После развода все сложно.

Глава 19

Мира.

Произнеся это, я ещё раз ткнула Юру в грудь и, развернувшись, быстро юркнула в машину, заблокировала двери.

Юра ударил по стеклу.

— А меня ты не собираешься отвезти?

Я слегка отпустила окно и вздохнула:

— Ну ты же не последнего бомжа на помойке доедаешь, наверняка деньги на такси найдутся…

— Моя машина у тебя стоит!

Я пожала плечами.

— О чем ты думал, когда приезжал ко мне, надо быть все время готовым к разным неожиданностям…

— Мира, — зарычал Юра, стараясь вырвать дверь с куском металла. Но я покачала головой и закрыла окно.

Вот ещё, сам приехал, сам проблему создал, теперь на меня обижается.

Нет, спасибо, хватит, я и так поработала таксистом.

Домой я ехала медленно, обстоятельно, потому что руки тряслись.

— Ты долго, — сказала Алика, шагая ко мне и обнимая.

— Да так, здесь кое-что…

Я взмахнула бумагами и отдала их дочери, она тут же округлила глазки и стала медленно вчитываться в то, что было написано.

— Тим, Тим, — заголосила на весь первый этаж Алика, и в этот момент по лестнице сбежала Василиса.

— Мама! — Она прыгнула на меня, обхватила ноги, я наклонилась, подняла её на руки, поцеловала.— Ты так долго… Я уже думала, что ты не приедешь.

— Ну что за глупости, родная моя, — провела я ладонью ей по волосам. — Все хорошо.

— Ну, мы тогда пойдём дальше играть.

Она слезла с рук и убежала обратно по лестнице. Когда я прошла в зал, Тимофей, уже натянув на кончик носа очки, сидел и вчитывался в договор дарения.

— Хорошо, хорошо. — Произнёс он сдержанно. — Надеюсь, мам, это не создаст какого-то непонимания или ещё чего-то. Ты же не будешь против, если мы у тебя будем арендовать дом?

Я выронила сумку из рук.

— Тим, ты что такое говоришь?

— Ну как что? Мы же так и так планировали его арендовать. Какая разница, у кого?

— Тим, это глупости. Не смей вообще даже об этом заговаривать.

Тимофей очаровательно улыбнулся и склонил голову к плечу.

— Все хорошо. Зачем менять планы на ходу, мы снимаем — ты сдаёшь, все супер.

— Я не возьму денег, — сразу же открестилась я, понимая, что Тимофей, конечно, очень благородно поступал в этой ситуации, но мне абсолютно это не было необходимо.

— Мама, хватит. — Ласково произнёс он, склонив голову к плечу, — и вообще отдыхай и спускайся через полчаса ужинать.

Я заметалась, не зная, что делать, а потом все-таки выдохнула, призналась.

— А ты документы на фирму не посмотришь?

Тим стянул очки с носа и пожал плечами.

— Давай, как раз пока есть время, Алюш! — крикнул он в сторону столовой, — ещё же есть время?

— Да, да, — загремела посудой Алика.

Я быстро вытащила бумаги из дорожной сумки и передала Тимофею, сама побежала наверх переодеваться, на телефон сыпались входящие сообщения, а после ужина позвонил Антон.

— Ну и сколько это может продолжаться? — Спросил он нервно.

— Антош, — постаралась набраться терпения я, — давай мы с тобой не будем говорить ни о папе, ни о нашем разводе и вообще никак.

Тяжёлое сопение в трубку было мне лучшим ответом.

— Антош, пойми меня, пожалуйста, правильно. Я не хочу, чтобы ты был причастен к разводу. Я хочу продолжать любить тебя как своего сына, и мне очень больно от того, что ты находишься в состоянии войны со мной, хотя я тебе ничего не делала.

— Мам, да не в этом дело. Причём здесь… — Начал рычать Антон, но я покачала головой.

— Антош, давай ты в выходные к нам приедешь? Мы загородный дом сняли. Уверена, Тимофей на выходные придумает какое-нибудь очередное барбекю, либо вечер с проектором. Нам было бы очень приятно, если бы ты составил компанию.

Антон зафырчал в трубку, а я понимала, что не дело, когда ребёнок начинает воевать из-за родителей.

— Я подумаю, — бросил нервно сын.

Утро следующего дня началось с беготни по дому, все собирались на работу, в садики. Приехала наёмная няня у Алики. Дочь носилась по дому, показывала, что, где и как обстоит. Да, можно было позвать свекровь, но Алика понимала, что такими ситуациями пользоваться крайне неуважительно. А я понимала, что чувствую себя некомфортно: мало того, что я с детьми не могла помочь, так ещё и сама на шею села с этой работой.

А потом, когда мы закончили рабочий день, произошла новая встреча со старыми знакомыми.

— Папочка, — взмахнула руками Василиса, и Юра без раздумий подхватил её на руки. — Ты такой сильный!

— А ты такая милая, — произнёс Юра целуя дочь в щеку.

Лицемер мелкий, сейчас у него дочь милая, а когда непонятно, чем он занимался весь год о ребенка не думал.

— Ты к нам в гости собираешься?

— Не знаю, меня навряд ли кто-то позовёт…

И Василиса сразу перевела на меня задумчивый взгляд.

Я вздохнула.

— Родная, давай, садись в машину, нам с папой надо быстро поговорить, и мы поедем домой.

Дочь скуксилась. Напряглась, но все-таки ещё немного пообнимавшись с отцом, перелезла на заднее сиденье и пристегнулась.

Я посмотрела на Юру.

— Знаешь что? — Слишком патетично начал бывший муж. — Я, конечно, понимаю, что ты на меня обижена. Я понимаю, что я сделал тебе больно, но я не понимаю, какого черта ты не можешь просто взять и простить меня. Моё мнение в этом случае, что твоей мудрости должно было хватить на прощение.

Я прикрыла глаза, ощущая, что кислый привкус боли осел на языке.

Потом перевела глаза на бывшего мужа и честно сказала:

— Ты почаще своё мнение при мне высказывай, а то мне плевать не на что…