После развода с драконом. Старая жена снова нужна

Глава 5

Служанки чистят мне перышки больше часа. Местные обычаи безжалостны и подразумевают тысячи процедур, начиная с омовения и заканчивая притираниями и сложной прической.

По моим ощущениям проходит часа два.

А вот ложечка очень пригождается. К примеру, я выявляю, что румяна содержат яд, так же, как и духи в золотом флаконе.

Служанки бледнеют, заламывают руки. Что-то рассказывают про жестокую вражду между невестами и клянутся, что никогда бы не посягнули на жизнь и здоровье леди Майи Лайм, поскольку давали клятвы верности самому лорду Сауберну.

При его упоминании по коже пробегает мороз и я чувствую укол совести. Не должна была позволять ему столько.

Когда девушки вплетают последнюю серебряную ленту в мои волосы, я встаю с круглого пуфа и распрямляю платье.

Из зеркала на меня смотрит юное лицо Майи, под чьей личиной придется выживать три дня.

Я уже поняла, что отбор не будет веселым, скорее, смертельно опасным. За место в постели бывшего мужа леди Софи идет нешуточная борьба.

Знать бы еще, что за мужчина был с Розанной в том кристалле-воспоминании. Не представляю, как Софи поместила свою память в артефакты, но подозреваю, что в кристаллах найду ответы на многие вопросы.

Служанки провожают меня до дверей, распахивают створки и мы выходим в широкий коридор.

Шлейф платья шелестит, когда я двигаюсь, корсет сдавливает ребра.

Я вспоминаю о той девушке из клана красных. Ей насыпали в туфельки стекло. Она ведь обнаружила ловушку? Не могла же оказаться такой глупенькой?

И в этот миг тишину коридора разрывает истошный вопль.

Мы останавливаемся, а я широко распахиваю глаза. Не хочу верить, что ловушка сработала.

А в коридоре никого нет.

— Мы опаздываем, леди Майя, — пищит самая молодая служанка. Ни один мускул не дрогает на ее лице.

— Но там кричали, — возмущаюсь я.

Подобрав юбки, бегу в сторону комнаты, из-за дверей которой послышался жуткий крик. Но добежать не успеваю, из-за угла показывается высокий сухощавый лекарь с сумкой.

Он требовательно стучит, а затем толкает дверь комнаты.

Я недолго думая проникаю в спальню вслед за ним.

На постели лежит девушка в роскошном зеленом платье. Вокруг в панике бегают две служанки, а обе ступни девушки залиты кровью. Она стонет, пряча лицо в спутанных рыжих волосах.

— Нужно болеутоляющее, — тянет она всхлипывая. — Я все равно выйду на этот завтрак.

— Выйдете с опозданием, госпожа? — причитают служанки.

— Я не смогла вовремя проснуться утром, — плачет пострадавшая невеста. — Это все она. Бывшая леди Сауберн. Решила напакостить напоследок!

— Я сообщу об инциденте лорду Сауберну, — лекарь дергает щекой.

Пячусь назад. Пока лекарь невозмутимо открывает свою сумку, я возвращаюсь в коридор.

Я тоже опоздала, что, видимо, вполне устроило Ровенну.

Довольно быстро добираюсь до столовой, а это, оказывается, огромная зала, поделенная на зоны.

Длинный стол накрыт, но невесты цветной стайкой толпятся у стрельчатого окна. Оно начинается от пола и уносится к потолку, открывая завораживающий вид на заснеженный парк с ледяным озером.

Ровенна машет мне рукой, а я напряженно вглядываюсь в группу аристократов, беседующих в другой части зала.

Там леди Розанна и еще несколько незнакомых дам и господ, но я выискиваю того самого, что занимался с ней любовью.

Нет, того самого нет, но, возможно, я не разглядела лица? Оно было показано нечетко.

— Лорд задерживается, — выпячивает губки девица с каштановыми кудряшками.

Невест не меньше двадцати. Можно сказать, целая толпа.

— Усмиряет свою старую жену?

— Надеюсь, эта блудница не посмеет опять ворваться к нам, — зло шипит Ровенна.

Девицы в хорошем настроении и не прочь почесать языки, сцедив яд. Жертвой выбирают, конечно же, жену лорда Сауберна.

— А кто-то знает, почему лорд женился на ней? — спрашивает молоденькая и пухленькая блондинка.

— Никто не знает, почему лорд женился на этой бледной немочи, — Ровенна поднимает палец, а я с интересом прислушиваюсь к разговору. — Это тайна, и даже его сестра не смогла разгадать секрет. Ведь эта старуха… она из рода кровных врагов Саубернов.

Старуха? Что тогда должна говорить я, сорокасемилетняя.

Впрочем, меня тоже списали, как старый испорченный телевизор, и вот в новом мире я слышу похожие вещи уже про более молодую женщину.

— Она же пустая, — продолжает Ровенна, наслаждаясь возможностью порочить соперницу за ее спиной. — Поэтому так жалко выглядит. Бесцветные волосы, эти серые глаза, морщины на коже. Вы заметили, какая у нее кожа?

— Лорд, наверное, рад, что его старой женой заинтересовался какой-то дурак, — задумчиво тянет брюнетка с аккуратными, сложенными бантиком губами. — Думаю, лорд Сауберн, — и тут она жеманно хихикает, — думаю, лорд не спал с ней.

— Уже много лет, — уверенно кивает Ровенна, но что-то я сомневаюсь в этом.

Внутри все дрожит, как вспоминаю его тот горящий ненавистью взгляд. А потом он назвал жену сероглазкой. Это о чем-то да говорит. У мужа и жены определенно были свои отношения, возможно, сложные, но жаркие.

Два лакея открывают двери и входит лорд Рэй Сауберн.

Невесты вытягиваются в струнку. Предполагаю, что красота большинства из них наведенная, искусственная. Лица такие белые, гладкие, словно фарфоровые, без малейшего изъяна.

Меня тоже чем только не намазали сегодня, чтобы кожа светилась изнутри.

Бывший муж леди Софи шагает быстро, широко.

Его движения свободны, взгляд прям. Он похож на человека привыкшего к власти и лишенного комплексов и тормозов. Светло-коричневый дублет — кажется, так называются эти средневековые куртки с высокими воротниками — лаконично украшен нашивками из кожи и плотно облегает мускулистую широкоплечую фигуру дракона.

Невольно сравниваю лорда с мужем, у которого вечно были зажаты плечи. А этот — самец из любовного романа.