После развода. Прости измены и вернись

Глава 2

Лев наклонился и коротко поцеловал меня в щёку. От него пахло холодным воздухом улицы и дорогим парфюмом — тем, который я ему когда-то выбирала сама.

Женщина рядом остановилась чуть в стороне. Вежливо. Правильно. Но не так, как останавливаются случайные люди.

Лев снял пальто, повесил на спинку стула и только тогда посмотрел на меня внимательнее — будто проверял, в каком я настроении и насколько сегодня можно себе позволить наглеть.

— Ты прекрасно выглядишь, — сказал он.

Я не ответила. Я смотрела на женщину рядом с ним, потому что мой организм уже всё понял — раньше меня.

Она была моложе меня, но не девочка. Уверенная, ухоженная, спокойная. Светлые волосы уложены гладко, на губах нейтральная помада, ногти короткие, аккуратные. На плече — тонкий ремешок сумки. В руках — папка.

Папка меня почему-то добила сильнее всего. В ресторан с папкой не ходят, если это не часть какого-то сценария.

— Лид, — Лев словно вспомнил, что это не только наш стол. — Познакомься. Это Алёна.

Алёна сделала шаг ближе и протянула руку.

— Очень приятно, Лидия Ивановна, — сказала она мягко.

Я на секунду зависла. «Лидия Ивановна» опять прозвучало как деловое обращение. Я механически протянула руку в ответ.

Её ладонь была прохладной и сухой. Рукопожатие уверенное, недолгое.

— Взаимно, — сказала я.

Лев сразу же продолжил, не оставляя мне пространства для вопросов.

— Алёна поможет тебе с твоей мечтой.

Я моргнула.

— С какой ещё мечтой?

— С салоном, — произнёс он спокойно, будто речь о давно утверждённом проекте. — С цветочным. Ты же хотела. Всё время говоришь, что устала от дома, от рутины, что хочешь своё. Вот. Я решил, что пора.

Я почувствовала, как во мне поднимается странная смесь: благодарность, подозрение и раздражение.

— Лев, — сказала я тихо, — мы можем это обсудить вдвоём?

— А зачем? — он улыбнулся, как человек, который уверен в своей правоте. — Алёна как раз в теме. Она специалист. Профи. Садись, Алёна.

Алёна без лишних эмоций присела на край стула рядом с Львом, но чуть развернувшись ко мне. Умно. Чтобы я чувствовала: разговор со мной, но всё контролирует он.

Лев поднял руку, подзывая официанта. Тот появился мгновенно, как будто стоял за занавеской и ждал, когда начнётся спектакль.

— Принеси нам вино. Красное. То, что мы обычно берём, — сказал Лев и даже не посмотрел в меню. — И для дамы…

Он на секунду замолчал и посмотрел на Алёну.

— Вода, без газа, — спокойно ответила она.

— Хорошо. И закуски. И горячее по моему выбору, — Лев повернулся ко мне: — Ты же доверяешь моему вкусу?

Это прозвучало так же, как «ты же доверяешь мне». На секунду мне захотелось улыбнуться, как раньше, сказать: «Конечно». Но я не улыбнулась.

Официант ушёл.

Лев откинулся на спинку стула и сложил руки. Он выглядел довольным. Как человек, который сделал «правильный шаг».

— Я подумал, тебе на пользу пойдёт отвлечься, — сказал он. — От дома, от постоянного воспитания Артура. Пацан уже не мелкий. Его караулить не стоит.

Слова «постоянного воспитания» резанули. Как будто Артур — моя личная прихоть. Как будто семнадцать лет материнства — это хобби, которое пора бросить.

— Я не караулю Артура, — сказала я ровно. — Я его мама.

Лев махнул рукой.

— Не придирайся к словам. Ты понимаешь, о чём я. Ты зациклилась. Дом, режим, уроки, секции… тебе нужно переключиться. И салон — это то, что тебя всегда оживляло.

— Я и сама могу заниматься своим делом, ты знаешь, — сказала я, стараясь удержать голос спокойным.

Алёна сидела молча, с лёгкой улыбкой, будто слушала спор директора и его заместителя.

Лев снова улыбнулся, но теперь в этой улыбке было что-то покровительственное.

— Лида, ну не начинай. Алёна тут как раз для того, чтобы всё было правильно. Она занимается подбором помещения, персонала, поставщиков. С нуля. С документами, договорами, логистикой. Всё, что ты ненавидишь.

— Я не ненавижу, — отрезала я. — Я умею.

Алёна чуть наклонила голову.

— Лев Игнатович прав в одном, — сказала она мягко. — Когда проект запускается с нуля, лучше делегировать часть процессов. Иначе можно утонуть в мелочах.

Я посмотрела на неё.

У неё были спокойные глаза человека, который привык говорить уверенно. И привычка вставлять слова «проект», «процессы», «делегировать» так, будто речь о строительстве моста, а не о флористике.

— Спасибо, — сказала я сухо. — Я понимаю, как это работает.

— Конечно, — Алёна не смутилась. — Но есть нюансы. Например, помещение. Важно не просто найти красивую локацию, а просчитать трафик, соседей, целевую аудиторию. В идеале — первая линия, парковка, видимость вывески. Потом — поставщики. Если вы хотите стабильное качество, нужно сразу подписывать договоры с двумя-тремя, чтобы не зависеть от одного. Персонал — отдельная история. Флористы часто уходят в сезон, если их не удержать условиями…

Она говорила быстро, уверенно, пунктами, будто читала презентацию. Папка лежала на её коленях. Она пару раз коснулась её пальцами, как будто собиралась открыть и достать графики.

Я слушала, и внутри росло раздражение. Не потому, что она говорила глупости. Потому что она говорила очевидное.

— Мне это известно, — перебила я. — Я не первый день этим занимаюсь.

Лев слегка наклонился вперёд и улыбнулся.

— Поэтому в прошлый раз твой салон прогорел.

Слова прозвучали спокойно. Почти ласково. Но, по сути, это был удар.

Я моргнула, не сразу осознав.

«В прошлый раз»… Он сказал это так, будто речь о какой-то мелочи. О том, что я купила неудачные туфли. А не о том, что я когда-то попробовала открыть маленький цветочный уголок — в арендованном помещении, на нерве, на энтузиазме, и да — он не выдержал конкуренции и закрылся. Тогда я плакала ночью в ванной, чтобы Артур не видел. Тогда Лев сказал: «Ну, бывает». И всё.