После развода с драконом. Будешь моей в 45

Главa 8

На какое-то время я остолбенела, тело как будто не знало, как реагировать. Руки Гидеона, его губы, его запах — все было таким знакомым, таким нужным. Сколько поцелуев между нами уже случалось? Самых разных: нежных, игривых, страстных или просто привычных, ежедневных.

Этот был самым болезненным из всех.

Придя в себя, я попыталась его отпихнуть, но не тут-то было. Гидеон стиснул мои плечи и толкнул на стол.

Я застонала и почувствовала, как его пальцы опускаются на талию, сжимают меня через бархат платья.

— Прекрати! — выпалила я, когда его губы дотронулись до моей шеи.

— Ты моя жена, и я все еще имею на тебя права, — мурлыкнул он, прикусывая кожу за моим ухом.

По телу прошла волна мурашек. Сжав в кулаке подол моего платья, он потянул его вверх, вторая рука легла между моих бедер и потянулась выше, пока не накрыла треугольник между моих ног.

По телу прошел ток, и я дернулась.

— Хватит! — рявкнула я. — Перестань!

В этот раз у меня получилось его оттолкнуть.

Вскочив, я огляделась и схватилась за первое попавшееся оружие — перьевую ручку. Направив стержень на Гидеона, я замерла. В тишине звучало только мое загнанное дыхание.

Гидеон ухмыльнулся.

— Сухо, — медленно произнес он.

— Что?

— У тебя между ног.

По телу прошла дрожь, и я упрямо сжала губы.

— Ты ожидал чего-то другого после того того, как я обнаружила твои руки в панталонах у той прелестницы?

— Не преувеличивай, я не успел залезть к ней в панталоны. И ты сама знаешь: все началось намного раньше. Ты давно перестала меня хотеть.

Щеки загорелись. Я пыталась сдержаться, но все-таки спросила:

— Какого хрена, Гидеон?

На манеры и культурную речь меня уже не хватало.

— Какого хрена — что?

— Чего тебе не хватало? Какого хрена?

Я ненавидела себя за то, как отчаянно и жалко это прозвучало.

Мне так хотелось услышать хоть какую-то причину.

Например: “Ты сама меня оттолкнула”.

Или: “Мне не хватало твоего внимания, поэтому я полез утешаться под юбку другой”.

Или: “Меня опоили любовным зельем и изнасиловали”.

Казалось, я готова была уцепиться за любую ниточку.

Но Гидеон подошел ближе, осмотрел мое лицо и сказал:

— Я тебя больше не хочу.

— Что?

— Не хочу. Я тебя больше не хочу. Ты моя жена и мать моих детей, ты моя истинная. Но я тебя больше не хочу и не люблю как женщину. Давай не будем больше притворяться. Я утолил твой интерес?

Я вдруг остро почувствовала каждую свою морщину, каждый седой волос. Вспомнила слова леди Уилсон и все шепотки за спиной.

— Это потому, что я старею? — недоверчиво спросила я.

— Да.

Ладонь с ручкой опустилась вниз. Захотелось заплакать, свернуться клубком, устроить истерику.

Я спокойно кивнула.

— Вот уж не думала, что любовь, в которой ты мне клялся, проходит с первыми морщинами. Что тебе нужно, Гидеон? Зачем ты пришел?

Он прищурился и медленно проговорил:

— Я пришел спросить, что нужно — тебе.

— Развод.

Гидеон закатил глаза.

— Я говорю серьезно, Элли. Что тебе нужно? Чего ты добиваешься? Деньги? Драгоценности? Чтобы я валялся у тебя в ногах и обещал, что это не повторится?

Я сглотнула. Воздух сгустился, стал тяжелым и вязким, застревал в горле. Я смотрела на Гидеона и не верила, что совсем недавно считала этого мужчину мужем, моей каменной стеной.

— А это не повторится?

После паузы Гидеон ответил:

— Ты ни о чем больше не узнаешь.

На плечи как будто упала тяжелая плита.

— Тогда нам не о чем говорить.

— Элли, мать твою, мы женаты! — взорвался Гидеон. — Мы истинные! Мы связаны друг с другом на всю жизнь, и мы не можем разрушить семью из-за твоих капризов!

— А если я не хочу такую семью?

Гидеон хмыкнул и отвернулся. Взвесил в руке мой блокнот и вернул его на место.

— Подумай еще раз. И, кстати. Если ты рассчитываешь на содержание после развода, то его не будет.

Я вздернула подбородок.

— Вот уж не думала, что ты настолько мелочный.

Гидеон усмехнулся и направился к двери.

— Я надеюсь на твое благоразумие, — бросил он, прежде чем выйти. — Имей в виду, драконы не дают вторых шансов.

Я опустилась на пол и сжалась в комок, ненавидя себя за то, что от его рук до сих пор горит все тело.

Несмотря ни на что.

Просто привычка, больше ничего.

***

Свет в библиотеке был совсем тусклым. Виски ломило, глаза слипались, но я изо всех сил старалась закончить расчеты.

Я занималась этим уже несколько часов, и по всему выходило, что на первое время денег мне хватит.

Но что мне делать потом?

Допустим, летом можно будет снова продавать цветы, но, вот засада, сейчас осень. И цветы появятся еще очень нескоро.

Значит, нужно было придумать что-то другое. А для начала — подсчитать все, чем я владею. Не такой уж большой список вещей: платья и драгоценности.

Сосредоточиться я никак не могла. В голове ядовитыми насекомыми роились мысли.

“Может, если бы ты была поласковее, мне не пришлось бы ходить налево”.

“Еще пару лет — и ты вовсе не сможешь родить!”

“Хорошим женам не изменяют, мама!”

“Дорогая, моя, Элли, давай заведем третьего?”

"Ты давно перестала меня хотеть".

Но ведь дело было не в этом... Может, это я во всем виновата? Если бы я была лучшей женой, если бы мое тело меня не подводило, если бы… Если бы!

— Мам, с тобой все хорошо? — раздался над головой удивленный голос.

Я выпрямилась и поморгала, привыкая к тусклому свету зачарованных камней.

— Тео! — притворно весело воскликнула я. — Что ты здесь делаешь?

Он давно уже не жил с нами. Гидеон считал, что у юноши должно быть свое место, чтобы взрослеть, и я с ним соглашалась. Так что Тео переселился в том самом доме на окраине, куда меня когда-то, вытащив из пыточной комнаты, принес Гидеон.