После развода. Веришь в бумеранг, милый?

Глава 5

Варвара

Казалось, что лопатой скребут у меня в голове. И нет, вчера я не пила — звук был вполне реальный.

— Да что же тебе не спится-то? — посмотрев в окно, спросила я в никуда и плотно закрыла створку.

Девяти нет, а Михаилу Потапычу припёрло разгребать дорожку. Отдохнула, называется, выспалась! Что же не в шесть-то?!

С закрытым окном стало тише, но мне нравилось спать, когда воздух свежий. Закутаться в тёплое одеяло, а снаружи чтобы прохладно было. Лёша долго ворчал, потом смирился — самому понравилось.

Застукав себя на мыслях о почти бывшем муже, я обрубила их и пошла в ванную. Бодрящий прохладный душ с цитрусовым гелем и кофе — вот что мне нужно для начала. И завтрак, раз уж на ужин у меня был только чай.

***

Зря я тешила себя надеждой, что кофейный аппарат заработал. Этот мужлан его даже в розетку воткнуть не удосужился!

Застегнув до конца ворот горнолыжной куртки, я вышла на улицу и, остановившись метрах в двух от входа, стала наблюдать за убирающим снег Потапычем. Куртки на нём не было — только свитер и здоровенные рукавицы.

А неплохо смотрится, надо отдать ему должное.

— Я, вообще-то, сюда отдыхать приехала, — сказала, идя к нему.

Он отбросил в сторону снег и, воткнув лопату, повернулся ко мне.

— Не понял.

— Что непонятного? Я приехала отдыхать. Вроде на русском сказала.

— Претензии какие?

— Такие, — показала на лопату. — Люди на отдыхе в половине восьмого ещё спят. Будьте добры, решайте хозяйственные вопросы в нормальное время, а не с утра пораньше.

— Ходить удобно? — хмурясь, сухо спросил он.

Теперь его не поняла я. Вопрос был точно с подвохом.

— Ходить удобно, спрашиваю? — повторил он.

— Ну, допустим.

— Тогда что жалуетесь? Вам же припрёт прогуляться, а будет всё снегом завалено — распищитесь: «не могу пройти, уберитесь, как так можно?» — сделав писклявый голос, провизжал он.

Выглядело забавно. Я достала из кармана связанные Олькой варежки и надела. Подставила лицо ветерку. Ещё не рассвело, но день обещал быть хорошим. Прошла вперёд метра три. Расчищенная дорожка на этом заканчивалась, и я под внимательным взглядом хозяина вернулась к двери. Сделала ещё один круг.

— Вы долго мне на нервы действовать будете?

— А в чём дело? Вы же так старались, чтобы я могла погулять. Вот, гуляю, ни в чём себе не отказываю.

— Какая же вы язва, — процедил он и взялся за лопату.

— Уж какая есть. И, раз уж так, я жду свой завтрак.

— Ждите.

— Завтрак с восьми до десяти. — Я достала телефон. — Сейчас половина девятого. И включите уже кофейный аппарат. Я не собираюсь каждый раз за вами бегать и просить сварить кофе.

— Так не бегайте. Я принесу вам растворимый. Кулер на этаже.

— Сами пейте свой растворимый, а я буду пить нормальный.

Он проворчал что-то себе под нос и опять воткнул лопату. Снял рукавицы и посмотрел на меня, словно от души пожелал мне провалиться под снег. Молча прошёл мимо и скрылся за дверью.

Дыхание превращалось в облачко пара, в деревьях чирикали птицы, а воздух был настолько чистый, что хотелось дышать полной грудью. Но самым странным было отсутствие фонового шума. Казалось, что от тишины в ушах звенит.

Проваливаясь в снег, я добралась до кромки леса и немного постояла у деревьев. Только вернулась на дорожку, из дома выбежала Лилия.

— Папа кофе сварил! — громко объявила она.

— Какой у тебя папа молодец. Надо ему медаль дать за отвагу.

— Почему?

— Да так… Не обращай внимания, я пошутила.

По обеим сторонам от дорожки горели фонари, над дверью тоже была включена лампа, и я могла рассмотреть малышку. На ней была чёрная куртка со светоотражающими вставками и простая тёплая шапочка, из-под которой выбивались волосы. На ногах — дутые сапожки.

— Вы тут вдвоём с папой живёте?

— Угу, — кивнула она. — Раньше были Люда и Люся, ещё Маша и дядя Коля, а теперь никого не осталось, — расстроенно сказала она.

— А твоя мама где?

Девочка пожала плечами.

Ну ясно всё, от него не только сотрудники сбежали, но и мать его ребёнка. Видно, убегала она так быстро, что даже дочь не забрала. Хотя тут всякое возможно — может, её не стало, так что с этим лучше поаккуратнее.

— Ну пойдём. — Я протянула малышке руку. — Раз папа сварил кофе, надо идти.

Она крепко вцепилась в мою ладонь.

— А ты надолго приехала?

— Ну так… На две недели.

— Это долго?

— Не очень, но достаточно долго. Так что твоему папе придётся постараться.