После свадьбы. Свободна

Глава 16

Следующим утром за окном не рассвело. С неба, намертво затянутого тучами, не переставая лил дождь. Барабанил по окнам, будто требовал впустить себя. И ни одного просвета для солнца. Ульяна ещё выше натянула на себя одеяло. И снова закрыла глаза. Она решила сегодня не просыпаться.

Спрятаться. Исчезнуть. Чтобы никто не видел. Чтобы не искали, не покупали и не продавали её, как вещь. Чтобы не думали, будто знают, кто она такая и о чём мечтает. Никто не знает. Даже Гордеев, как оказалось.

Ночь прошла, а его слова, такие жестокие, по-прежнему стояли в ушах. Уля укрылась с головой, улеглась на бок, подтянула колени к груди и замерла в такой удобной и безопасной позе. Она дарила иллюзию покоя. Ведь так привычно обманывать себя, забраться в солнечный яркий шарик и жить в нём со своими мечтами. Смотреть на жизнь через этот золотистый шар. Кто-то носит розовые очки, а у Ули был вот такой отливавший золотым солнечный светом шар.

Но он исчезал. Постепенно. Цвет тускнел, плотность уходила, стенки становились прозрачными. Жить в нём становилось неуютно. Когда это началось? Наверное, в тот день, когда Ульяна узнала, что два года её жизни буквально растоптали. Прошлись сотней пар ног на юбилее Заура Шамхалова. Уля тогда полночи давилась слезами — и дело было не только в задетом самолюбии, не в обиде. Аслан не любил её так, как говорил об этом. Тогда на её золотом шаре появились первые потёртости. Но она продолжала ничего не замечать. А сейчас её даже за человека перестали считать. Купили-продали за миллион!

Уля села на кровати, от резкого движения закружилась голова и тошнота подступила к горлу.

— Я не искала деньги! Я искала любовь! — получилось хрипло, с кашлем. Её никто не услышал. Да и кричала она не для кого-то там, для себя.

Кашель не прекращался, горло больно саднило, а рядом, как назло, ни капли воды. Придётся всё-таки вставать и топать на кухню. И там наверняка встретить Гордея. Зачем он вообще вытащил её из дерьма, чтобы снова в него окунуть?!

Уля глянула на экран мобильного. Ого! Почти полдень. Так поздно она не просыпалась обычно, но здесь скорее всего дали себя знать бессонные ночи и нервотрёпка последних трёх дней. К этому времени она, уже приготовив завтрак для Аслана, оставалась одна и либо оставалась дома заниматься в тренажёрном зале, либо ехала с охраной в фитнес-центр, где проводила несколько часов, там же и обедала. А потом возвращалась домой, готовить себя к возвращению «любимого».

“Что ты вообще знаешь, как я жила, Гордей?”

В тишине дома раздались шаги. Они приближались к двери, становились все громче. Уля бросила испуганный взгляд на замок. Конечно, она заперлась на ночь! Стало чуть легче. Но от негромкого стука в дверь Уля замерла, словно её здесь не было.

— Ты проснулась? — раздался голос Гордеева. Она бы и ответила, но горло совсем пересохло.

— Уля! — он сильно дёрнул ручку двери. — Ульяна!

— Тут! — просипела она еле слышно. Сама испугалась, скатилась с кровати и побежала открывать, как была в одной футболке на голое тело. Едва она повернула замок, Игорь влетел в комнату, чуть не сбив её с ног.

Схватил её за плечи, прижал к себе.

— Ты в порядке?! — выдохнул. — Что молчишь?

Уля показала ладонью на горло.

— Заболела? — Гордеев не отпускал, беспокойно её оглядывал. — Открой рот, язык покажи!
Это уже было слишком. Уля улыбнулась, подумав, что Гордеев так и не простился с образом старшего брата.

— Просто пить хочу, — с трудом, но более или менее отчётливо произнесла она.

Игорь отступил. Медленно опустил взгляд ниже — он только сейчас заметил, что Уля почти не одета. Смутились оба. Но Гордеев, как обычно, первым сориентировался.

— Сейчас принесу воды. А ты оденься.

На кухне Уля уже сидела в банном халате и неторопливо пила кофе, который к её приходу уже сварил Гордеев. Это так странно садиться утром за стол и видеть перед собой готовую еду, которую ты не касалась.

— Может, толку от меня мало, но я могу сама утром готовить. Да и не только завтраки. Буду так оплачивать своё временное жильё. Убираться тоже могу, дом небольшой, на клининге сэкономишь.

Гордеев, который всё это время молча ел свою нехитрую яичницу, поднял на Улю взгляд. Недобрый. Но после его вчерашнего откровения, Ульяна уже не боялась произвести не то впечатление, как и не надеялась ему понравиться.

— Обиделась? — ровно спросил. Ясно, что извиняться не станет, скорее ещё добавит.

— Ну почему? — Ульяна улыбнулась. — Всё именно так, как ты вчера сказал. Здесь не о чем спорить. Спасибо, что помог. Но скажу сразу — миллиона у меня нет и не предвидится. Даже если разобрать на органы. А по-другому вряд ли получится. Хотя вот Аслану удалось.

— Прекрати. — поморщился Гордеев, да и Уля сама почувствовала, что перегнула палку. — Никто от тебя ничего не требует. Мне нужно сейчас уехать, но я вернусь через три часа. Вот, это тебе.

На стол легли несколько пятитысячных купюр.

Утро. Завтрак на двоих. И мужчина, которые кладёт наличные на стол перед своим уходом. И почему-то совсем не верится, что это муж.

— Зачем?

— Тебе купить надо же что-то. Вызови такси, или… а давай вместе? Подождёшь? Я скоро.

— У меня есть кое-что, — Уля почему-то не могла взять у него деньги. Понимала, что рано или поздно придётся, но пусть этот момент наступит не сейчас. — И вот что ещё… Я хочу как можно скорее продать бабушкину квартиру, но все документы на неё остались в нашем городе.

— Где? — напрягся Гордеев. — У Шамхалова?

— Нет, в бабушкиной квартире. Мы, когда убегали, я совсем о них забыла, не до этого было. Все на меня оформлено, но я боялась их хранить… ну ты понимаешь.

— Я съезжу и привезу.

— Нет! Я тоже поеду. Прости, но…

— Не доверяешь?

— Не в этом дело, Игорь. Просто это моя жизнь. Я её больше никому не отдам.

Гордеев уехал, пообещав подумать, но Ульяна уступать не собиралась. А пока и правда можно было прикинуть, что ей нужно купить. Даже список составила. Потом решила немного пройтись. Тело, привыкшее к спортивным нагрузкам, требовало движения. Она как раз прогуливалась по участку, когда за забором увидела незнакомую женщину. Та приветливо помахала Ульяне, подзывая её к себе.