После развода. Пожалеешь! Позовешь! Заплачешь!

Глава 24.

Глава 24.

Юля

Я и Элли с Демидовым не здороваемся. Даже не смотрим на него, когда подходим ближе. Дети заняты, потому не перед кем притворяться хоть сколько-то вежливыми. Зато Красин старается за всех! Протягивает Леше руку, весело рассказывает о том, как вспомнил свои школьные годы.

-Бла-бла-бла… – шепчет раздраженно подруга. Треп Димы её частенько при встречах доводит до белого каления.

-Доброе утро! – раздается громкий голос Демидова, перекрывая всё остальное.

Полагаю, это нам с Элли. Подруге приходится произнести ответное приветствие, я же, вцепившись в ручку сумки, продолжаю делать вид, что не вижу мужа. Пусть утрется своим «добрым утром»! Он мне уже устроил недавно «добрый вечер»… Эффект ничем не перекроется!

-Женщина, ты крутая! – смеется мне на ухо Эл. – Ты бы видела его лицо… Будто лимон целиком сожрал, - делится эмоциями подруга, когда родители школьников нас немного оттесняют.

Киваю, растягивая для вида губы в улыбке. Если честно, очень хочется быть не крутой, а слабой. Всё ведь могло бы быть сейчас иначе: только я, Леша и наши дети…

Могло, но уже никогда не будет! К сожалению, где-то внутри я всё еще не приняла это до конца!

Начинается линейка. Провожаю детей к местам, где стоят их классы, и возвращаюсь к подруге. Дима и Демидов стоят чуть позади. Воздух наполняется торжественным голосом директора школы. Чтобы не думать о том, о чем думать не надо, стараюсь просто слушать громкие напутственные слова. Потихоньку начинаю замечать, что слова становятся будто размытыми. И дышится так, будто температура воздуха резко повысилась до каких-то экстремальных значений.

Со мной что-то не так. Понимаю это и тут же ищу взглядом подругу.

-Юль… - подхватывает меня под локоть Элли, когда я начинаю заваливаться в её сторону. – Плохо?

-Да. Нет. Не знаю... Повело просто что-то, - пытаюсь сконцентрироваться на происходящем.

-Воды? – она уже достает из сумки маленькую бутылочку, протягивает мне.

Как я сама не додумалась взять воды? Делаю несколько жадных глотков.

-Лучше? – подруга с беспокойством вглядывается в меня.

Хотелось бы сказать «да», но в этот момент понимаю, что вода подкатывает обратно к горлу.

Элли, наверное, по моему беспомощному взгляду, обращенному на неё, всё понимает.

-Идем! Быстрее! – она держит меня за локоть и проталкивается сквозь толпу.

Я настолько растеряна, что забываю о Демидове. Скольжу глазами по рядам родителей и, как по закону подлости, натыкаюсь на до боли знакомый взгляд. Леша мгновенно подается в мою сторону. Несколько шагов, и он оказывается рядом.

-Что случилось? – почему-то обращается не ко мне, а к Элли.

-Солнце напекло! Что еще? – гаркает на Демидова моя подруга не хуже злой полицейской собаки. – Не мешайтесь под ногами, гражданин!

Но гражданин не отстает от нас. Он подхватывает меня с другой стороны.

-Не трогай меня! – находятся силы на то, чтобы повысить голос. Мой гнев настолько сильный, что тошнота на этом фоне отступает. Вырываю руку, отшатываясь от мужа.

-Присмотри лучше за детьми! – указывает Леше моя подруга. Кажется, впервые в жизни. Прежде себе такого она не могла позволить.

-Оставь меня наедине с женой! – неожиданно и очень резко приказывает Демидов Элли.