После развода. Не стану второй!

7

Коридор встречает меня гулкой тишиной и запахом дешёвого кофе.
На лавке — женщина в пуховике поверх халата спит, обняв сумку. В дальнем конце — санитар с ведром, равнодушный ко всему.
А я стою, прислонясь спиной к стене. Набираюсь сил.

Влажные волосы прилипли к щеке. Пытаюсь достать телефон, чтобы проверить время, но пальцы не слушаются. Тело вообще не слушается, как будто все силы вытекли наружу.

С опозданием осознаю, что мне вообще не следовало вести машину после такого шока, но я каким-то образом доехала до больницы, не попав в аварию. А теперь мне предстоит вернуться в место, где до сегодняшнего дня был наш с Русланом дом.
Я полюбила мужа за неуёмную энергию, за восторженные планы счастливого будущего, которое он хотел построить вместе со мной. Держась за руки.

Я любила его.

Из палаты доносится его голос — тихий, сладкий, лживый. Он льстит матери, играет роль заботливого сына. Может, даже выдавит слезу.
Он хорош в этом. Всегда был.

Не то, чтобы он не ценил мать. Он относится к ней с подобающим уважением, но… любовь?

Теперь она под очень большим вопросом.

Выхожу из больницы на промозглую ночную улицу.
Я не знаю, куда иду. Но я точно знаю, откуда ухожу.

Ключ поворачивается в замке туго, со скрипом. Я сто раз просила Руслана смазать, но у него не было времени.

Прохожу в квартиру.
Темно.
В воздухе пахнет пустотой и чем-то чужим.
Остаточным теплом от вянущих цветов на кухне. Спёртым воздухом. Моей тревогой.

Я не включаю свет.
Разуваюсь, не снимая куртки. Иду прямиком на кухню.
Сажусь.

Руки лежат на коленях. Пальцы всё ещё дрожат, то ли от слабости, то ли от пережитого.

Телефон не замолкал по пути домой, и я наконец решаюсь посмотреть на экран.

Конечно же, Руслан.

«Где ты?»
«Мама спрашивает»
«Я не хочу ссориться»
«Вернись, поговорим»

«Ты никогда раньше не была эгоисткой. Речь идёт о маме, а не обо мне. Мама хочет, чтобы ты вернулась»

Оставляю сообщения без ответа.
Выключаю звук.

Скинув влажную одежду, иду в душ. Смываю с себя сегодняшний день. С усердием, почти с яростью.
Как будто можно смыть увиденное с памяти и начать сначала, хотя бы в своей собственной голове.

Горячая вода больно жалит кожу, но я не убавляю напор.
Пусть обжигает.
Пусть сжигает всё, что сегодня произошло.

Мою волосы трижды.
Тру плечи до красноты.
Выключаю воду. Вытираюсь машинально, как будто тело просто оболочка, которую нужно привести в порядок, чтобы жить дальше.

Смотрю на себя в зеркало.
Кожа покраснела от воды. Волосы темнее обычного. Глаза… пустые. Шокированные.

Надеваю чёрную водолазку и джинсы, завариваю чай. Сажусь за стол с кружкой в руках и смотрю на фотографию, где мы с Русланом на свадьбе, улыбаемся. Я — искренне. Он — как будто на кастинге.

В этот момент распахивается входная дверь. Так яростно и с таким грохотом, как будто Руслан боялся, что к этому времени я уже успею поменять замки.

Не раздеваясь, даже не снимая ботинки, он забегает на кухню.

– Ты здесь…
В его голосе то ли гнев, то ли облегчение.

Откашливается.
Снимает куртку, скидывает ботинки. Сваливает одежду в углу кухни, как будто собирается сказать нечто срочное и не хочет задерживаться и уносить вещи в прихожую.

– Вика, мне следовало поговорить с тобой раньше, потому что я давно пришёл к очень важному выводу по поводу нашей совместной жизни.

Он замолкает, и я вопросительно изгибаю бровь. Потому что ни за что не смогу догадаться, о чём идёт речь. Наш брак был хорошим – мне так казалось. Любящим – мне так верилось.

Я не подозревала, что под гладкой поверхностью нашей семейной жизни зачинается буря.

– Мой профессиональный успех растёт в геометрической прогрессии. Скоро я стану большим человеком в нашей отрасли…
Снова замолкает. Чего он ждёт? Комплиментов?

Он и правда очень много работает и выкладывается по полной, но до «большого человека» в современном определении ему как до луны. Я считаю так не со злости, а любя, потому что мне всегда был нужен именно Руслан, а не «большой человек».

Однако сказать ему это – всё равно что плюнуть против ветра.

– Мне нужна соответствующая жена.

А вот это уже интересно.