Игнат был отличным отцом, и Никита уважал его. До определённого момента.

– И что тебя беспокоит? – подняла я глаза на Игната.

– Намёки отца. – Игнат нервно потёр пальцами жёсткую щетину на подбородке.

– Какие намёки? – нахмурилась я.