После развода. Новое счастье в 40

Глава 14

Я смотрю на него, и у меня подкашиваются ноги. Не от слабости, а от осознания всей глубины его подлости.

Он все продумал! Все.

– Так... – мой голос дрожит от сдержанной ярости. – А кому тогда достанется эта пятикомнатная квартира на два этажа, где я обустраивала каждый уголок?! Куда мы с тобой каждые выходные по молодости ездили стены шпаклевать, а?!

Он смотрит на меня с каким-то странным сочетанием жалости и торжества.

– Марина, будь взрослее. Квартира всегда принадлежала моей семье, – он разводит руками, – она оформлена на мать. Так же как и бизнес. Ты же знаешь, что я не люблю светиться. Имущество на счетах, да, поделим пополам. Но, – он делает многозначительную паузу, – с учетом того, что ты официально нигде не работала все эти годы, твой вклад... скажем так, будет пересчитан.

«Пересчитан». Мой вклад. Мои двадцать лет жизни, мои нервы, моя энергия, вложенная в него и в этот дом. Все это только что он просто обнулил!

– Это серьезно? – выдыхаю я. Мне нужно опереться о стену, чтобы не упасть. – Ты собираешься оставить меня без всего?

Он вздыхает, как будто я непонятливый ребенок, от которого требуют невозможного.

– Я не оставляю тебя без всего. У тебя будет крыша над головой. Разве этого мало?

– Мало?! Мало? – я едва сдерживаю себя, чтобы не наброситься на Драгунского, – ты владелец огромной компании! У тебя свой бизнес! Дом! Огромные доходы! И ты считаешь справедливо, что твоя жена не получит и процента от этого после развода?

Гена молча разводит руками.

– А что я могу сделать? По закону тебе полагается только то, что я указал в договоре.

– Ты же сам понимаешь, что это обман! Твоя мать не имеет отношения к твоему бизнесу! Да и эту квартиру мы с тобой полировали вместе! Вместе делали в ней ремонты, вместе обустраивали и обживали.

Он в очередной раз лишь равнодушно пожимает плечами, будто не имеет никакого отношения к этому унизительному договору.

–Я просто не понимаю, как у тебя хватает наглости? – задыхаясь спрашиваю у мужа, – после всего, что мы пережили. После всего, что я для тебя делала. Ты просто списываешь меня со счетов, ссылая в квартиру без стен и полов! Без денег, без работы, без возможности нормально устроить свое будущее.

Голова снова начинает гудеть. Я отхожу в сторону и падаю в кресло. Происходящее просто не укладывается в голове.

Вот так вот все просто у него. Раз. И в один день твоя дорогой муж уже выселяет тебя из квартиры, чтобы освободить место для молодой любовницы.

– Марин, не делай из меня изверга, – говорит он на удивление спокойно, – я правда забочусь о тебе. К слову, если вдруг тебе нужна будет работа, – он делает паузу. – Я могу предложить вариант.

Я замираю.

– Вариант?

– Ну да. По работе. Есть весьма выгодное предложение.

Он садится в кресло напротив и придвигается ближе.

– На мне и Даше теперь большая квартира. Кому-то нужно будет за ней ухаживать. Стирать, гладить, готовить. Ты же это отлично умеешь. Я могу платить тебе за эту работу. И хорошо платить.

Кажется, земля уходит из-под ног. Он что? Предлагает мне стать служанкой. Для него и моей племянницы, которая запрыгнула к нему в койку в моем же доме?!

Это даже не жестокость. Это какое-то изощренное садистское унижение.

Я медленно выпрямляюсь. Внутри все леденеет. Слез нет. Только холодная, стальная ярость.

– Да пошел ты, Драгунский! – выплевываю я, срываясь с места, – Пусть твоя шлюшка тебе теперь носки стирает!

Гена мгновенно взрывается.

– Марина! Не будь дурой! На что ты жить будешь, а? На какие шиши? На подачки от своей алкашки-подруги?

– Я найду, на что жить. Но точно не на твои подачки. И не в роли прислуги у тебя и у этой…

Он смеется, но смех его нервный, злой.

Я забегаю в спальню. Впопыхах хватаю свои вещи. Все самое необходимое. Личные сбережения, документы, вещи на первое время и со злостью запихиваю их в сумку.

– Плохое решение, Марина! Очень плохое! – кричит муж, пока я собираюсь. – У тебя нет денег даже на нормального юриста, чтобы оспорить что-то!

Я ничего не отвечаю.

Молча сбрасываю последние вещи в сумку и вылетаю в коридор. У меня больше нет никакого желания здесь оставаться.

Когда я оказываюсь в прихожей, Драгунский последний раз пытается меня зацепить.

– Марина, пожалуйста. Не делай глупостей. Ты останешься ни с чем и пропадешь! – цедит он с фальшивой заботой, но меня это уже не трогает, лишь распыляет мой гнев.

– Посмотрим, – бросаю ему в ответ, со всей силы хлопнув дверью.

Этот звук, будто щелчок, отсекающий прошлое.

Я стою в подъезде, прислонившись лбом к прохладной стене, и пытаюсь отдышаться. В руках держу две огромные сумки, набитые моей старой жизнью. В ушах еще звенит от его голоса.

Я пытаюсь взять себя в руки и дышать спокойно.

Нужно просто сделать это. Просто уйти и позволить себе жить дальше не возвращаясь в прошлому.

Обида, боль и горечь подступают горлу, заставляя поморщиться, как вдруг в тишине подъезда раздается вибрация. Глухая, настойчивая. Я с трудом нахожу телефон.

На экране высвечивается незнакомый номер.

Сердце на секунду замирает. Может, Алина с нового номера?

Я снимаю трубку.

– Алло? – мой голос звучит сипло и устало.

– Здравствуйте, – раздается в трубке спокойный, низкий мужской голос. Он кажется знакомым, но я не могу его вспомнить. – Это Марина? Мы вчера говорили... в машине. Я подвозил вас.

В памяти всплывает темный салон, запах кожи, и тот самый мужчина, который не задавал лишних вопросов, а просто предложил помощь.

– Я по поводу торта. Сможете сделать?

Я стою посреди грязного подъезда, с двумя сумками, в которых поместилось все мое имущество, с разбитым сердцем и пустым будущим. А потом делаю глубокий вдох, выпрямляю спину.

– Да, – говорю я уже увереннее. – Смогу. Какой вам нужен?


Вот, как вовремя подоспел наш тайный клиент для Марины) посмотрим, что из этого выйдет! Обойдется все одним тортиком или будет что-то еще?)

А пока очень рекомендую Вам заглянуть в новинку Аллы Дроздовой