После развода. Сильная — не значит счастливая

Глава 13

Просыпаюсь от еле уловимого шума — где-то в квартире скрипнула дверь или кто-то осторожно прошел мимо. Но глаза открываю не сразу. Лежу, прижавшись к подушке, зарывшись лицом в её прохладу, и ловлю себя на том, что чувствую... счастье. Тихое, спокойное, почти незаметное, но такое настоящее. Оно проникает внутрь, словно утренний свет сквозь неплотно задернутые шторы.

Растягиваюсь, зеваю — тело приятно ноет. Ощущение, что я выспалась впервые за долгое время. И только потом, почти автоматически, тянусь к телефону, лежащему на прикроватной тумбочке.

Экран загорается. Несколько уведомлений.

Имя Ильи снова первым всплывает в списке. Несколько сообщений, непринятых звонков, голосовое даже не открываю. Я знаю, что там. Угрозы, жалобы, обвинения — всё по кругу. Он не отпускает. Даже сейчас. Даже после всего, что случилось…

С усилием смахиваю их в сторону, и вдруг замечаю другое имя.

Ратмир.

Сообщение от него пришло всего пять минут назад.

Сердце начинает биться чаще. Небрежным жестом развожу волосы, откидываю прядь со лба и, задержав дыхание, нажимаю, чтобы прочитать.

«Доброе утро, Слава. Как ты?»

Боже… Это всего лишь строчка. Простой вопрос. Без цветистых слов. Но от него у меня перехватывает дыхание. Я прикусываю нижнюю губу и не могу сдержать улыбку — такую глупую, счастливую, детскую. Вот так просто — всего одно сообщение, и я будто растворяюсь.

Он помнит.

Он думает обо мне.

Он интересуется.

Он не просто воспользовался и исчез.

Я снова вспоминаю, сколько лет прожила с Ильёй. И понимаю, что он почти никогда не писал мне сообщения. Никогда не спрашивал как я. Всё было формально, натянуто, или как обязанность.

«Доброе утро. Всё хорошо, спасибо. А ты как?»

Отправляю. Ненадолго задерживаюсь, глядя на экран, как будто жду ответа. Потом неохотно откладываю телефон. Нужно успеть в душ до того, как проснётся Даша. Она наверняка проспит будильник, как всегда, и пока я успею собраться и выйти, она даже не заметит, что я уже уехала.

Вскакиваю с кровати, достав из шкафа полотенце, накидываю на плечи, хватаю халат и бегу в ванную, стараясь не шуметь. В голове все еще звучит голос Ратмира. Такой мягкий, с хрипотцой.

Его прикосновения. Его взгляд…

А внутри все то же чувство, что было вчера. Как будто кто-то открыл в груди окно. И впустил воздух.

Чистый. Живой и новый.

И кажется, что я впервые за долгое время начинаю дышать.

Уже через двадцать минут я выхожу из дома. Даша спит. Мне бы не хотелось отвечать на поток ее вопросов. Вчера и так еле смогла выкарабкаться, сказав, что дико устала.

Захожу в ателье с чашкой кофе в руке. День только начинается, но внутри уже неприятная дрожь — интуиция опять опережает события.

Сразу замечаю охранника — Николай смотрит на меня как-то странно. Не так, как обычно. Не приветливо, не уважительно… колеблется. Как будто что-то знает и не уверен, стоит ли мне это говорить.

Ему лет сорок. Высокий, мощный мужчина, однако немного стеснительный и совершенно не любящий лезть в чужие дела. Скорее самый умный, вежливый, знающий цену своей работе сотрудник. Я его знаю с тех пор, как сама приобрела это небольшое место, которое всегда называют своим офисом.

— Николай? Что-то случилось? — останавливаюсь прямо перед ним, чувствуя, как в груди зарождается беспокойство.

Он ежится, мнется.

— Здравствуйте. Мне бы не хотелось это докладывать, но… Вчера приезжал ваш муж… — выдыхает с неохотой. — И… говорил не очень красивые слова в ваш адрес.

Молчу пару секунд, сдерживая раздражение. Медленно отпиваю кофе.

— Что именно говорил? Есть видеозаписи?

Он кивает, опуская взгляд.

— Есть, конечно. Но… я бы не советовал вам это видеть.

— Почему? — спрашиваю спокойно, но в голосе чувствуется сталь.

— Он… был не один. Со своей матерью.

Никакой реакции Только пальцы чуть крепче сжамают стакан.

— Дальше? Она что несла? Говори все как есть, Николай.

— Они… называли вас… легкодоступной. Не тем словом, конечно, но смысл такой. Что вы, мол, спите с другим, будучи в браке с ее сыном. Что крутить роман с каждым встречным. Изменяете ее сыну и… Что скоро этого места не станет. Что все мы останемся без работы.

Я молча киваю. Проглатываю обиду и злость вместе с глотком кофе. Уже не удивляюсь. Но от этого не легче.

Идиоты. Чем думает Илья, когда так поступает? Неужели злость настолько застилила ему глаза, что он ничего перед собой не видит?

Когда он стал таким ублюдком? Почему перестал думать о том, что с ним станет после нашего развода? Да он же сразу прогнётся. Все за пару недель просрет. Это я постоянно подталкивала его на что-то новое. Заставляла с ответственностью относиться к работе. Благодаря мне он делал шаг вперёд, чего-то добивался. А теперь что? Да ни хрен!

— Много сотрудников было в тот момент?

— Нет, не сильно. Я вызвал полицию, — докладывает охранник.

— Молодец, — коротко отвечаю. — А мне почему не позвонил?

— У вас был выходной… Решил не портить вам настроение. Вы и так постоянно тут... Работаете допоздна.

В чём-то он прав. Мне действительно не стоило об этом знать именно вчера.

Но… я это дело так не оставлю. Клянусь.

— Спасибо, Николай. Если ещё раз появятся — всё фиксируй. И сразу отправь мне. Хорошо?

Он кивает.

Я направляюсь вглубь ателье, ощущая на себе тяжёлые, пронзительные взгляды. Некоторые сотрудники поднимают глаза от своих мониторов, кто-то резко замолкает, кто-то даже не пытается скрыть интерес.

Неловкая пауза растягивается. Я прохожу между ними с прямой спиной, не позволяя себе ни единого лишнего жеста. Да, мне неприятно. Да, внутри всё сжимается — от стыда, гнева и бессилия. Но я давно научилась держать эмоции под контролем.