После развода. Сильная — не значит счастливая

Глава 19

Минуты тянутся вязко. Свекровь, ворча и бросая на меня недовольные взгляды, уходит куда-то в глубину дома, а затем возвращается с моей шкатулкой. Я сажусь за стол, достаю драгоценности одну за другой, тщательно проверяя каждое украшение. Хочу убедиться в том, что ни одна мелочь, принадлежавшая мне, не осталась в этом доме. Всё вроде бы на месте, пока я не замечаю, что нет золотых часов, что подарил мне брат на двадцатилетие.

— Где часы? — спрашиваю тихо. Нет ни капли сомнения в её причастности. — Где они?

Она начинает мяться, пытается отвести взгляд, но я подаюсь вперёд, не сводя глаз. Этот момент тянется бесконечно, пока она не достаёт их из кармана и с раздражением швыряет на стол. Я беру часы, кладу их в сумку к остальным вещам.

Бесстыжая женщина снова начинает сыпать в мой адрес ядом.

— У моего сына уже есть достойная девушка, и без тебя ему будет хорошо. Ещё лучше! Она хорошая! Умная и воспитанная!

— Да ради Бога, — отвечаю устало. — Мне всё равно. Но умная девушка вряд ли свяжется с такими, как вы. Это я глупой была. Поверила вам. Посчитала людьми. И очень поздно очнулась. Жаль нескольких лет…

Я не повышаю голос. Говорю так тихо и без агрессии, что свекровь это злит ещё больше.

В проёме двери появляется Илья, когда я, взяв документы, уже хочу выйти наружу. Потому что в доме находиться нет смысла — стены давят. Он слышал последние слова и тут же цепляется к ним с той холодной усмешкой, которая когда-то ранила, а теперь только вызывает равнодушие:

— То есть тебе всё равно? И ты совсем не ревнуешь? Не жалеешь, что обманула меня?

Долго смотрю на него, прежде чем ответить:

— А почему я должна ревновать? Человека, который не умеет вести себя достойно? Который все эти годы был рядом только ради денег? Который выносит каждую нашу ссору на всеобщее обозрение и первым делом бежит всё рассказывать своей мамочке? Илья, я долго терпела выходки твоей матери. Да и я тебя не обманывала. Как раз твоя мать утверждает, что у тебя есть прекрасная, умная девушка…

Он хмурится, а свекровь, услышав это, уже открывает рот, чтобы вмешаться, но, к моему удивлению, Илья останавливает её, не позволив сказать ни слова:

— Мам, замолчи.

Она замирает, но мне это безразлично. Всё, что он делает сейчас, уже не имеет значения. Он должен был вставать на мою сторону тогда, когда у нас всё было хорошо, а не сейчас, когда я уже стою одной ногой за дверью.

Я протягиваю всё ещё мужу документы, а также достаю ручку из сумки, прошу максимально спокойно:

— Илья, давай не будем тянуть. Подпиши, и через месяц нас разведут без лишних разбирательств. Мы будем свободны.

Он мнется, но всё же берет ручку.

— Ты хорошо всё решила, — усмехается. — Спланировала. Все подготовила… Нашла другого, а виноватым выставляешь меня.

Я выдыхаю. А потом вовсе закатываю глаза, потому что терпеть это лицемерие очень сложно. Однако я вынуждена, лишь бы эта тема закрылась. Я должна открыть новую страницу и начать всё с нуля с человеком, которому буду нужна именно я, а не мои деньги и сила.

— Да. Решила, — отвечаю твёрдо. — Ты сам говоришь, что я гуляю, что у меня есть другой. Как оказалось, у тебя тоже есть другая. Так зачем нам тратить время? Пойди строить свою жизнь, я пойду строить свою.

— Ты ещё пожалеешь, Слава, — бросает он.

— Я уже пожалела. Всё-таки теряющей стороной оказалась именно я. А не ты…

— Что же ты потеряла? Этот дом? Мы его купили, когда были в браке.

— Были в браке, ага, но купила именно я, — делаю акцент. — Но половину суммы получаешь ты. Хотя ни черта не вкладывал. Ладно, не суть. Этот дом выйдет на продажу. Как продастся — разделим сумму пополам, и каждый идёт своей дорогой. Ты больше не появляешься в моей жизни.

— Ты сама прибежишь, — уверенно заявляет Илья.

Меня поражает его самодовольство. На что он вообще рассчитывает?

Я не реагирую. Лишь слегка киваю и указываю на места для подписи. Он ставит их, и я, не откладывая ни секунды, забираю документы, подхватываю сумки и выхожу.

— Ну наконец-то избавились от неё! — слышу за спиной противный голос свекрови.

— Мам, замолчи. Ты достала.

Усмехаюсь. Слишком поздно ты, милый, очухался.

Выхожу за ворота и сразу иду к машине. Ратмир выходит, забирает сумки и кладёт их в багажник. Он выглядит немного расстроенным.

А мне интересно, Илья его не видел? Почему опять не начал бросаться обвинениями? Или боится, что в таком случае я передумаю и не дам ему тех денег, что он должен получить после развода?

Наверное. Другого логического объяснения у меня нет.

Для этого человека, как оказалось, нет ничего важнее денег.

— Что-то не так?

— Всё хорошо. Присаживайся.

Едва мы оказываемся в салоне, машина трогается с места. Но, чуть отдалившись, Ратмир тормозит у обочины и берёт бумаги, которые подписал Илья. Рассматривает их.

— Ты тоже подпиши. И ещё… документы дома с собой?

— Да, я их тоже забрала. Блин, что случилось?

Он поднимает на меня глаза и задерживает их на моем лице.

— Хочу, чтобы это дело закончилось как можно скорее, — говорит хрипло. — Поедем к моему другу. Он риэлтор.

— Сегодня?

— Сейчас.

— Мне на работу надо! Ты в своём уме? Там и так всё плохо.

— Мы быстро. Ты же хочешь избавиться от того придурка как можно скорее?

— Хочу, но… Он тебе что-то сказал, да?

Ратмир, вернув мне документы, отворачивается и сразу же жмет на газ, вливается в поток машин.

— Нет, — отвечает сухо.

Я ему не верю. Что-то он не договаривает. Что Илья такого мог сказать? Ума не приложу. Может, то, что я гулящая? Что я часто ему изменяю? И… Ратмир поверил?