После развода. Вернуть Истинную

Глава 10

Я шла, почти падая от изнеможения. Ноги, изрезанные колючками, едва слушались, лёгкие горели от быстрой ходьбы. Наконец, в просвете между соснами замерцал огонёк. Не мираж, а настоящий, живой, дрожащий в ночи. За ним — другие. Неужели всё же пришла?

Мне бы бежать вперёд, радуясь тому, что добралась живой, но застыла на краю, не в силах ступить на утоптанную землю. Как войти? В лохмотьях, с пустым желудком и душой, вывернутой наизнанку?

Вдруг из тени под стрехой избы, стоящей у самой кромки леса, отделилась зловещая высокая, костлявая фигура. От страха я дёрнулась всем телом, но присмотревшись, поняла, что это всего лишь старик. Он опирался на причудливый посох, похожий на окаменевший корень. Лицо незнакомца напоминало старую карту — всё в морщинах-дорожках, проложенных годами и непогодой. Но глаза... глаза были яркими, пронзительно-синими, как два осколка летнего неба, и смотрели они прямо сквозь меня.

— Заблудилась, дитя? — его голос походил на скрип старого дерева, но был спокоен.

Я попыталась ответить, но вместо слов вырвался лишь сдавленный стон. Слёзы, которые сдерживала всю дорогу, хлынули потоком. Я стояла и плакала, униженно и беспомощно, не в силах остановиться.

Старик не двинулся. Не стал утешать. Он дал мне выплакаться, и в этом была странная мудрость.

— Меня... Грак... проводил, — выдавила я, всхлипывая. — Ищу Идора.

Морщины вокруг ярких глаз дрогнули.

— Грак? Ну если уж он тебя проводил, да ещё и сказал, к кому обратиться... Вот ты и нашла, — коротко кивнул он. — Входи. Сейчас не до расспросов.

Хозяин повернулся и пошёл к избе. Я поплелась за ним, чувствуя, как подкашиваются ноги.

Его дом оказался не просто бедным, а каким-то... вне времени. Стены из потемневших от копоти брёвен, низкий потолок, затянутый паутиной в углах. Воздух был густым, пах дымом, сушёными травами, вощёной кожей и чем-то неуловимо древним. Повсюду стояли склянки с непонятными веществами, висели связки кореньев, а на полках лежали странные предметы — резные камни, самородки, поблескивавшие тусклым металлом, и перья невиданных птиц. Это была не лачуга отшельника, а мастерская алхимика или мага.

Идор указал на лавку у печи. Я рухнула на неё, не в силах держаться дальше. Старик, не говоря ни слова, налил из керамического кувшина в кружку мутноватой жидкости. Она пахла крепко и горько. Я осторожно сделала глоток — обжигающая влага разлилась теплом по измученному телу, заставляя дрожь отступить.

Он сел напротив, его старческие, но удивительно цепкие руки лежали на столе. Хозяин молчал, рассматривая меня пытливо, но при этом с добродушием, пряча улыбку в густой седой бороде, и эта тишина была полнее любых слов.

— Останешься? — наконец спросил он, и в его голосе не было ни жалости, ни расчёта. Лишь простое предложение.

Я кивнула, не в силах говорить.

— Ладно, место есть. — хозяин двинулся вглубь жилища, к занавеске из потёртой ткани, но на полпути остановился и обернулся. Его внимательный взгляд упёрся в моё лицо, но видел, казалось, что-то за моей спиной, в самом прошлом. — А дракон... он ведь знает. Чует фальшь в своей крови. Рано или поздно, он придёт. И тогда... тогда всем нам несдобровать.

Старик откинул занавеску и скрылся в темноте, оставив меня сидеть с внезапно похолодевшими от его слов руками. Пристанище обернулось новой загадкой, а тишина наполнилась тревожным ожиданием.