После развода. Не поверю больше

Глава 14

Начинает с шеи, спускается к ключицам. Проходит по краю топа.

– Я сейчас врач и область молочных желез мне тоже надо пропальпировать потому что там много нервных окончаний.

Шумно выдыхаю.

– Если для того, чтобы ты пошла, нужен массаж сисек, значит будем его делать.

Я просто прикрываю глаза и расслабляюсь. Он просто врач. Но когда теплые пальцы касаются кожи и прощупывают каждый сантиметр в поисках кнопочки к движению, у меня почему-то внизу живота начинает выстреливать. И хорошо, что он не видит ничего. Потому что прикрепи он датчик туда, прибор бы сломался.

Дальше спускается на живот, ниже до лобковой кости.

Тепло расползается вниз по паховой складке, но ноги – пустые, будто чужие.

– Не надо там, – выходит хрипло. Больше от стыда, чем от боли.

– Функция не восстанавливается из вежливости. Я врач, а не мужчина, который хочет воспользоваться ситуацией. Здесь нет "там". Есть зона, где лежит подвздошно-поясничная и фасции, которые держат твой таз. Я работаю с ними.

Ладонь ложится строго по краю мышцы. Давление – точное, дозированное.

– Не думай ты об этом. Ты же к гинекологу ходишь. Считай, я такой же врач.

Пальцы смещаются на полсантиметра – и внизу таза, как короткая искра, щелкает "есть".

Я сжимаю простынь, выдыхаю.

– Я ничего не чувствую, – не хочу ругаться, но хочу, чтобы остановился.

– Зато датчики отмечают пульсацию.

Распахиваю глаза и смотрю на приборы.

Там один из датчиков пульсирует.

Ловлю себя на том, что перестала ждать его ядовитых комментариев. Просто не хочу, чтобы убирал руки. Пусть ругается и делает свою работу.

На этом заканчивает, убирает руки и снимает электроды.

– Дальше у нас будет работа с биологической обратной связью на этих зонах. Будем учиться включать нужные места без моих рук.

Закрывает ноутбук, складывает датчики.

– Смотри. Нервные пути у тебя не "выгорели". Афферентация жива: на крестце, низ живота, затылок еще и шея сзади показали – стабильные пики. Это хорошо. Значит, мозгу есть с чем работать, и тело можно "будить".

Поднимаюсь и одеваюсь.

– Но видно и другое. Все "тянет" из крестца и таза. Это про застой. Мало движения, мало прокачки кровотока, фасции "залипшие". Дальше алгоритм простой: больше ежедневной нагрузки, как я сказал; дыхание, растяжки, сила. И еще – нормальная половая жизнь. Это тоже про кровоток и тонус, не "романтика для журнала".

– С кем? – фыркаю, натягивая шорты.

– С мужчиной, – ровно. – С тем, кому доверяешь. Тело – это тоже реабилитация.

– Угу… Честно? Ты бы с "такой, как я" лег в постель?

– Я… дело не во мне. Ну то есть, если мне человек нравится, да как бы все равно…

– Да… все равно… все мужчины хотят "здоровую и полноценную", а не… полудевушку, полубревно.

– Влюбляются в душу… Дальше подключается физиология. Желание, близость, кровь, мышцы – это одна система. Если ею не пользоваться – ржавеет. Если пользоваться – откликается.

– Красиво на словах.

– Нормальным людям нужно и "между ушей", и "между ног" – вместе. И это нормально.

Я усмехаюсь, подбирая волосы в резинку.

– Нормально, когда человек нормальный, а когда не ноги, а спагетти, то никому этот полуфабрикат в виде вермишели на ушах не нужен.

– А я тебе скажу свое мнение. Только оно тебе не понравится. Но если ты захочешь, то можешь проверить. Я бы еще подумал выбрать девушку в инвалидном кресле, но в красивом белье, ухоженную, которая следит за собой или знает себе цену или тетку с облупленным маникюром, трусами в затяжках, лишним весом и небритыми ногами.

Хам он и есть хам.