После развода. Мы (не) пара

Глава 13

– Серьёзно, каких это – других? – спросила Маша.

Артур ухмыльнулся.

– Представительниц древнейшей профессии. В этих кругах считают, что на чувства время тратить не стоит. Только функциональность.

– Тогда я понимаю, – сказала я, – почему ты туда так стремишься.

– Почему же? – изобразил он непонимание.

– Потому что ты тоже предпочитаешь женщин… лёгкого поведения, Артур.

Я хотела сразу встать и пойти позвать девочек из игровой зоны, но Маша меня опередила.

Она поднялась и сказала самым невинным голосом:

– Пойду за девочками. Еда остывает.

Я открыла рот:

– Маша, я сама…

Она пожала плечами:

– Я уже встала.

Она ушла, оставив нас с Артуром вдвоём за столом. Я не смотрела на Артура, но буквально ощущала его взгляд. Он молчал.

Потом сказал глухо:

– Я не хотел тебя задеть.

Я медленно подняла глаза.

– Артур, ты не можешь меня ничем задеть, – спокойно ответила я. – Не льсти себе.

– А я бы так не сказал!

Я открыла рот, чтобы ответить, но к столу подбежала Мила. Следом – Алиса. За ними подошла Маша.

– Я такая голодная!!! – объявила Мила и принялась за еду.

После ужина мы все вместе вышли из кафе и снова оказались на площади перед Домом культуры. Снег валил плотной стеной, крупный, медленный.

Мила с Алисой, хохоча, побежали через площадь и, выбрав место, где было больше снега, принялись катать снежный шар.

Артур огляделся:

– Надо же… В этом году зима прямо как на картинках. Давно такой не было.

Я усмехнулась:

– Шикарный повод встретить Новый год в Москве. Правда ведь?

Он раздражённо нахмурился:

– Я вообще не понимаю твоего нежелания лететь на Мальдивы. Я тебе ничего такого не предлагаю. У тебя там будет всё отдельное. Ты могла бы поехать ради дочери. Поддержи меня, Маша, что ты думаешь?

Маша покачала головой.

– Не поддержу, Артур.

– Ради дочери, – вдруг разозлилась я, – я от тебя и ушла.

Он отвёл взгляд.

– И с тех пор регулярно объясняю ей, – продолжила я, глядя тоже не на него, – что мама и папа разошлись друг с другом, но не перестали её любить так же сильно, как и раньше. Если уж говорить о Миле, то разумнее не поддерживать в ней иллюзию, что у нас всё ещё может быть «как раньше».

Артур промолчал.

Я посмотрела на девочек. Потом на Машу.

– Пойду-ка я к ним! Сто лет не лепила снеговиков!

Я подошла к девочкам и Мила тут же повисла у меня на руке:

– Мааам, помогай!

К нам присоединилась Маша. А через пару минут и Артур.

Когда мы собирались уходить с площади, на неё медленно заполз снегоуборщик. Мила остановилась.

– Мам, он же Снеговика не тронет?

Снегоуборщик подъехал к нашему творению… осторожно объехал его по дуге и поехал дальше.

Пройдя до парковки, мы остановились у машины Артура.

– Мам, а ты мою обезьяну положила? – вдруг вспомнила Мила, уже наполовину залезшая на заднее сиденье.

– В рюкзаке, – улыбнулась я. – Внутри.

Я наклонилась, поцеловала дочь в макушку. Артур помог ей пристегнуть ремень, захлопнул дверь.

Потом повернулся ко мне.

– Снеговика же мы лепить вместе можем. Это что, не создаёт ей иллюзий?

Я внимательно на него посмотрела.

– Слушай, – спросила я спокойно, – а если бы Мила вдруг закатила истерику, что без Маши и Алисы никуда не поедет… Ты бы и им путёвки купил?

Артур хмыкнул.

Я наклонилась к стеклу, помахала Миле. Она помахала мне в ответ.

– Пока, Артур.

Я выпрямилась, повернулась к Маше и Алисе.

– Пойдём.

Мы пошли к своим машинам, а за нашими спинами прошуршал, уезжая, автомобиль Артура.

Я попрощалась с девочками, села в свою машину, провернула ключ. Тишина. Ещё раз. Машина не заводилась.

– Да что ж такое… – выдохнула я.

Я попробовала ещё раз. Без толку. Мимо меня медленно проехала Маша. Я открыла дверь, вышла и махнула ей рукой. Она остановилась. Я подошла к её машине.

– Не заводится, – сказала я устало.

– Аккумулятор старый? – спросила она.

– Вроде меняли после покупки… Всё было в порядке.

Она посмотрела на мою машину, потом на меня.

– Оставляй здесь. Завтра разберёмся. Давай я тебя отвезу. Здесь можно долго стоять?

– Да. Надеюсь, не заберут… – я криво усмехнулась. – Шикарное завершение отвратительного дня.

Дома я сразу пошла в ванную. Скинула одежду прямо на пол, включила горячую воду и встала под поток, не думая ни о чём. Просто стояла, пока кожа не начала гореть, а холод внутри – отступать.

Потом я дошла до кровати, упала, накрылась одеялом с головой и закрыла глаза. Я лежала и прокручивала этот день снова и снова. Сама того не замечая, я всё-таки провалилась в сон. Проснулась поздно и разбитой. Комнату наполнял серый мутный свет. Я встала, умылась, налила себе кофе. Подошла с чашкой к окну.

Двор был укрыт свежим снежным покрывалом. Чистый, тихий, белоснежный.

– Красиво… – пробормотала я.

И тут же вздохнула:

– Только машину придётся раскапывать полчаса…

И ещё её стоит кому-то показать. Я подумала о мастере, который уже как-то помогал мне. Нужно позвонить, спросить, есть ли у него время. Я взяла телефон.

И только тогда увидела несколько пропущенных от мамы. Я набрала её номер.

– Риточка… – голос у мамы был взволнованный и торжественный. – Я так рада!

– Чему ты рада, мама? – насторожилась я.

– Ну как же! Что ты одумалась! В новостях показывали! Ой, как же я рада…

У меня похолодели пальцы.

– В каких новостях, мама?.. – непонимающе спросила я. – Что показывали?