После развода. Всё ещё люблю

Глава 9

Ольга тщательно собиралась. Деловой костюм, подобранный с чуть большим вниманием, чем обычно, папка с документами в сумке. Сегодня был день, когда все начиналось по-настоящему. Первый рабочий день в ее новой, самостоятельной жизни. Она оставила Анечку с няней, которую Влада настоятельно порекомендовала как «проверенную и абсолютно надежную» (Ольга не сомневалась, что няня так или иначе отчитывается Захару, но выбирать не приходилось).

Она уже вышла из подъезда и направилась к станции метро, мысленно репетируя предстоящую встречу с Максимом и его командой. В груди приятно щемило от волнения и предвкушения. Она чувствовала себя не бывшей женой Гольнева, а профессионалом, востребованным специалистом. Это ощущение было таким хрупким и таким ценным.

И тут зазвонил телефон. На экране горело имя «Максим». Ольга улыбнулась, поднося трубку к уху. «Наверное, хочет уточнить, как лучше проехать», — мелькнуло в голове.

— Макс, я уже в пути, — начала она бодро.

Но в ответ повисла тяжелая пауза. Слишком долгая.

— Оля... — его голос звучал приглушенно, сдавленно. — Мне... так тяжело это говорить.

— Что случилось? — выдохнула она, останавливаясь посреди тротуара.

— У нас... сорвалась большая сделка. Ключевая. «ТехноПром» отказался от контракта в последний момент. А вслед за ними... — он снова замолчал, и Ольга услышала, как он с силой выдыхает. — От нас ушел инвестор. Просто прислали письмо с отказом. Без объяснений.

Ольга стояла, не двигаясь. Люди обтекали ее с двух сторон. Солнечный свет, еще недавно казавшийся таким радостным, вдруг стал ослепительно-жестоким.

— Но... ты же все просчитал, все было идеально... — бессмысленно прошептала она.

— Идеально не значит «непобедимо», когда против тебя играют без правил, — в голосе Максима прорвалась горечь. — Оль, я не могу... Я не могу сейчас брать тебя на работу. У меня банально нет денег, чтобы платить зарплату. Мне придется увольнять половину команды и бороться за выживание. Прости... Я так подло поступил, ты уволилась, чтобы работать на меня. Я пообещал тебе всё, а теперь просто не вывожу.

Словно выдернули почву из-под ног. Она уже не слушала его, глядя в пустоту перед собой.

— Я... я понимаю, — ее собственный голос прозвучал откуда-то издалека.

— Оля, прости, ради всего святого... Я свяжусь с тобой, как только... если что-то изменится. Сейчас мы просто вынуждены освободить офис, поэтому я…

Она ничего не ответила. Просто опустила руку с телефоном.

Потом медленно развернулась и пошла обратно к дому. Ноги были ватными. Зашла в подъезд, поднялась на лифте, механически открыла дверь. Няня, удивленная ее возвращением, что-то спросила, но Ольга не расслышала. Папка выскользнула из ее рук и упала на пол с глухим стуком.

«Ты видишь? — словно доносился до нее его голос. — Без меня у тебя ничего не получается. Ничего не будет. Ты принадлежишь мне».

И самое страшное было в том, что в этот миг она почти готова была в это поверить.

Ольга не знала, сколько времени просидела так, в оцепенении. В ушах стоял оглушительный звон.

Она не могла понять, что произошло. Все было так идеально, так перспективно. «ТехноПром», инвестор... Как могло все рухнуть за один день? Максим говорил о «нечестной игре», но кто и зачем? Мысль о Захаре мелькнула, но она отогнала ее. Нет, даже он не всесилен. Наверное, просто несчастливое стечение обстоятельств. Неудачный день на рынке, общая экономическая нестабильность. Да, должно быть, так.

В дверь постучали, и в комнату осторожно заглянула няня.

— Ольга Сергеевна, с вами все в порядке? Вы так быстро вернулись...

Она глубоко вздохнула, заставляя дрожь в руках утихнуть. Нужно было собираться. Действовать.

— Марья Ивановна, — голос ее прозвучал хрипло, и она прочистила горло. — Все в порядке. Просто... планы поменялись.

Она вышла в гостиную, где Анечка, сидя в манеже, увлеченно перебирала яркие кольца пирамидки. Дочка подняла на мать свои большие, ясные глаза, беззаботно улыбнулась и протянула к ней ручонку, что-то невнятно лопоча. Это зрелище придало Ольге сил. Нужно было двигаться вперед. Ради Ани.

Она провела остаток дня, лихорадочно обновляя резюме и рассылая его по всем подходящим вакансиям. Бывшее место работы, увы, было занято, ее бывший начальник, узнав, что она ищет работу, лишь развел руками: «Место, увы, занято, Ольга Сергеевна».

Дни превратились в неделю, затем в две. Откликов было мало, а те, что были, не сулили ничего хорошего: мизерные зарплаты, далекий офис, сомнительные условия. Каждый вечер, укладывая Анечку, Ольга чувствовала, как к горлу подкатывает комок паники. Сбережения таяли на глазах. И это несмотря на то, что аренду квартиры, оплачивал Захар. Мысль о том, что она зависит от его «широкого жеста», становилась все невыносимее.

Однажды утром, просматривая на планшете почту в поисках ответов от рекрутеров, она наткнулась на письмо от «HR-отдела Холдинга Гольнева». Сердце на мгновение замерло. Тема письма: «Приглашение к сотрудничеству».

Пальцы дрогнули, когда она открывала его. Внутри был лаконичный, сухой текст, составленный безупречным корпоративным языком. Вакансия — ведущий специалист финансового контроля. Полный соцпакет. Оформление по ТК. И… зарплата, от которой у Ольги перехватило дух. Она была вдвое выше той, что предлагал Максим, и на тридцать процентов выше рыночной. Отдельным пунктом шли дополнительные бонусы: ДМС, включающее стоматологию и женскую консультацию, компенсация занятий спортом, оплата обедов и… полная оплата услуг няни для ребенка сотрудника.

Это было не просто предложение о работе. Это был золотой мост, выстланный ковровой дорожкой, ведущий прямиком в зону комфорта. Или в клетку.

Ольга закрыла письмо. Сначала он уничтожил ее надежду на независимость, а теперь подставлял плечо. Нет, не плечо — роскошное, мягкое, бархатное ярмо.

Она представила его лицо в этот момент. Холодное, уверенное, с легкой ухмылкой в уголках губ. Он знал, что она упрется, будет сопротивляться. И он знал, что рано или поздно гордость сломается о суровую реальность счетов за квартиру и расходов на жизнь.