После развода. Прощение не купить

Глава 1

— Горько! Горько! Горько!

Мы в сотый раз горланили волшебные слова и ржали, наблюдая за мучениями молодых, которые больше целовались на публику, чем сидели за свадебным столом. Сами виноваты: хотели веселую свадьбу со всеми традициями — получите, распишитесь. Я им предлагала устроить все за городом с выездной романтикой: цветочная арка, регистрация под молодыми березками, шатер... Но кто меня послушает?

— Яра, ты тупо хочешь реализовать мечты о собственной свадьбе, — бормотал заученные слова от своей невесты мой двоюродный братишка Рома, — а у нас с Милочкой свои планы.

— Ага, — возмущенно тряхнула я длинной светлой челкой, — школьная столовая, выкуп в подъезде, питьё водки из Милкиной туфли и конкурс с попаданием карандаша в бутылку?

— Да, — обреченно кивнул Ромка, — именно так и хотим.

А что он еще может сказать, если к двадцати годам предохраняться не научился? Его Мила уже на четвертом месяце… Животик видно. Признались они всего три недели назад, так что свадьбу организовывали в срочном порядке, скидывались всей родней. Начало июня, время думать об отпуске на море, а мы с мужем Вовой приехали в этот городок, чтобы женить моего братишку. Еще и свои сбережения уменьшить. Хотя муж не раз говорил:

— Яруся, не парься за бабки, скоро мне еще пару салонов под руководство отдадут. А так я с твоей дальней родней познакомлюсь…

Сейчас я сделала глоток шампанского и огляделась: Вовы уже минут двадцать не было видно… Может, перебрал и пугает в школьном сортире фаянсового друга? Надо проверить.

Молодые закончили целоваться и с облегчением присели на свои места. Тамада начала читать очередные замшелые стихи из прошлого века о семейном счастье, а я стала быстро пробираться к выходу из столовой.

— Яра, а ты куда? — окликнула меня тетя Лариса, которая приехала с дочкой из самой Москвы. — Скоро новый конкурс будет, танцевальный. Давно я такой нафталин не видела.

— Вову поищу, — сообщила я, — танцуйте без меня.

— Ой, — встрепенулась тетя, — если Жанку мою встретишь, то гони ее сюда. Она в своем платье для мужиков, как варенье для мух. Все только на нее и пялятся…

— Я заметила, — пробормотала я.

Столичная тетка с двоюродной сестрицей прибыли сюда вчера утром… Жанна была настоящей красавицей по московским меркам: губастая, сисястая, с кучей всего наращенного и приклеенного… Всего двадцать два года, а выглядит как прожженная стерва. Я последний раз ее лет семь назад видела, на мою свадьбу они не приезжали… Да и никто не приехал: на нашу дату первая волна проклятого ковида выпала. Пришли с Вовой в ЗАГС в масках и перчатках, расписались и отправились домой, соблюдать карантин...

Мы приехали на своей машине. От нас всего четыре часа ехать до городка молодожен. Но когда мы выбрались из авто у Дворца бракосочетаний, то у моего супруга челюсть резко поехала вниз. К нам шла Жанна в дико коротком серебристом платье, с охренительно откровенным вырезом на груди и на высоченных шпильках. Я едва ее узнала… Мы близко никогда не общались и фотками не обменивались. Только семь лет назад ездили обследоваться в столичную клинику… От той созревающей пятнадцатилетки в Жанне ничего не осталось. Все мужики таращились на нее, словно голодающие на ароматный, шкворчащий шашлык. И мой Володька.

— Челюсть подбери, — шикнула я на него, — это моя двоюродная сестра.

Та подошла ко мне, мы обнялись, и я познакомила с ней своего мужа…

А что мне оставалось делать? Не глаза же ему своим чулком завязать, чтобы он на ее сиськи не пялился, которые почти выпадали из платья! Знала бы, что все так обернется, то вообще бы не поехали на эту свадьбу… Прикинулась бы, что у меня аппендикс прихватил.

Но, что сделано, то сделано.

Постояли с цветами на торжественной церемонии, прокатились по памятникам, выслушали подробный отчет о выкупе невесты. Хорошо, что хоть в этом не пришлось участие принимать.

А потом приехали в школу, и понеслась. Я пила мало: кто-то из нас двоих с мужем должен оставаться в здравом уме. Хотя и Вова на алкоголь не налегал, больше веселился и участвовал во всем подряд. Он у меня вообще парень компанейский: веселый и обаятельный. Особенно поначалу был, когда меня завоевывал. Такие номера выкидывал! Теперь стал спокойным, больше не старался развеселить меня. А вот сегодня он словно в юность вернулся. Девушки на него поглядывали, а Жанна заразительно смеялась над его приколами, хлопала наращенными ресницами и сексуально закусывала пухлую нижнюю губу…

Сейчас я не видела в столовой ни Вову, ни Жанну. И это меня конкретно напрягало!

Выбравшись в коридор, я огляделась. Никого.

— Где же вы, зайчишки-шалунишки? — прошептала я. — Идите к Яромире… Не дай бог, вас вместе найду, уши на узел завяжу. Вокруг шеи.

Я тихо шла в дальний конец коридора, где располагались туалетные комнаты, и параллельно прислушивалась к звукам из классных кабинетов. Везде было заперто, и царила тишина.

Для начала я заглянула в дамскую уборную — пусто. Потом приоткрыла дверь в мужскую… Тоже никого. Мне теперь все три этажа школы нужно обойти, чтобы найти Вовку, или сразу на паковку топать? Вдруг его от еды и выпитого разморило и он поспать увалилися, а я тут про него гадости придумываю. Ревнивая чучундра.

Вернувшись к столовой, я снова заглянула в украшенный шариками и плакатами зал. Полторы сотни гостей, но мужа не видно. Я развернулась и направилась к лестнице на второй этаж.

Над последней дверью перед ступеньками красовалась золоченая надпись «Учительская». Из-за плотно прикрытых створок раздалось страстное:

— Ох… Да… Да! Да! А! Оу… да… Ты красавчик…

— И ты супер, — ответил запыхавшийся голос Вовы, — повторим через пару минут?

Я своим ушам не поверила и ухватилась за дверную ручку.