После развода. Забери меня...

Глава 6

«Мы должны встретиться и поговорить, с кем останется дочь» — приходит сообщение в сети от Артура и сердце мое сжимается.

«Приезжай в кофейню, я на работе» — отвечаю, чувствуя, как паника накрывает.

Что делать? Позвонить Аслану или пока поговорить самой с мужем? Надо тогда диктофон включить незаметно, вдруг угрожать начнет. А может, успею видеокамеру повесить?

У меня паранойя. Аслан самый лучший адвокат по разводам. Это не мое мнение, я накопала инфу в инете. И расценки у него заоблачные, мне точно не по карману. Но делать нечего, надеюсь, что мы договоримся.

Руки трясутся, когда я снова достаю телефон из кармана джинсов. Набираю номер Аслана, второй в списке контактов после «Артур». Он ответил почти сразу, голос спокойный, глубокий, как всегда.

— Артур написал. Хочет поговорить о том, с кем останется дочь. Сказала, чтобы приезжал в кофейню.

— Хорошо, — отвечает Аслан без малейшей паузы. — Не встречайся с ним одна. Скажи, что сегодня не сможешь, что срочные поставки. Перенеси на завтра, на любое время после двух. Я тоже приеду.

Я вздохнула с облегчением, но тут же напряжение вернулось.

— А что делать? Как себя вести?

— Ничего не делай. Просто перенеси встречу. Завтра я приеду на полчаса раньше, мы все обсудим. И, Маша… Не включай никакие диктофоны. Это может быть расценено как нарушение, если ты не предупредишь. Доверься мне.

Я послушно отправляю Артуру сообщение, что сегодня аврал и перенесла разговор на завтрашний день, на четыре часа. Он ответил коротким «хорошо». От этого «хорошо» стало еще тревожнее. Весь оставшийся день я механически выполняю работу, привожу в порядок документы. Когда надоедает сидеть, иду в зал. Помогаю баристе, наливаю кофе, улыбаюсь постоянным клиентам, а сама ловлю себя на мысли, что считаю часы до завтрашней встречи.

На следующий день Аслан пришел без десяти четыре. Он был в другом костюме, темно-сером, и выглядел еще более собранно и неуязвимо, чем в прошлый раз. Мы сели за столик в углу, чтобы не мешать посетителям.

— Слушай внимательно, — говорит он, отодвинув чашку с эспрессо. — Твоя задача — молчать. Точнее, говорить одно: «Все вопросы к моему адвокату». Не спорь, не оправдывайся, не вступай в перепалку. Если он будет давить, плакать, угрожать — просто повторяй эту фразу. Ты не одна. Я здесь.

Меня слегка потряхивает, и Аслан берет мою руку в свою, слегка пожимает, поддерживает. Улыбается ободряюще. И тут же снова сидит как скала, пьет свой кофе, будто ничего и не было. Несокрушимый. Так его называют в инете.

Ровно в четыре в кофейню входит Артур. Увидев Аслана, он замедляет шаг, и его нарочито спокойное выражение лица исчезает.

— Я пришел поговорить с женой наедине, — заявляет, подходя к столу.

— Здравствуйте, Артур. Меня зовут Аслан Шумахов, я представляю интересы Марии. Все, что вы хотите обсудить, можете говорить в моем присутствии, — Аслан даже не встал, лишь слегка указал рукой на свободный стул. Его тон был вежливым, но в нем чувствовалась сталь.

Артур сел, презрительно скривив губу.

— Ясно. Значит, так… Я считаю, что Софии будет лучше со мной. У меня стабильный доход, свой бизнес. У Машки — этот ларек с кофе, который может прогореть в любой момент. Я могу обеспечить дочери будущее. Чего не скажешь о ней, — кивает на меня.

Я вцепляюсь пальцами в колени под столом, чтобы не выкрикнуть что-нибудь. Аслан кивает, как будто выслушивает деловое предложение.

— Ваши аргументы приняты к сведению. Со своей стороны, мы готовы предоставить суду заключение детского психолога, который наблюдает Софию с рождения, характеристики с места работы Марии и ее партнера, а также свидетельства о том, что основной уход за ребенком все эти годы осуществляла именно мать. Вы, насколько мне известно, в последний год дома появлялись редко.

Артур бледнеет, стискивая зубы. Он не ожидал, что против него выставят такого собранного и осведомленного оппонента.

— Это что, угрозы? — пробурчал он, вопросительно выгибая черную бровь.

— Это факты, — спокойно парирует Аслан. — И их будет еще больше. Поэтому предлагаю не тратить время здесь. Все решит суд.

Он смотрит на меня, давая понять, что встреча окончена. Я молча встаю. Артур, постояв секунду в нерешительности, резко разворачивается и выходит, хлопнув дверью.

Только когда его машина скрылась из виду, я позволила себе выдохнуть. Ноги стали ватными.

— Все нормально, — успокаивает Аслан, его голос снова стал мягче. — Первый раунд наш. Теперь он знает, что легкой прогулки не будет. Будь готова, давление может усилиться.

Я киваю, глядя на его серьезное лицо. Борьба только начинается, но впервые за долгие недели у меня появилось не призрачное ощущение надежды, а твердая опора под ногами.

— Не понимаю, зачем ему София? Ведь скоро его любовница родит ему сына, — со стоном опускаюсь на стул. Так хочется пить, но сил нет дойти до барной стойки.

— Тут два варианта. Либо он хочет, чтобы ты все отдала ради ребенка, причем по доброй воле. Либо хочет, чтобы ты платила алименты. Но, скорее всего первое, так как у твоего мужа есть женщина, которая ждет ребенка. Вряд ли ей нужна твоя дочь. Успокойся, мы сделаем так, что он отдаст тебе все имущество и деньги.

Облизываю губы, совсем пересохли. Смотрю на пустую чашку от кофе. Шумахов будто понимает меня, без слов. Встает и идет к барной стойке. Возвращается с бутылкой воды и пустым стаканом.

Он налил мне воды и подвинул стакан. Его движения были медленными и точными, как будто этим ритуалом он возвращал реальность в привычное русло. Любуюсь его красивыми длинными пальцами, невольно возвращаясь в те дни, когда была счастлива с ним.

Да только с ним и была счастлива. Он умеет любить и заботиться. Отдавать свое тепло. Его не хватало мне все эти годы.

— Не пей сразу много, делай мелкие глотки, — предупреждает он, будто ненароком дотрагиваясь до моей руки. — А теперь слушай. Он попытается воздействовать через чувство вины. Через общих знакомых. Может, даже через твоих родных. Запомни — любой его звонок, любое сообщение — сразу мне. Не ведись на разговоры о прошлом, о «благе семьи». Он сейчас не муж, а сторона конфликта.