После развода. В одну реку дважды?

Глава 11. Помахай маме ручкой

ВИКТОРИЯ (Я): Мне просто хотелось, чтобы она меня поддержала… * эмодзи разбитого сердца*

СЭМ: Маму можно понять, в ее время от мужей не уходили. Она просто старается уберечь тебя от поступка, который ей кажется ошибкой. Хотя, с другой стороны, она, конечно, неправа и так делать нельзя. *эмодзи сердечка*

КОЛИБРИ: Ну не знаю… А угрожать зачем было тогда? Одно дело - опыт передать, а другое — бросать дочь обратно в лапы абьюзера, который ее газлайтит!

ЛЕТТИ: Подписываюсь под каждым словом. Ты же к ней за помощью пришла, как к самому близкому человеку. Она зря так отреагировала.

ВИКТОРИЯ (Я): Вот именно. Ну ничего, прорвемся! *улыбающийся эмодзи*

БЭСТИ: Блин, ситуация жесть. Как нож в спину. Ты будешь у мамы с дочкой оставаться, или у тебя есть другой план?

Разговор с девочками в чате дал мне пищу для размышлений и не позволил пасть духом окончательно.

Признаться честно, в моменте когда ты наиболее уязвим, получить такую «поддержку» от женщины, которая тебя родила, мягко говоря, неожиданно.

— Куда намылилась? — мама встает в дверном проеме, когда я одеваю кряхтящую Алину, чтобы выйти не прогулку. — К мужу надеюсь?

— Зря надеешься.

— Ты, что не понимаешь, что он у тебя Алинку в два счета отберет? Или думаешь, что ты сейчас выйдешь на улицу, а там к тебе выстроилась очередь из мужиков?

— И ты туда же, — целую Алину в крохотный носик и беру на руки, чтобы выйти. — Я не к мужикам, не бойся. Я к адвокату, узна́ю свои опции.

Мать, услышав это, перегораживает мне путь.

— Не выйдешь ни-ку-да.

— Почему? — хмурюсь я, еще не подозревая, каким ответом огорошит меня родная мать.

— Никита уже едет.

— Куда едет? — у меня внутри все опускается, когда я понимаю, что муж с минуты на минуту будет здесь. — Мам?.. — разочарованно вопрошая я, пытаясь найти в ее глазах ответ.

— Не мамкай, потом еще спасибо скажешь! Знаешь, сколько я таких гордых, как ты видела, которые потом скулили от одиночества никому не нужные? — насмехается она.

— Лучше скулить рядом с пивным алкоголиком, который не встает с дивана?

— А что за мужик, который пиво после работы не пьет? — изображает удивление мама, на самом деле, выгораживая свою крайне неудачную личную жизнь.

— Это бессмысленный разговор. Дай мне пройти, пожалуйста.

— Нет, жди мужа.

— Алина одета, ей жарко. Потом хапнет на улице холодного воздуха, не дай бог… — в подтверждение моим словам дочь начинает плакать. — Мам, ну дай мне вый-ти.

Мои слова прерывает звонок в дверь, и по спине сразу же пробегает ледяная волна, сковывающая тело.

— Иди чайник поставь, муж зайдет, чаю ему предложи. Давай-давай! — скомандовав, мама идет открывать Быкову дверь, а я раздеваю малышку, которая уже капризничает по полной.

— Тише, зайка, — успокаиваю ее и, конечно же, ни в какую кухню, готовить церемонию чаепития не иду. — Перебьются предатели, правда? — снова поднимаю дочку на руки и замираю, когда узнаю́ шаги мужа в прихожей.

Он вежливо приветствует мою мать, заводит с ней беседу ни о чем. Грустным голосом интересуется, как мы тут с Алиной были без него.

Актер погорелого театра, ей-богу. Лучше этого перформанса был только его разговор со мной, пока он ехал в лифте, а любовница полировала ему…

— Дашуля? — зовет меня Никита.

— В спальне она, — сдает меня мать.

— Ну привет, — мой муж встает перед глазами, занимая собой почти все пространство дверной коробки.

Одет с иголочки, гладко выбрит, одеколоном прет за километр, и только ссадина на носу и отсутствующий зуб напоминают о том, кто он на самом деле такой.

— Остыла? — интересуется он, игнорируя дочь, как будто все, что его волнует это вернуть меня любой ценой.

Вернее, не вернуть, а загнать под ноготь и дальше узурпировать.

— Я не вернусь, — прямо заявляю.

— Как так? — он старается обворожительно улыбаться, но выбитый зуб сильно портит картинку.

— Не ломай комедию, Никит, — осуждающе мотаю головой. — А лучше поблагодари меня за то, что я не вызвала полицию, развернись и выйди. Где дверь ты помнишь. Пока.

— Охренительно, — иронизирует он. — Я тебя понял, Даша. Дочку хоть дашь мне подержать, прежде чем выгонишь?

Сердце у меня сразу же екнуло, как только он потянул к дочери руки. А как отказать? Ведь он ее отец и не может желать ей зла…

— Алина, — он бережно берет дочь на руки. — Девочка моя маленькая. Ну что, пора домой, правда? Давай, помашем маме ручкой.

Дальше словно в замедленной съёмке я наблюдаю, как он берет ручку Алины и машет ею, прощаясь со мной, разворачивается и уносит ее прочь…

Что делать, если муж нагло изменяет, пока за стенкой находится наша общая пятилетняя дочь?

Приглашаю узнать это из горячей новинки нашего литбома от Анны Королёвой

После развода. Справлюсь сама

https://litnet.com/shrt/glt7

Паша хватает дверь и распахивает её с такой силой, что машина качается.

– Ты думаешь, это конец?! — его голос режет уши, лицо искажено злобой. — Я тебя сломаю, Вика! Ты останешься ни с чем — без денег, без работы, без дочери!

Его пальцы впиваются мне в запястье, оставляя багровые следы. Лиза вскрикивает рядом.

– Папочка, не надо!