После развода. Маски-шоу

Глава 4. Кофе с привкусом сомнений

Я толкнула стеклянную дверь кафе на углу Мейпл-Лейн, и колокольчик над входом звякнул, как будто приветствуя меня. Внутри пахло свежесваренным кофе и корицей, а мягкий свет ламп отражался в деревянных столиках. Это место всегда было моим убежищем — здесь я пила латте с Сарой, когда ещё верила, что моя жизнь с Марком будет вечной. Теперь же, сидя в углу с видом на улицу, я чувствовала себя не в своей тарелке. Моя сумка лежала на коленях, пальцы нервно теребили ремешок. Я пришла на полчаса раньше, чтобы собраться с мыслями, но они только путались.

Сара вошла ровно в шесть, её каблуки цокали по деревянному полу. Она выглядела, как всегда, безупречно: светлые волосы уложены в лёгкие волны, голубое платье сидит идеально, улыбка такая, будто она только что вышла из рекламы. Я поймала себя на мысли, что завидую её уверенности, её лёгкости. У меня же под глазами были тени, которые ни один консилер не мог скрыть.

«Елена, ты уже тут!» — воскликнула она, садясь напротив. Её сумочка от какого-то модного бренда шлёпнулась на стул рядом. — «Я думала, ты опоздаешь, ты же вечно бегаешь с Мией».

Я выдавила улыбку. «Мия у миссис Кларк. Решила прийти пораньше».

Она кивнула, её глаза скользнули по моему лицу, и я почувствовала себя под микроскопом. «Ты выглядишь усталой», — сказала она, наклоняясь ближе. — «Всё в порядке? Ты вчера что-то писала, что тебе нужно поговорить».

Я сглотнула, не зная, с чего начать. Открытая дверь, открытка, шарф — всё это крутилось в голове, но я боялась, что, если скажу вслух, это станет слишком реальным. Или, наоборот, Сара скажет, что я преувеличиваю, и я почувствую себя глупо. Я посмотрела на неё, на её тёплую улыбку, и на секунду мне захотелось рассказать всё. Она была моей подругой. Она должна была понять.

«Я… не знаю», — начала я, теребя салфетку. — «Последние дни были странными. Дома что-то происходит. То дверь открыта, то вещи не на месте».

Сара подняла брови, её глаза расширились, но в них мелькнуло что-то, чего я не могла разобрать. «Вещи не на месте? Как это?»

Я рассказала ей про дверь, про открытку с медового месяца, про шарф на кровати. Мои слова звучали сбивчиво, как будто я пыталась собрать пазл, но куски не подходили. Пока я говорила, официантка принесла нам кофе — латте для меня, капучино для Сары. Я сжала тёплую кружку, надеясь, что она успокоит дрожь в руках.

«Елена, это звучит… жутко», — сказала Сара, когда я закончила. Её голос был мягким, но в нём было что-то ещё, как будто она подбирала слова. — «Ты уверена, что это не ты? Ну, знаешь, стресс, усталость… Ты столько пережила с Марком».

Я замерла. Её слова были такими знакомыми, такими заботливыми, но они резанули меня. «Я не выдумываю», — сказала я, и мой голос был резче, чем я хотела. — «Я знаю, где храню свои вещи. Кто-то был в моём доме».

Сара подняла руки, как будто сдаваясь. «Эй, я не это имела в виду. Я просто волнуюсь за тебя. Ты и так на пределе — работа, Мия, этот развод. Может, тебе стоит взять отпуск? Отдохнуть немного?»

Я посмотрела на неё, пытаясь понять, что скрывается за её словами. Она выглядела искренней, но её тон, её взгляд… Что-то было не так. Как будто она знала больше, чем говорила. Или это я опять накручиваю себя? Я отхлебнула кофе, но он показался горьким, хотя я добавила сахар.

«Я не могу взять отпуск», — сказала я, глядя в кружку. — «Мне нужно работать. И я не могу оставить Мию. Если это Марк… он угрожал забрать её. Я должна быть начеку».

Сара наклонилась ближе, её рука коснулась моей. Её пальцы были холодными, несмотря на тёплый вечер. «Марк? Ты правда думаешь, что он мог зайти в твой дом? Это… это серьёзно, Елена. Ты говорила с полицией?»

Я покачала головой. «У меня нет доказательств. Только эта дверь, открытка, шарф… Полиция скажет, что я параноик».

Она кивнула, её губы сжались в тонкую линию. «Может, тебе стоит поставить камеры? Ну, знаешь, для спокойствия. Чтобы точно знать, что происходит».

Я посмотрела на неё, и на секунду мне показалось, что в её глазах мелькнула тень. Или это был просто свет от лампы? «Камеры… да, я думала об этом», — сказала я медленно. — «Но это дорого. И я не знаю, с чего начать».

«Я могу помочь», — быстро сказала Сара. — «У меня есть знакомый, он ставит системы безопасности. Могу дать тебе его номер».

Её энтузиазм был таким знакомым, таким… Сариным. Но я не могла избавиться от чувства, что она слишком торопится. Как будто хочет, чтобы я сделала что-то конкретное. Я кивнула, но внутри всё сжалось. Почему я не доверяю ей? Она была моей подругой больше десяти лет. Она знала меня лучше, чем кто-либо. Но этот шёпот в голове, этот голос, который говорил мне быть осторожнее, становился громче.

«Спасибо», — сказала я, заставляя себя улыбнуться. — «Я подумаю».

Мы замолчали, и тишина была неловкой, как будто мы обе знали, что что-то не так. Сара отхлебнула кофе, её длинные пальцы обхватили кружку. «Елена, я правда за тебя волнуюсь», — сказала она наконец, глядя мне в глаза. — «Ты всегда была сильной, но сейчас… ты как будто на грани. Может, тебе стоит поговорить с кем-то? С терапевтом, например?»

Я почувствовала, как гнев вспыхнул во мне, но я подавила его. «Я в порядке», — сказала я, хотя это была ложь. — «Просто… пытаюсь разобраться».

Она кивнула, но её взгляд был слишком внимательным, как будто она искала трещину в моём фасаде. Я отвела глаза, глядя на улицу. Люди проходили мимо, смеялись, держались за руки. Виллоубрук выглядел таким мирным, таким нормальным. Но я знала, что нормальность — это маска, которую я носила ради Мии. И ради себя.

Когда мы допили кофе, Сара настояла, чтобы заплатить. «Это за мной», — сказала она, улыбаясь. Я поблагодарила, но её улыбка казалась мне натянутой, как будто она играла роль. Мы вышли из кафе, и прохладный вечерний воздух ударил в лицо. Сара обняла меня на прощание, её духи — что-то сладкое, с ноткой жасмина — остались на моём пальто.

«Позвони, если что-то случится», — сказала она, глядя мне в глаза. — «Я всегда рядом, ты знаешь».