После развода с драконом. (не)нужная жена генерала

Глава 4

– Нет, конечно. Потому что если ты задержишься, то пересечёшься с Мериссой, – сквозь зубы процедил уже теперь бывший муж. – На заднем дворе твоя карета. Ты можешь спокойно позавтракать, а не устраивать тут сцену и сразу же убегать. Сядь, поешь, потом соберёшься. У тебя есть ещё пара часов.

– Я польщена твоей щедростью, дорогой, но как-нибудь обойдусь без этого одолжения, – припечатала я и, развернувшись, ушла.

Выйдя из столовой на негнущихся ногах, я, гордо подняв голову, прошествовала до ближайшего поворота. Едва завернув за угол, я пошатнулась и прислонилась одной стороной к стене.

Не время лить слёзы, Амели. Да и вредно это. Помни, ты беременна. Тебе надо беречь себя. Но и лишней минуты я в этой «добродушной» компании не желаю находиться. Пусть ждут свою Мериссу, а мне пора!

Конечно, в первые секунды я хотела уйти прям так, в чём была, но потом решила, что это неразумно. Я двадцать лет отдала этим неблагодарным скотам. Имею право собрать свои вещи, чтобы не бедствовать первое время. А уж как на жизнь нам с дочкой заработать я уж как-нибудь и без твоего «выходного пособия» разберусь, Найджел.

Пока я поднималась к себе, руки сами скользили по стенам, перилам, тумбам и прочим предметам некогда любовно подобранного интерьера поместья. Мне казалось, что я обязана попрощаться с домом. Он не заслужил смены хозяйки, тем более такой, которая с ходу хочет всё разрушить.

Ноги сами привели меня в бальный зал, который Мерисса хотела переделать под свадьбу. Я даже не знаю, почему я сюда пришла? Чтобы извиниться, что так вышло? Плотно закрыв двери, я прошла в центр зала.

Высокие, в два этажа потолки, панорамные окна во всю стену, зеркала напротив них, наборный паркет, изящные люстры… Светлое, нарядное, торжественное помещение. Камины в углах, диванчики у стен, чтобы вечерами можно было наблюдать чудесный закат, золотящий устье двух рек такое широкое, будто море.

Здесь так красиво... Что здесь можно переделывать? Зачем? Для чего?!

И ведь словно знала эта гадина Мерисса, что этот зал – одно из моих самых любимых мест в доме. Сдерживая слёзы и дрожа всем телом от обиды, я присела на корточки и положила руки на паркет в импровизированном молитвенном жесте.

– Дом, мой любимый, милый дом. Спасибо за лучшее время в моей жизни. Я была здесь счастлива. Я была здесь любима, – сквозь слёзы шептала я. – Но больше нет ни любви, ни счастья. Прости, что покидаю тебя. Прошу тебя, не дай себя в обиду и отомсти за свою хозяйку.

А потом я рухнула и распласталась по полу, окончательно потеряв контроль над телом. Это нечестно. НЕЧЕСТНО! За что Найджел со мной так? За что?! В чём я виновата?! Как проглядела это всё?!

Как не заметила, что творится за моей спиной?! Как я не увидела, что наш брак рушится?! Как же так вышло, что ни муж, ни сын не испытывают теперь ко мне ничего, кроме презрения? Разве я заслужила такое отношение? Как будет расти моя дочь, зная, что отец и брат выгнали её маму?!

И тут же я разозлилась. Да лучше без них, чем с такими мужчинами в семье! Тоже мне защитники! Ладно Нортон, он ещё, по сути, ребёнок, ему всего девятнадцать и для него сейчас весь мир сузился до академии и статуса в нём. Но Найджел?!

Найджел, с которым мы прошли и огонь, и воду, как он мог? После всех жертв, на которые я пошла ради «нас». «Нас», которых оказывается больше нет, а он мне и не сказал даже об этом, пока не привёл свою новую истинную в НАШ дом.

Новую истинную… Разве это вообще возможно? Летописи и правда говорят, что такое случалось, но это такая редкость. Уж не обманывает его эта ушлая девица?.. Стоп, Амели. Обманывает – и чёрт с ней. Пусть обманывает. И пусть Найджел обманывается. Он взрослый человек и сделал свой выбор.

А я сделаю свой. Амелия Шейдгард… Могу ли я ещё пользоваться этой фамилией? Ха-ха-ха… Моя жизнь разбилась вдребезги, а я сижу на дорогущем наборном паркете в бальном зале и рассуждаю, могу ли я пользоваться фамилией мужа? Бывшего мужа, точнее.

Может, мне сто́ит вернуться к девичьей фамилии?.. Амелия Аркейнхард... Да какая разница, Амели, что за чушь?! Плевать. Не нужна мне фамилия. Я буду просто Амелия. Амели. Мама. Мама для любимой дочки, а всё остальное неважно.

Встань, Амели. Встань и уходи из этого дома, в котором ты стала несчастлива. От этих людей, которые в обмен на твою безраздельную любовь ударили тебя в спину. Пошёл этот Найджел к чёрту! Пусть горит в преисподней!

Да и Нортон ни разу не ребёнок. Ему уже девятнадцать, взрослый он уже. Мне было всего на три года больше, когда Кларисса объявилась в нашей жизни и переспала с моим женихом. И меньше чем через год я уже нянчила Нортона. А ещё через год пожертвовала своей магией истинной связи.

Так что он тоже пусть сам дальше мирится со своей совестью за такой бесчестный поступок. А я знаю его достаточно хорошо, чтобы понимать: его сердце не может быть таким жестоким, я вырастила его хорошим человеком. Вот только... где всё это теперь? Как глубоко он это закопал?

Я медленно встала, ещё раз обвела тоскливым взглядом бальный зал.

– Прости, дом. И прощай, – сорванным от рыданий голосом прохрипела я и, не оглядываясь, направилась к выходу из зала.

Сквозь слёзы я видела, как по полу пробежали фиолетовые искры. Я даже, грешным делом, подумала, что дом ответил мне.

Боже, что за чушь у меня в голове? Совсем разум от горя выплакала?