После развода. Хозяйка морковной усадьбы

Глава 9

Внутри еще холоднее, чем снаружи.

Прихожая встречает нас полумраком. Солнечный свет пробивается тонкими полосами сквозь щели и разрушенные окна. В лучах света я замечаю, как кружится пыль. Только вот не хаотично, а будто следуя каким-тоневидимым потокам.

- Не наступайте на пол здесь, - предупреждает Ларс, указывая на доски у входа. - Видите узор?

Я смотрю вниз. Половицы темнее остальных, и на них выжжены или вырезаны какие-то знаки. От времени они почти стерлись, но все еще различимы.

- Это часть барьера, - объясняет Том, присев на корточки. Он не касается пола, только водит рукой над поверхностью. - Круг защиты. Или заключения. Идет по всему периметру дома, если я правильно понимаю.

Мы обходим отмеченные доски и проходим в главный зал. Поначалу мне казалось, что усадьба просто старая и заброшенная. Но теперь я повсюду вижу детали, которые не заметила сразу.

Камин.

Огромный, каменный, занимающий почти всю стену. Над ним также вырезаны символы. И теперь понятно, что это не просто завитушки, или какой-то декор. Это знаки.

И как теперь жить в этом доме? Где все так зупутано, заколдовано и страшно?

Мурашки пробегают у меня по спине. Вот угораздило же меня попасть в этот странный страшный мир.

- Руны сдерживания, - нарушает мою задумчивость Ларс, подходя ближе. - Очень старые. Еще дохристианские, если я не ошибаюсь.

- Что они сдерживают? - спрашивает Элис дрожащим голосом.

Никто не отвечает.

Том достает из сумки какую-то связку трав и кремень. Высекает искру, и травы начинают тлеть, источая едкий дым.

- Что ты делаешь? - спрашиваю я.

- Проверяю потоки, - отвечает он, наблюдая за дымом.

Дым поднимается вверх, но не прямо. Он изгибается, стелется по стенам, собирается в углах. Избегает центра комнаты.

- Структура все еще активна, - говорит Том. - Ослабла, но работает. Ингрид, ты говорила, что пол провалился?

- В двух комнатах наверху. И в одной здесь, на первом этаже. Там, - я указываю на дверь справа.

Ларс направляется туда, и мы следуем за ним. Дверь открывается в то, что когда-то было гостиной. Теперь посреди комнаты зияет дыра размером с обеденный стол.

Но Ларс смотрит не на дыру. Он смотрит на пол вокруг нее.

- Господи, - шепчет он.

Я подхожу ближе и вижу.

Под сломанными досками, на балках и на самом фундаменте резьба. Сотни, тысячи знаков, покрывающих каждый сантиметр поверхности. Они идут слоями, один поверх другого, как будто их наносили снова и снова на протяжении многих лет.

- Кто-то очень сильно хотел, чтобы что-то осталось внизу, - говорит Том тихо.

Из дыры тянет пронизывающим холодом, от которого сводит зубы. В нос ударяет отвратительный запах, который я чувствовала ночью. Сырость, гниль и что-то металлическое, как старая кровь.

- Подвал под этой комнатой? - спрашивает Ларс.

Я киваю:

- Да. Вход через кухню, но я туда не спускалась. Дверь заперта, а ключа у меня нет.

- Покажи.

Мы идем через коридор в кухню. Наши шаги гулко отдаются в пустом доме. Я замечаю, что эхо какое-то странное.

Кухня в лучшем состоянии, чем остальной дом. Элис уже начала наводить порядок, и должна была продолжить после нашего возвращения.

Но теперь вообще непонятно ,чем все закончится. Может, эту ночь нам придется коротать на улице.

Дверь находится в дальнем углу. На ней висит огромный и ржавый замок..

Ларс подходит к двери и замирает.

- Том, - зовет он брата. Голос звучит напряженно. - Посмотри на это.

Том подходит, и я вижу, как он бледнеет.

- Это не замок, - говорит он. - Это печать.

Я присматриваюсь. Все эти декоративные элементы оказались тайными символам.

Боже, чем занимались родители этой брошенной драконом женщины?

Мне становится страшно, по-настоящему страшно. Такие чувства я никогда не испытывала раньше в своем мире. Хотя и там опасностей хватает с головой.

- Печать чего? - спрашиваю я упавшим голосом, хотя уже и не хочу слышать ответа.

Ларс проводит пальцем рядом с замком, не касаясь его:

- Видишь эти знаки? Это не защита от воров. Это... - он делает паузу, подбирая слова. - Это предупреждение. И проклятие одновременно. Здесь написано на очень древнем языке: "Что заключено, должно остаться заключенным. Кто нарушит печать, разделит участь узника".

Ну, нифига себе! – думаю про себя. Вляпалась я, мама не горюй.

И как теперь от всего этого избавиться?

Как мне вернуться домой?

Повисает тишина. Я слышу, как Элис тяжело нервно сглатывает.

- И что теперь? - спрашиваю я. - Я же не могу жить в доме, не зная, что находится в подвале.

- Нет, не можешь, - соглашается Том. - Особенно учитывая, что защита разрушается. Рано или поздно то, что там внизу, выйдет само. Лучше, если мы подготовимся.

Он достает из сумки связку отмычек. Ларс хватает его за руку:

- Ты уверен? Если мы откроем это...

- У нас нет выбора, - отвечает Том. - Посмотри на трещины в стенах. На провалившийся пол. Дом разрушается, а вместе с ним печати. Лучше открыть контролируемо, чем ждать, пока оно вырвется само.

Ларс медленно кивает. Оба брата начинают доставать из сумок различные предметы: свечи, мел, какие-то амулеты, пучки трав.

- Что вы делаете? - спрашивает Элис.

- Готовим защиту, - отвечает Ларс. - На случай, если то, что внизу, все еще активно.

Он начинает рисовать мелом круг на полу кухни, включая в него дверь в подвал. Том расставляет свечи по периметру. Их движения точны и отработаны.

Я стою в стороне, наблюдая, и чувствую, как страх медленно закрадывается в мое сердце. Куда меня сослали? И что может быть в подвале?

- Ингрид, - зовет Ларс. - Элис. Встаньте за круг. Что бы ни случилось, не пересекайте линию, пока мы не скажем. Понятно?

Мы киваем и отступаем.

Том подходит к двери с отмычками. Его руки дрожат.

- Готов? - спрашивает Ларс.