После развода. Ты не сможешь без меня

3

Алексей

Гардеробная на растопашку, костюмы, рубашки, галстуки, все на полу, чемодан открыт.
Тишина режет. Она ушла. Развернулась и ушла!

Первые секунды — ступор. Я просто стою, не знаю, куда идти. Бежать за ней? — мысль вспыхивает, как спичка. Бежать — это признать свою слабость. Да и что мне сейчас это даст? Только пощечину получу или еще хуже.

Дышу неровно. Пальцы сжимаются в кулак. Кожа тянется, костяшки белые. Сейчас… Еще минуту…Вот-вот… Но тишина. Я не выдерживаю, все внутри кипит от злости! Какого хрена! Она ушла! Сердце учащённо бьётся, ладони мокрые. Я хочу схватить телефон и поехать. Но что я скажу? «Прости»? «Я дурак»? Нет. Любовь — не оправдание. Она тоже должна понять меня! Я тоже каждый раз прохожу через пытки!

Я злюсь на себя. Живо, остро. «Идиот», — кричу внутренне. «Как ты мог?»
Рву вешалку из стены, швыряю её на пол — звук громкий, как будто переводит боль в действие.

Телефон гудит — Аня. Сбрасываю. Да какого хрена ей вообще приспичило именно сегодня это сообщить! Зачем мне вообще надо было это знать?! Её ребенок – это её проблема!

Да, я был с ней не один раз. Сначала — случайно. Потом — удобно. Вера всё время жила этими анализами, уколами, циклами. Аня была лёгкой. Без планов, без истерик. С ней можно было забыться. Просто дышать. Да и я нормальный мужик, ну кто устоит, когда перед ним молодая девка, задницей крутит прямо перед носом? Ну сорвался… Ну что в этом такого? Все изменяют! Да почти у всех моих знакомых по любовнице, а то и не по одной!

А я что? Я не искал любви. Я искал тишину. Просто хотел немного отвлечься, переждать эту бурю. Это ведь все пустое. Ни чего не значит!

Память заталкивает картинку взгляда Веры у дверей кабинета. Не истерика. Не слёзы. Резкость. Решимость. Разочарование. Она взглянула на меня и увидела меня настоящего — без фасада. И в этом — было столько невозврата, что голос внутри меня на секунду замолчал.

Эта мысль пробирает до костей. Я пытаюсь отмахнуться. Нет, не может быть. Она вернётся, как всегда. Через день-два. Плач, «прости», «все мы ошибаемся», и мы снова будем вместе. Возможно, я даже сам попрошу прощения или сделаю жесть доброй воли, покажу, что прощаю ее и готов забыть о ее небольшой истерике.

Но рядом сидит другой голос — маленький, шершавый: «А если нет?» Я отталкиваю его, стараюсь не слушать. Лучше стоять и ждать, чем бегать, умоляя. Лучше держать позицию.

Бью кулаком по стене. Ладонь пульсирует, но это приятно в своей простоте. Боль отгоняет все мысли. Я кричу сам себе грязные слова, называю себя сволочью, придурком. Я ненавижу себя!

Боль отрезвляет и словно напоминает мне кто я. Выпрямляюсь и прохожу по комнате. Делаю вид, что всё в порядке. Она навела этот бардак, вернется и пусть прибирает. Перешагиваю свои рубашки. Я купил ей эту квартиру. Я оплатил студию. Я дал ей безопасность. И она считает себя свободной от этого долга? Ха.

Грубо улыбаюсь самому себе. «Пусть погуляет. Пусть подумает». Такая уверенность в ней от того что она не испытывала нужды, занималась чем хотела, а без меня так не получится. Она скоро поймет чего лишилась!

Но внутри всё равно кто-то шепчет: «ты виноват, ты разрушаешь». Я давлю и это. Ненавижу себя — и это чувство режет сильнее, чем любая вина.

Проходит первый день. Ничего.

Второй. Тишина.

На третий — даже раздражение сменяется какой-то глухой тревогой.

Она не пишет. Не звонит. Не появляется у офиса. Не присылает сообщений через подруг.
Как будто исчезла.

Проверяю её инстаграм — пусто. Она живая, просто решила играть в молчанку. Хорошо. Играй.

Смотрю на телефон и впервые за три дня понимаю, что мне не хватает не её тела, не привычки, а того, как она смотрела на меня.

Чёрт!

Смешно, но внутри мелькает страх. Маленький, мерзкий. Я давлю его. Нет. Не позволю. Я не проигрываю. Я не тот, кто умоляет. Если Вера думает, что я стану бежать за ней — пусть думает. Наоборот. Пора напомнить, кто здесь хозяин.

Маленький страх просачивается: «А если не вернётся?». Я сглатываю и превращаю в план. Беру телефон и звоню адвокату. Надо подтолкнуть ее к принятию решения, дальше так продолжаться не может.

— Подготовь бумаги на развод. Всё имущество на мне, счета — тоже.

— Вас устраивает стандартный пакет?

— Нет. Сделай так, чтобы у неё не осталось ничего. Ни квартиры, ни студии. Ни копейки. Моя жена должна остаться без всего.

Слышу, как адвокат делает короткий вдох.

— Я вас понял.

Кладу трубку. Внутри становится тише. Не легче — но тише.

Контроль возвращается. Пусть гуляет. Пусть думает. Пусть почувствует, что свобода стоит дорого. Когда поймёт — придёт. Все приходят. И она тоже приползет!

Если нужно, я подожду. День. Неделю. Плевать.

Она увидит бумаги — и вспомнит. Кто платил. Кто решал.

Я выдыхаю. Теперь всё под контролем.

Когда документы готовы, юрист направляет их мне, подписываю, и отправляю с курьером обратно. Пусть увидит, что я настроен серьёзно. Впервые за трое суток позволяю себе тишину. Теперь инициатива — моя. Я уверен: увидев бумаги, она позвонит. Через десять минут? Через пятнадцать? Считаю минуты, как ставки.