После развода. Право на семью

Глава 12

Свекровь, как обычно, с недовольным видом что-то выговаривает Раисе, а та, стиснув челюсти, кивает. Когда мы только поженились с Маратом, она еще как-то сдерживала свой характер, но с возрастом он вовсе испортился. Она стала более капризной и не желала мириться с тем, что ей не нравится.

– И что тут за тайфун прошелся? – морщится Лариса Олеговна. – Что ты там чинишь, Павел? Оставь, такое дело лучше доверить мастеру. У тебя руки не из того места растут, я же знаю.

– Я уже почти закончил, мама, – насмешливо произносит Пашка.

В отличие от всех нас, он всегда встречает ее критику издевкой, замаскированную под заботой или шуткой. Свекровь терпеть не может, когда кто-то, кроме Марата, называет ее мамой. Мне и вовсе однажды прилетело деревянной ложкой по лбу за то, что однажды по молодости я попыталась так к ней обращаться.

Это сейчас я понимаю, что так она хочет сохранить между нами дистанцию, а тогда думала, что она просто интеллигентная женщина, которая не терпит фамильярности и любит условности. Впрочем, я не ошибалась тогда насчет нее и не ошибаюсь сейчас.

Она улыбается при виде меня, но я насквозь вижу ее фальшивую улыбку.

– С днем рождения, Лизавета! Что ж ты не сказала, что у вас сегодня праздник? Я б нарядилась и сделала прическу. Кого вы позвали? Надеюсь, бизнес-партнеры Марата тоже здесь? Ему нужно налаживать связи.

Каждый раз при разговоре она сводит тему к сыну, вот и в этот раз пытается выяснить, не зря ли на меня был растрачен семейный бюджет.

– Нет, здесь никого, кроме семьи нет. Да и Марата тоже. Хотите, я вызову вам такси до его офиса? Уверена, он будет рад вас видеть.

Я скалюсь, широко растягивая рот, а свекровь прищуривается, не понимая, что на меня нашло. Обычно я так себя не веду и не язвлю при разговоре с ней, но теперь не вижу нужды сдерживаться.

– У тебя что, этот ваш выдуманный ПМС? – делает догадку Лариса Олеговна и цокает языком. – Самовнушение это всё, Лизавета, прекращай ерундой страдать. И Аню этим новомодным выдумкам учить не смей. Я сама займусь ее дальнейшим воспитанием. Видимо, не зря Марат переживает, раз позвонил мне и срочно попросил приехать. С этого дня я живу с вами. Павел, будь добр, принеси мой чемодан, он в багажнике такси.

Вот и встало всё на свои места.

Он переживает за инцидент с Аней, но вместо себя присылает мать. Интересно, что он ей наплел?

Пашка, чуя, что пахнет жареным, быстро ретируется за чемоданом, а вот Раиса, не желая встревать в наш разговор, что-то лепечет о том, что отпустит няню и сама присмотрит за Матвеем, так что вскоре мы со свекровью остаемся наедине.

– Лариса Олеговна, я сегодня только из больницы и очень устала за весь день, поэтому давайте не будем фальшиво любезничать друг перед другом, Марата тут нет, и ни к чему разыгрывать спектакль любящих свекровь и невестку.

– Любящих? Ты преувеличиваешь, Лизавета, – ухмыляется она и проходит в гостиную с таким видом, словно она тут хозяйка, а не гостья. – Максимум терпящих друг друга. Заметь, я делаю это все пятнадцать лет вашего брака и не жалуюсь, так что будь добра следить за тоном. У тебя, может, и тяжелый день, но это не значит, что я закрою глаза на твои оскорбления.

Я прикрываю глаза, остановившись у порога, и делаю несколько вдохов. Напоминаю себе, что она старая женщина, которую уже не исправить. К тому же, как ни крути, она еще и бабушка моих детей, которая, как я надеюсь, поддержит и не оставит их на произвол судьбы после моей… кончины.

– Прошу прощения, Лариса Олеговна, но день и правда тяжелый. У Ани переходный возраст, она совсем отбилась от рук, устраивает скандалы и истерики, да и в школе дела идут не очень. Я уже не знаю, что делать, а Марат не помогает, только делает всё хуже.

Последнее я произношу зря. Если поначалу у свекрови заинтересованное лицо, так как на внучку ей не плевать, то когда я упоминаю ее сына не в положительном ключе, лицо ее вытягивается от недоумения, а затем брови-ниточки сводятся к переносице, отчего все ее мелкие морщинки стягиваются и выделяются сильнее. В этот момент она напоминает мне мопса, с ее-то короткой шеей.

– Воспитание детей – задача матери, Лизавета. Марат – добытчик, который вас обеспечивает. Если бы ты работала так же, как и он, с утра до вечера, как вол, к тебе было бы меньше претензий, а так ты целыми днями баклуши бьешь, сидя дома. Так что если Аня растет невоспитанной и проблемной, то вина в этом только твоя.

Конечно. Только моя вина и ничья больше. И чего я ждала от свекрови? Поддержки? Наивная Лиза.

– Вы знаете, Лариса Олеговна, скоро это будет не только моя вина. Мы с Маратом разводимся, так что ему, как отцу, придется участвовать в жизни детей больше, чем сейчас. Опека над детьми после развода будет у меня, так что я надеюсь, что вы, как женщина, послужите мостом между ним и детьми и не дадите их в обиду.

Лицо свекрови вытягивается от удивления, и она молчит.

До этого я сомневалась, не рассказал ли Марат матери о предстоящем разводе, но, видимо, он не так циничен, чтобы сделать это в обход меня.

– Марат сразу отказался от опеки, – предупреждаю я ее возмущения заранее.

– Бабушка, мне тетя Раиса сказала, что ты пришла! – радостно кричит дочка и с шумом спускается по лестнице.