После развода. Сильная — не значит счастливая

Глава 14

Захожу в женскую раздевалку. Переобуваюсь, снимаю украшения, переодеваюсь в черные леггинсы, короткий топ и кроссовки. Волосы собираю в тугой хвост — так привычнее и удобнее. Складываю одежду в шкафчик, закрываю его на код и направляюсь обратно в зал.

На пути замечаю знакомое лицо. Виталик — один из наших общих друзей с Ильёй. Стоит у зоны свободных весов, тянется за бутылкой воды, поднимает глаза и замечает меня.

— О, Слав! Привет. Как ты? Будто что лет тебя не видел.

— Привет, Виталик. Всё нормально, спасибо. А ты как?

— Да потихоньку. Работа, дом… как у всех. Каждый день одно и то же.

Он на мгновение переводит взгляд и я без труда угадываю, куда он смотрит. Туда, где находится мой муж.

— Вы сегодня не вместе? — спрашивает с ноткой удивления. — Он уже минут тридцать здесь. Подумал, как обычно — вдвоем…

Я едва заметно улыбаюсь. Без злости, просто с усталой иронией.

— Нет. Не вместе. И больше никогда не будем.

Не жду его реакции. Прохожу мимо, чувствуя, как его взгляд остаётся на мне. Он явно сбит с толку, но объяснять ему значение своих слов я не намерена. Уж точно не сегодня.

Иду дальше, вглубь зала. Мимо беговых дорожек, тренажеров. Сворачиваю к боксерскому рингу. Двое парней отрабатывают удары, коротко переговариваются между раундами. Один замечает меня, я киваю и жестом прошу перчатки.

Он быстро понимает, взяв одну пару, подходит ко мне. Поддерживает, пока я натягиваю их на руки. Застегиваю липучки, проверяю посадку.

Подхожу к свободной груше и делаю пару размашистых, пробных ударов. Внутри ни страха, ни сомнений. Только спокойная, собранная концентрация.

— О-о-о, какие люди, — слышу за спиной голос кретина. Не оборачиваюсь, потому что жду, когда сам подойдёт. — Что, ничего не скажешь, Слава? Почему не отвечаешь на звонки, а? Сообщения игнорируешь?

Он встаёт напротив, смотрит на меня с явной ненавистью. Ведь он считает себя пупом земли и ни один человек не может осмелиться так вести себя с ним.

— Я не отвечаю всяким ублюдкам, — очередной удар в боксёрскую грушу, но еще агрессивней. — Не беру в голову слова мужиков, больше смахивающих на баб. Что тебе надо, а?

Дышу тяжело — слишком резко я начала долбить. Надо было для начала разминаться. Но я настолько зла, что ничего перед глазами не вижу.

— Это ты про меня?

— Я только одного недомужика знаю, — откровенно смеюсь, делая паузу. — Что, неприятно? А сам чего везде орешь, что я шлюха? Так ещё и мать свою тащишь за собой? Где же ты был, «мужик», когда твоя жена гуляла? И почему до сих не в разводе, пока она была с другим?

Я чувствую взгляды со стороны. Нас, конечно, же слышат. Потому что я не могу говорить спокойно.

— Что ты несешь?

— Долго ещё будешь валять дурака, Илья?

— Да я, сука, тебя найти не мог вчера! Звонил куда угодно! Езжал на твое рабочее место…

— Вместе со своей матерью? — перебиваю. — Она твой хвостик, да? И что? Чего в итоге добились? Тебе так приятно меня везде грязью поливать? Называть шлюхой?

— Сама вынуждаешь, ясно?

— Вот как? А никто, кроме меня, не спрашивал, почему ты до сих пор в браке с девушкой, которая по твоим и словам твоей матери давно гуляет? Изменяет тебе… м?

Я повышаю голос, потому что хочу, чтобы все услышали, какой он низкий ублюдок. За последние два дня я отчётливо поняла, какой слепой была. И что он не заслуживал даже пяти процентов того, что я для него сделала.

— Бл*дь, заткнись, а?

— Но ты почему-то не затыкался вчера у моего ателье.

— Не заставляй меня поступать с тобой как с уличной девкой, Слава. Я же тебя убью.

Он дрожит от ярости, голос надрывается. А я вдруг останавливаюсь. Спокойно и холодно смотрю ему прямо в глаза. Выпрямляюсь и делаю шаг вперед. Потом ещё один. Он ждёт, что я испугаюсь, отступлю. Но не дождётся.

Наклоняюсь ближе, почти касаясь губами его уха, и тихо, чуть слышно произношу:

— Ты идиот, Илья. Ты маменькин сынок, который ни на что не способен. И сейчас тебе придётся это принять.

Отхожу на шаг, не отводя взгляда, и плавным движением подзываю его к себе — едва заметный жест рукой. Он замирает, потом всё-таки наступает на меня. Кулаки сжаты, в глазах злость и растерянность одновременно.

— Не манипулируй. Сука, прекрати! А развод будет тогда, когда я скажу.

— Развод состоится на днях. Клянусь, я тебя заставлю подписать нужные документы.

— Ты? И как же? У тебя на днях ничего не останется!

— М-м-м, боюсь тебя разочаровать, но это ложная информация. Ты забыл, что за моей спиной всегда горой стояла моя родня?.. Они обязательно помогут, если я попрошу помощи. У меня брат есть, который… Не маменькин сыночек, как ты, который только действует по ее приказам. Он не ублюдок и не лицемер.

— Заткнись!

Илья тянет руку — то ли угрожающе, то ли в попытке схватить. Я отступаю. Еще одна попытка — в этот раз, кажется, хочет ударить. И тут я окончательно срываюсь.

Перчатки плотно сидят на руках. Первый мой удар — резкий, в плечо. Муж отшатывается. Второй точный — прямо в грудь. Он теряет равновесие и падает. Не больно, но так, что слышу, как он выругивается. Просто слишком быстро все происходит. Резко и, главное, унизительно.

Со стороны слышатся тихие смешки.

Я смотрю на него сверху вниз. Кто-то продолжает бить по груше в углу, доносится звук штанги. Все всё видят. Никто не вмешивается.

— Убирайся из моей жизни, — шиплю змеей. — Не ищи меня. Не звони. Не появляйся рядом. Мы разводимся. Понял? Мой адвокат с тобой свяжется.