После развода. Мы стали чужими в 50

Глава 9. Это такая забота

— Я думаю, тебе тоже можно уехать, — едва слышно заявляю я, когда я захожу за Ярославом в дом. — Я останусь с Кирой. Тебя же, наверное, ждут после такой радостной новости, что ты разводишься.

— Я тоже не ждал, что Киру так внезапно закинут, — шагает к лестнице, — но всего не предугадаешь, как говорится.

— Яр, — говорю тверже. — Разве тебя не ждут?

Он должен уехать. К чему был весь этот ужин с разговором о разводе, если он не собирается сегодня же меня оставить?

— Эту ночь я проведу здесь, — оглядывается у лестницы.

— Разве это нормально?

— Я лягу в гостевой спальне, — пожимает плечами. — На ночь глядя я никуда не побегу. Что за детские порывы? Утро вечера мудренее, тем более я обещал Кире завтра приготовить.

— А как же Эля?

— Да что ты прикопалась, — Яр тяжело вздыхает и широким размашистым шагом подходит ко мне. Наклоняется. — Если ты так беспокоишься об Эле, то она не в городе. Еще вопросы?

— Нет, — сипло отвечаю я, — значит, ночуешь в гостевой комнате.

Сама я тоже никуда не побегу.

С меня достаточно слез, а глупой бабой, которая куда-то бежит после серьезного разговора с мужем, я не буду.

Надо научиться сдержанности, как бы больно мне ни было. Я должна пережить сегодняшнюю ночь под одной крышей с Яром, чтобы вытравить из себя любовь к нему.

Побег отвлечет меня от горькой правды — меня разлюбили.

Я сегодня лягу одна в нашу кровать и позволю себе полностью погрузиться в холодное отчаяние перед одиночеством и перед мужской жестокостью.

— А что завтра? — уточняю я. — После завтрака для Киры? Ты оставишь нас с ней?

— Отвезем Киру в садик и поедем к юристам, — отвечает Яр, вглядываясь в мои глаза, — я не намерен тянуть. Решение принято.

— А после адвокатов? — тихо интересуюсь я. — Вернемся домой и… что?

— За то время пока мы будем у юристов, мои помощники соберут мои вещи, — спокойно поясняет Яр, и у меня от его ровного голоса, под которым я чувствую холодную сталь напряжения, — соберут твои вещи…

— Мои вещи?

— Поживешь пока в одной из служебных квартир, — не отводит взгляда, — живи и присматривай для себя новую недвижимость. Да, уже завтра в этом доме нас уже не будет.

— Я имею право здесь остаться, — я прячу руки за спину в желании спрятать свое волнение перед Ярославом.

Я не хочу терять дом.

Может, быть это неправильно, но я тут была счастлива и тут каждый уголочек мной продуман. Годами я создавала уют, продумывала каждую мелочь и каждая вещичка тут на своем месте.

Я не хочу завтра приехать после адвокатов и увидеть, как опустошены шкафы, полки и как мои красивые вазы упаковали в коробки.

Этот дом любят наши внуки, и я не готова так скоро с ним прощаться. Не готова отказываться.

— Яр, это — мой дом, — понижаю голос до шепота. — Я тут столько лет прожила… Я же с ним даже не попрощалась…

— За ночь попрощаешься, — резко и четко заявляет, а после разворачивается и готов уже уйти, но я хватаю его за руку.

Не осознаю своего порыва и буквально вцепляюсь в Ярослава мертвой хваткой.

Зачем?

Я не могу объяснить.

Я лишилась мужа, но терять дом не хочу.

Это мой дом, и я хочу жить в нем. Пусть и без Ярослава.

— Яр.

— Что, Лера? — Яр медленно оглядывается и с угрозой щурится. — Я разве не ясно выразился?

— Оставь мне дом, — сглатываю. — Прошу. Ради внуков, которые любят свои комнаты и качели во дворе. Разве я многого прошу? Я выбирала обои, краску, даже плинтуса…

— Засядешь тут и будешь сама себя жалеть среди обоев и плинтусов?

— Я люблю этот дом, Яр, — шепчу я. — Неужели ты этого не понимаешь?

Яр хмурится и молчит. Это хороший знак.

Раз молчит, то я его тронула и пробудила в нем сомнения.

— Ты не думаешь, что тебе после развода стоит свою жизнь изменить? — спрашивает он. — Разве женщины после разрыва не стремятся избавиться от всего того, что им напоминает о муже, о жизни с ним?

— Так ты обо мне заботишься?

— Естественно, — усмехается он. — И да, где-то подталкиваю к решительным действиям, с которых начнется твоя новая жизнь без меня.

— Без тебя, но под твоим контролем? — уточняю я.

— Заботой. Ты мне не чужая тетка, Лера. Да, я должен направить тебя в нашем разводе, — он улыбается уголками губ и вновь разворачивается ко мне, — ты посмотри на себя. Ты же сейчас ведешь со мной тихий спокойный разговор, — вижу в его глазах одобрение, — а если бы тебя не встряхнули, то ты бы позволила себя разныться и истерить до психушки. Сейчас четко проговариваешь то, чего хочешь от меня.

У меня вздрагивают крылья носа, но мне удается сдержать в себе слезы обиды.

— Я подумаю над твоими словами, — милостиво кивает Яр, и я отпускаю его руку. — У тебя есть ночь еще хорошенько подумать над нашим разводом. Ты должна согласиться, что нам стоит расстаться не врагами.