После развода. Спасти и не убить

Глава 1

Анна подписывала контракт и чувствовала себя богиней.

Это было то редкое чувство, которое случалось раз в полгода, когда она сидела в своем кабинете на двадцать седьмом этаже. За окном горела Москва, а перед ней на столе лежал документ, означающий, что следующие три месяца она может не волноваться за ипотеку и даже позволить себе суши с золотой фольгой.

- Ирина, - сказала она в переговорное устройство, - закажи мне «Филадельфию» с угрем. И шампанское. Нет, шампанское не надо. Просто суши. И пусть доставят побыстрее, я голодная как волк.

Секретарша что-то радостно щебетнула в ответ. Анна откинулась в кресле и закрыла глаза. Пять лет назад она была просто женой Леонида, владельца трех отелей и сети небольших гостиниц на юге. Тогда ее звали «Леня, твоя жена пришла», и она поправляла платье на светских мероприятиях, улыбалась партнерам мужа и делала вид, что ей не скучно.

Теперь она – Анна Сергеева, ведущий антикризисный менеджер компании «Астра-Консалт». У нее свой кабинет, своя подпись на документах и своя финская туалетная бумага, которую она заказывает специально с «Озона», потому что в офисе кладут обычную, серую, и это ниже ее достоинства.

Развод был три года назад. Три года, три месяца и четыре дня. Она не считала. Почти.

Леонид тогда сказал: «Я ухожу к Илоне». Анна сказала: «Кто такая Илона?» Леонид сказал: «Моя ассистентка». Анна сказала: «У тебя их было три за год». Леонид сказал: «Эта особенная». Через полгода выяснилось, что «особенная» вывела со счетов почти двести тысяч долларов и оставила Леонида с тремя убыточными отелями в городах, где никто никогда не останавливался.

Анна тогда позвонила ему и, не скрывая радости, выплила: «Поздравляю. Ты выбрал членом, а надо было головой». Он не ответил. Он вообще не отвечал на ее звонки два года. Она не обижалась. Ей было плевать. Почти.

Телефон завибрировал на столе. Анна открыла глаза. На экране высветилось: «ЛЕОНИД БЫВШИЙ». Она уставилась на экран, как на привидение.

Два года молчания. Два года она думала, что он забыл ее номер или, что еще обиднее, просто удалил из контактов. И вот звонок. Когда она подписала контракт и заказала суши.

Анна сбросила вызов.

Через десять секунд телефон завибрировал снова. Она снова сбросила.

На третьем звонке она взяла трубку только потому, что у нее внутри что-то щелкнуло – то самое чувство, которое появлялось перед серьезными проблемами. Оно не обманывало никогда.

- Леонид, - сказала ледяным голосом, который оттачивала на партнерах-мужчинах, которые думали, что она глупая жена крупного бизнесмена. – Ты жив что ли еще?!

- Анна, - голос Леонида звучал странно.

Не пьяный, нет. Он был какой-то… сплюснутый, что ли. Как будто он только что проснулся или не спал несколько дней.

- Анна, мне нужна твоя помощь.

- Я не пью.

- Я не пьян. Анна, послушай. Это важно. Виталик.

Анна села прямо. Сердце пропустило удар. Сын. Двадцать лет, учится в Лондоне на дизайнера интерьеров. Точнее, должен учиться, а на самом деле снимает тиктоки, играет в покер и меняет девушек как перчатки. Анна знала все, потому что подписалась на него под чужим аккаунтом и каждое утро начинала с проверки его сторис.

- Что с Виталиком? – спросила быстро, стараясь не паниковать.

- Его отчисляют.

Пауза. В этой паузе уместилось все: ипотека, суши с золотой фольгой, контракт, который она только что подписала, и чувство богини, которое испарилось, как утренний туман над Москвой-рекой.

- Что значит «отчисляют»? Он же сдал сессию.

- Он сдал. Но я не оплатил следующий семестр. Анна, у меня нет денег.

Анна засмеялась. Это был невеселый, каркающий смех, который пугал ее коллег.

- Леонид, два года назад ты ушел от меня к двадцатипятилетней ассистентке, которая, как я слышала, вынесла из твоего офиса все, что не было прикручено болтами. И ты говоришь мне, что у тебя нет денег на обучение сына?

- Илона забрала почти все, - глухо сказал Леонид. – Я пытался судиться, но она лучше подготовилась. У нее были подписанные доверенности, доступ к счетам… я был дураком.

- Ты был дураком задолго до Илоны, - сказала Анна. – Но это отдельная тема. Сколько?

- Двадцать пять тысяч фунтов. За год. Если не заплатим до пятницы, он теряет место.

- До пятницы? – Анна посмотрела на настенные часы.

Сейчас вторник, восемь часов вечера.

- У меня нет таких денег, - произнесла гораздо тише.

- Анна, пожалуйста. Я не прошу для себя. Я прошу для сына.

- Для сына, которого ты бросил, когда ушел к своей ассистентке?

- Я не бросал его. Я…

- Ты уехал в Дубай с Илоной на два месяца. Виталик тогда плакал по ночам. Он уже взрослый, он не показывает, но я-то знаю. Ты пропустил его день рождения. И следующий. И послеследующий.

Леонид молчал. Анна слышала его тяжелое и прерывистое дыхание. Он все еще курил, хотя бросал трижды. Она узнала этот звук – вдох, затяжка, выдох с хрипотцой. Восемнадцать лет брака не проходят бесследно.

- Анна, - сказал он, наконец. - Я знаю, что был козлом. Я был козлом, я остался козлом, и, наверное, я умру козлом. Но сейчас речь не обо мне. Если Виталик вернется в Россию, он пропадет. Ты сама знаешь. Он будет жить у тебя, или у меня, или у твоей матери, и ты будешь кормить его борщом и смотреть, как он лежит на диване и снимает свои дурацкие видео. А ему нужно закончить образование. Он талантливый, Анна. Ты видела его проект гостиницы? Он прислал мне.

Анна видела. Проект был хорош. Даже очень. Виталик мог бы стать отличным дизайнером, если бы перестал тратить время на ерунду. Но для этого ему нужно было остаться в Лондоне.

- У меня нет таких денег, - повторила Анна. – У меня ипотека, кредит на машину, я только что подписала контракт, но аванс придет через месяц. Я могу дать пять тысяч. Не больше.

- А если я найду способ заплатить?

- Ты только что сказал, что у тебя нет денег.