После развода. Я не выбираю бывших

Глава 10. Надя

– Я не хочу ребенка, мам. Я не хочу рожать. Я не хочу ходить с животом. Я не хочу на всю жизнь привязывать себя к нему. Кому я нужна потом буду с прицепом с этим? Мамочка, родная, пожалуйста, давай сделаем аборт?

Этот ребенок уже как будто стал проклятием или пожизненным приговором, а ведь еще даже не родился.

Это очень больно слышать и сложно объяснить, что вот так надо сделать сейчас. В ее мире этот ребенок лишний.

– Лера… – тихо произношу. – Я понимаю, как тебе страшно. Поверь. Я была в такой же ситуации.

– Не в такой. У тебя был папа, который тебя любил.

– Да. Но я про другое. Я тоже сидела, сжимая тест в руках, и думала, что мне конец. Что моя жизнь рухнула. Что все планы – в мусорку. И будто жизни больше не будет.

Она молчит. Слушает.

– И я, как ты сейчас, рыдала. Хотела спрятаться. Или исчезнуть. Или все это забыть, стереть, как будто не было. Понимаешь, вот тебя могло не быть, если бы я сделала аборт. Но я не сделала, хотя вся моя семья была против, чтобы я рожала.

Она шмыгает носом.

– Мам, я не хочу, чтобы ты думала, что я чудовище…

– Я не думаю, Лер. Никогда не думала. Просто… я хочу, чтобы ты знала: этот шанс – он не у всех бывает. Быть мамой. Быть нужной. Любимой. Да, будет трудно. Да, будет больно. Но я рядом.

– А если вдруг с тобой что-то случится? Что я буду делать?

– Лер, если так на все смотреть…

– Так, – говорю спокойно. – Давай начнем не с решений, а с того, что пойдем к врачу. Сделаем УЗИ. Посмотрим, все ли в порядке. Тебе в любом случае туда надо.

– Мам…

– А как ты думала? Надо узнать, какой срок и все ли развивается хорошо.

Она медлит. Очень долго. А потом – кивает.

– Только… ты со мной пойдешь?

– Конечно, пойду, Лер.

Обнимаю ее. Она вжимается в меня, как в детстве, когда просыпалась от кошмара.

– Лер… папа все равно узнает, кто он.

– Как? – резко отстраняется.

– Он хотел посмотреть твой телефон вчера, я не дала. Сказала, что ты сама нам все расскажешь.

– Мам, нет, – хватает меня за руку. Папе нельзя. Он... он убьет его. Я серьезно.

– Кого – его?

Она смотрит в сторону. Зажимает губу. Теперь уже и мне хочется знать все.

– Лера, что ты скрываешь?

– Ну, какая вам разница кто?! – вскакивает с кровати. – Я не хочу этого ребенка.

– Послушай, твой отец, конечно, тот еще… нехороший человек. Но как отец… он все свои связи поднимет, но найдет того, кто обидел его дочь. Подумай, может, тебе лучше самой рассказать?

– Я пришла к вам за помощью, а вы от меня требуете сделать то, что правильно. Оставить ребенка. А зачем? Можешь мне объяснить, если я не хочу.

– Я не прошу тебя делать это ради меня. Или ради него. Или потому что "так надо". Я прошу тебя подумать, что будет через пять, десять, двадцать лет. Какие могут быть последствия аборта, тем более в таком раннем возрасте.

Меня бы кто так поддерживал девятнадцать лет назад.

– Я тоже когда-то не хотела. Я тоже сидела, как ты сейчас, и думала: ну почему, ну за что, ну зачем мне все это. Я хотела сбежать. Я плакала по ночам. Я не знала, как справлюсь.

Но потом…

– Потом я родила тебя. И с того дня в моей жизни появилось самое главное, что у меня когда-либо было. Не мужчина. Не работа. Не карьера. А ты.

Отворачивает голову к окну. Я знаю, что будет тяжело. Понимаю все это. Одновременно не хочу ее на это подписывать, но и своими руками на это направить не хочу.

– А если я не буду счастлива? – выдыхает она. – Я сама только стала совершеннолетней, а ты хочешь, чтобы я уже была мамой.

– Лер, ну ты же не маленькая. Ты же не в куклы играешь. Ты знала, как дети появляются. Тебе никто не врал, не скрывал, ты все знала. Это не "случайность". Это – результат твоего выбора.

Она хмурится, отворачивается, но я подхожу ближе.

– Ты взрослая. Не полностью, не окончательно. Но уже достаточно, чтобы принимать решения – и нести за них ответственность. Хотела взрослой любви – тогда будь готова к взрослым последствиям. Ты думала, что пронесет? Что как-нибудь само рассосется? Нет, Лерочка. Так не бывает. В жизни вообще мало чего проходит "само". Особенно то, к чему ты была не готова.

Выдыхаю, чтобы занять руки, складываю еще джинсы.

– Пойми одну простую вещь: это не про "хочу" и "не хочу". Это про ответственность. Про то, как ты теперь поступишь. Я тебе даю совет. Взрослого человека, который прожил, который понимает, как это будет, какие будут сложности, но и знает плюсы и минусы. Ты мне все равно на слово не поверишь, потому что ты многого не знаешь и не понимаешь того, что знаю я. Сегодня мы сходим к врачу. Потом решай сама. Я не хочу, чтобы ты потом меня всю жизнь этим попрекала.

Убираю джинсы в шкаф.

– И если ты думаешь, что избавишься от страха – нет, не избавишься. Ты просто меняешь один страх на другой. Страх стать мамой – на страх, что ты сделала что-то не так. Папе я расскажу все, как есть.

– Не надо папе, пожалуйста.

– Не будь эгоисткой. Я тебя такой никогда не воспитывала.

Разворачиваюсь и иду к выходу.

– Если папа вмешается, то со мной вообще больше никогда говорить не будут!